СТИМУЛИРУЮЩАЯ И СТРЕССОВАЯ МОБИЛИЗАЦИЯ. ОСОБЕННОСТИ ВЛИЯНИЯ НА ДИНАМИЧЕСКИЙ СТЕРЕОТИП

Необходимо отметить, что большинство раздражителей, требующих ответных реакций по типу стимулирующей мобилизации*, – это уже не столь регулярные, как обычные РАТ, но всё же вполне обыденные для организма нагрузки. Они не требуют какой-либо долговременной перестройки обменных процессов и действуют, как правило, в достаточно небольшом промежутке времени.

* - Стимулирующей мобилизацией я называю прибавку функциональности, потенцируемую более сильным, чем РАТ раздражителем + ответной реакцией нейро-эндокринной системы (НЭС), требующей участия оперативных резервов организма. Фактически это то, что родоначальник теории стресса Ганс Селье обозначил как ЭУСТРЕСС – т.е. (дословно) «хороший стресс, защитная реакция стимулирующего типа, которая протекает безболезненно и без потерь для организма».

Оперативные резервы (ОР) не рассчитаны на долговременное использование и нуждаются в постоянном пополнении. Главное их преимущество перед стратегическими – в возможности быстро включаться в обменные процессы. Так, мобилизация глюкозы и гликогена происходит уже в первые минуты после воздействия раздражителя (первые признаки повышенного гликолиза отмечаются через 10-20 секунд), бурого жира – от 4-6 минут до нескольких десятков минут.

Ремарка к теме

О реальных процессах включения в работу и времени действия углеводных и жировых ОР можно судить не только по данным лабораторных исследований и биохимическим анализам, но и по тому, как человек чувствует себя во время повышенных физических нагрузок. Хорошей иллюстрацией этому могут стать, например, ощущения лыжников во время забегов на длинные дистанции.

Активный гликолиз в первые минуты гонки даёт ощущение прилива сил и азарта борьбы. Затем, по мере падения уровня глюкозы в крови и истощения запасов гликогена, бежать становится всё сложнее и сложнее. Ускоряется работа сердца, возникает одышка, резко возрастает потоотделение. Из-за нехватки кислорода в организме накапливается молочная кислота, вызывающая боли в мышцах, тремор и спастические сокращения отдельных мышечных волокон. Через какое-то время состояние ещё более ухудшается, ощущается резкий упадок сил, преодоление которого требует серьёзных волевых усилий.

По прошествии ещё какого-то времени человек вдруг чувствует резкое облегчение: мышцы снова наливаются силой и выносливостью, дыхание урежается и становится ровным и глубоким, уменьшается частота сердечных сокращений. Все эти симптомы, которые многие называют «вторым дыхани­ем», связаны с включением в активный энергообмен жировых компонентов ОР, а также определенными адаптивными изменениями в молекулах гемо­глабина, резко увеличивающих отдачу кислорода для «доокисления» молочной кислоты.

Возникающий временной провал между исчерпанием «энергетики углеводной» и началом «энергетики жировой» не связан с какой-либо задержкой мобилизации липидов. Он обусловлен значительной разницей во времени, которое требуется на высвобождение глюкозы и жирных кислот. У хорошо тренированных спортсменов ДС содержит устоявшиеся «обстановочные» рефлексы, запускающие мобилизацию липидов заблаговременно, т.е. ещё перед выходом на дистанцию. Поэтому они практически не ощущают энергетического провала и эффекта второго дыхания.

Обычно оперативных резервов хватает лишь на несколько часов. Затем включается другой механизм поддержания уровня глюкозы в крови и, следовательно, самой возможности энергетического обмена — глюконеогенез, представляющий собой образование глюкозы из белков организма (после их дезаминирования в печени), мобилизованных жиров (медленно после превращения в глицерол и СЖК) и частично из молочной и пировиноградной кислот (цикл Кори). Можно сказать, что исчерпание оперативных резервов и есть тот самый физиологический переключатель, который сообщает организму о серьёзности положения и запускает механизм стрессового реагирования.

