Для чего снимаются подобные фильмы?
Для того, чтобы граждане из ближнего зарубежья смотрели, ужасались и не ехали в Россию.
Другого вывода не возникнет, если набраться терпения и хотя бы по диагонали глянуть на дивное творение режиссёра Михаила Бородина. Кинчик-то даже показывался на Берлинаре в прошлом году, вот какой он оказался поразительный.
И не зря - в течение двух часов нудно и со всякими кровавыми подробностями рассказывается, как одна узбечка метнулась в Москву на заработки, вышла замуж, ребёночка родила, а потом начались у неё проблемы - и всё это в подсобке продмага.
Ребёночка украли, саму побили, велели рот закрыть и трудиться.
Русская женщина её пожалела, отвела в какой-то комитет, разыскивающий украденных деток. Но не нашли сыночка, а велели сваливать обратно в Узбекистан. У тётки даже паспорта нету, а она всё равно уехала. Стала там вкалывать на хлопковой плантации. Да ещё мама у неё болеет.
Мыкалась так-то да мыкалась, а потом вернулась обратно в столицу и пошла опять в тот магазин, где её чуть не убили.
А куда ещё-то?
Фильм напичкан какими-то видениями, снами и прочими глюками - может, для большей убедительности?
Почему это творение именно для мигрантов, бегущих из своих автономий за большими заработками? Потому что он практически весь на узбекском языке.
Режиссёр, конечно, надеялся выжать литры слёз из зрителей, которые станут сокрушаться над трагическими судьбами несчастных узбечек.
Но, боюсь, с этой затеей вышел у него облом.
Ехали азиатские граждане миллионами на работу, и едут, и будут ехать - пока им не запретят.
У них свои порядки и традиции, свои правила разборок с нарушителями.
Попытки изменить средневековые традиции и законы - занятие абсолютно бессмысленное, цивилизованный мир уже многажды в этом убеждался.
А вот показывать такие кинчики едущим в Москву узбечкам очень даже стоит - ещё в Ташкенте, в аэропорту.
Чтобы не ждали от своих земляков ни пиетета, ни лояльности.