Широкомасштабная активация метаболических цепей, позволяющих стратегическим запасам полноценно включиться в энергетическое обеспечение организма, обычно занимает несколько суток, но первые признаки повышенного липолиза в висцеральной и подкожной клетчатке обычно отмечаются уже спустя несколько часов от на­чала стрессовой мобилизации.

При переходе стресса в хроническую форму гидролиз сложных жиров (белый жир) с последующим окислением жирных кислот (β-окисление до НАDН и ацетил-КоА в цикле Кноопа-Линена с вхождением промежуточных метаболитов в цикл Кребса) становится важным и постоянным источником дополнительных ресурсов.

Необходимо обратить внимание на то, что при достижении РАТ зоны стимулирующей мобилизации их способность влиять на динамический стереотип значительно увеличивается. Сам факт подключения оперативных резервов в процесс балансирования обмена веществ говорит о возможном изменении привычной палитры обыденных раздражителей в сторону новых стимулов и нагрузок.

Неоднократные повторения раздражений этого типа запускают процесс модификации балансирующих рефлексов, смысл которой – перевести нагрузки такого уровня из категории случайных в категорию обыденных. То есть постепенно настроить физиологию организма на способность готовиться к ним заранее и компенсировать без использова­ния оперативных резервов. Это и есть тот процесс, который модифицирует ДС, постепенно подстраивая его под новые реалии.

Уникальная способность РАТ в своём верхнем диапазоне (эустресс) подключать оперативные резервы не активируя стратегические, решает сразу несколько насущных задач адаптивной физиологии:

1. подключение ОР даёт мощный импульс к модификации ДС (особенно если такие нагрузки действуют регулярно и в режиме, при котором резервы успевают восстанавливаться);
2. организм в ходе постепенной модификации обмена и его регуляторов продолжает сохранять устойчивое физиологическое состояние и близкие к оптимальным функциональные кондиции;
3. ДС не испытывает отрицательных влияний ни от «эффекта угасания», характерного для зоны комфорта (подробно в разделе 1.9), ни от «эффекта подавления пластичности», возникающего при более значимых (стрессовых) нагрузках;
4. при длительном воздействии новые рефлексы и биоритмы существенно расширяют область адаптивных реакций, увеличивают ёмкость ресурсов «свободного доступа» и снижают потребность в оперативных резервах, что повышает жизнеспособность и функциональные возможности организма.

Стимулирующая мобилизация – основа всех тренировок, цель которых не в том, чтобы получить максимальный результат в минимальные сро­ки (эффект стрессовых нагрузок), но чтобы выработать долговременную и полноценную адаптацию организма к изменившимся условиям существования с адекватной подстройкой функциональности. То есть перевести колебания гомеостаза из маргинальных зон в область устойчивого физиологического состояния в наиболее выгодном энергетическом режиме.

Наличие элементов эустресса при одновременной максимальной пластичности ДС делает методики, основанные на использовании стимулирующей мобилизации, главным элементом т.н. функциональной стратегии похудения (подробнее: Часть 2, Глава IV), а сам этот природный феномен – краеугольным камнем всей клинической адаптологии.

Стремление использовать свойство ДС к эффективной модификации, постоянно поддерживая воздействия, близкие к стрессовым, позволя­ет достигать нужных устойчивых физиологических настроек за минимально возможное время*, оставаясь при этом в естественном физиологическом коридоре адаптации. (Подробнее в следующем разделе, а также в п. 1.9. «Понятия биохимический процесс и физиологический цикл. Спиральный принцип адаптивных изменений в цепочке повторяющегося Физиологического Цикла»).

* - В данном случае имеется в виду снижение жировых запасов, обусловленное постепенным обретением нового физиологического равновесия и исчезновением у организма необходимости неограниченно наращивать стратегические резервы. Тем не менее, нужно иметь в виду, что интенсивность снижения веса под воздействием природных адаптивных процессов сущест­венно отличается от скорости похудения «на дисбалансе».

Максимально возможная скорость оптимизации ДС и биоритмов, которую возможно достичь в пограничной зоне РАТ и РМТ (от 1 до 2-3 лет в зависимости от степени исходных отклонений и времени нахождения в устойчивом патологическом состоянии) не идет ни в какое сравнение с интенсивностью сжигания жиров при длительном поддержании стрессовой мобилизации. Отдельные методики, основанные на жестких пищевых ограничениях, интенсивных физических нагрузках и аппаратных методах воздействия способны провоцировать потерю 6-10 и более килограммов массы тела в месяц! (Подробнее: Часть 2, раздел 4.5.1. “Симптоматическая стратегия похудения”).

Но именно в этом скрыта и главная опасность стимулирующей мобилизации. Близость к зоне перехода на стрессовый тип реагирования требует от худеющих максимальной осторожности, а от их консультантов глубоких знаний клинической физиологии и адаптологии и умения разбираться в нюансах пограничной зоны.

Полномасштабная стрессовая мобилизация*, как и само состояние стресса возникает в двух случаях:

• первичный стресс: когда степень воздействия раздражителя столь высока, а возникающие рассогласования физиологического состояния настолько велики, что их преодоление изначально требует максимального напряжения сил и подключения всех резервов;
• вторичный стресс: когда раздражитель умеренной силы хорошо компенсируется обычными РАТ или РАТ + СМ (стимулирующая мобилизация), но действие его затягивается и не прекращается вплоть до момента исчерпания оперативных резервов (в этом случае сам факт исчезновения ОР становится стрессором для организма).

* - Состояние, которое Ганс Селье обозначил как дистресс – т.е. «чрезмерный стресс, при котором защита от повреждающего фактора происходит с ущербом для организма и с ослаблением его возможностей».

Напомню также, что переход на стрессовый тип реагирования тормозит специфичность ответных реакций, подавляет способность ДС приспосабливаться и делает резервы организма главными источниками восполнения ресурсов на период действия стрессогенного фактора.

Короткий однократный стресс практически не влияет на состояние уп­равляющих систем. Своевременный выход из него, как правило, не только обходится без стойких негативных последствий, но и, по мнению многих специалистов, оказывает стимулирующее воздействие на организм, повышая порог устойчивости к повторным нетипичным раздражениям.

Во время хронического стресса противоречия между «пакетным» алгоритмом стрессового реагирования и исходными индивидуальными физиологическими настройками постепенно разрушают основы после­дних (происходит т.н. коррозия ДС), но общая матрица стереотипа, как правило, сохраняется.

Проявления стабилизирующей ДС-физиологии стресса опытные худельщики часто ощущают в своей повседневной жизни. Так, многие из них наверняка не однажды отмечали, что даже длительное пребывание на гипокалорийной диете не способствует «привыканию» к недостатку питания. Организм по-прежнему сохраняет «стереотип толстого», а его физиологические кондиции в течение всего периода мобилизации белка и сложных жиров соответствуют критериям «потенциально нежизнеспособного состояния». Об этом говорит сам факт активности РМТ в то время, как реакции «изначально стройных» на такие же раздражители укладываются в зону комфорта. А так­же то, что после исчерпания резервов организм накапливает жир намного быстрее, чем тратил, что было бы невозможным при реальной оптимизации физиологической модели (ФМ).

В целом, стрессовую мобилизацию можно характеризовать как полезный, иногда даже спасительный природный механизм, существенно повышающий способность человека противодействовать неблагоприятным факторам внешней среды. При этом нужно учитывать, что в состоянии стресса наш организм не способен полноценно адаптирова­ться к внешним воздействиям*, а длительное нахождение в неблагоприятных условиях может привести к стойкому нарушению здоровья.

* - Определённое исключение составляют люди с т.н. «феноменом высокой пластичности ДС» (подробно в Главе I, раздел 1.8), а также состояния, возникающие при полном исчерпании резервов (раздел 1.12 «Эффект переадаптации»).

В завершающих разделах книги, когда мы подойдем к практическим вопросам формирования физиологических установок «на будущую стройность», нам очень помогут знания различий стимулирующей и стрессовой мобилизации в их влиянии на ДС и биоритмы (Рис.6).

Особенно важным будет учёт процессов, происходящих в зоне перехода «стимула в стресс». То есть границы, за которой усилия в «воспитании правильных рефлексов» из-за нашего избыточного усердия или стремления быстрее получить результат, могут в одночасье потерять смысл и вместо блага превратиться в проблему.

(продолжение следует)