Петроград. 1917 год. Время, данное временному правительству для капитуляции истекло, но ультиматум не выполнен. На палубу "Авроры" поднимается невероятно красивая женщина в чёрной кожаной куртке, плотно обтягивающей стройное тело. Матросы расступаются, пропуская её вперёд. Красавица опускает свои серо-зелёные глаза и громко зачитывает приказ военно-революционного комитета: ДАТЬ ЗАЛП!
Лариса Райснер родилась в Польше, в семье профессора права. Но когда девочке исполнилось семь лет, Рейснеры переехали в Петербург. Жили они в достатке, комфорте и уюте. Девочка росла умной, талантливой и очень красивой. Когда пришло время, её отдали в женскую гимназию, которую Лариса закончила с золотой медалью. По окончании гимназии она поступила в психоневрологический институт. Но больше всего Лариса интересовалась политикой, поэтому в качестве вольного слушателя, она посещала лекции по истории политических учений. Ещё одной страстью молодой девушки была поэзия.
Последнее её увлечение сопровождалось бурным романом с Николаем Гумилёвым. Они познакомились в артистическом кафе "Привал комедиантов" на Марсовом поле. Окружающие буквально ощутили вспышку, сверкнувшую, когда эти двое увидели друг друга.
Я не очень верю в переселение душ, но мне кажется, что в своих прежних переживаниях Вы всегда были похищаемой Еленой Спартанской, Анжеликой из "Неистового Роланда". Так мне хочется Вас увезти. Я написал вам сумасшедшее письмо, это оттого, что я Вас люблю. Ваш Гафиз. - писал Ларисе Гумилёв.
Скоротечный роман протекал под сенью восточных образов и символов. Рейснер была известна под псевдонимом Лери, Гумилёв был Гафизом. Они встречались в доме свиданий на Гороховой. он писал ей страстные письма, предлагал руку и сердце. Лариса отвечала на его чувства, однако предложение отвергла. Она считала, что брак с поэтом станет помехой её планам.
С возрастом Лариса расцветала всё сильнее. Вадим Андреев, сын известного писателя, запомнил её такой:
Тёмные волосы, закрученные ракушками на ушах, серо-зелёные огромные глаза, белые, прозрачно-белые руки, особенно руки, легкие, белыми бабочками взлетавшие к волосам... Когда она проходила по улицам, казалось, что она несёт свою красоту, как факел... и не было ни одного мужчины, который прошёл бы мимо, не заметив её, и каждый третий - статистика, точно мной установленная, - врывался в землю столбом и смотрел вслед.
И мужчины, и женщины смотрели на неё с робостью и восхищением. Ослушаться её было невозможно. Словно приказы отдавала сошедшая с небес богиня, холодная, ошеломляюще-красивая женщина-воительница.
Писать и повелевать!
Лариса была человеком творческим и очень эмоциональным. Писала стихи, мечтала прославиться как поэтесса. Но как талантливого поэта Рейснер не признавали в литературных кругах. Язвительная Зинаида Гиппиус отзывалась о ней, как о барышне:
Слабо и с претензиями поэтизирующей. Её стихи изысканны, манерны - про маркиз, - и в них совсем не было видно души автора.
В 1915-1916 годах вместе со своим отцом Лариса издаёт философский журнал "Рудин", где выступает как критик и публицист. Удивительно было то, что Лариса являлась самим воплощением женственности и по характеру была решительной, резкой и волевой. Она любила действовать и добиваться своего, обожала спорить и доказывать. Её неистовому, бившему через край темпераменту нужен был выход, и выход вскоре был найден.
Революцию 1917 года Рейснер приняла восторженно. В огне и крови этой вышедшей из-под контроля стихии она видела и своё пристанище, и своё предназначение. Она с детства бредила декабристами, и вот она - командует матросами-революционерами. Она мечтала о Сенатской площади - и вот она - отдаёт с "Авроры" команду к штурму Зимнего дворца. Вряд ли на тот момент своей жизни Лариса толком уяснила суть происходящих событий. Главное - она могла командовать и повелевать.
Розовое варенье
Через год Рейснер вышла замуж за комиссара военно-морского флота Фёдора Раскольникова и стала его заместителем. Но морская карьера мужа не заладилась и Фёдора перевели в дипломаты, и с первым советским посольством он вместе с женой отправился в Афганистан.
Вначале красота Востока поразила Ларису: после холодной, разорённой России ханские дворцы, фонтаны и розы воспринимались ею не иначе, как сказки "Тысячи и одной ночи". Но мирная жизнь оказалась не для неё. Вскоре Рейснер заскучала, вариться в "розовом варенье" ей было невыносимо, и в один прекрасный день она просто сбежала из Афганистана назад, в Россию, оставив красавца мужа и все соблазны восточного рая.
Фёдор очень тяжело переживал этот разрыв, ведь кроме любимой женщины он потерял и свою репутацию. Как объяснить окружению, куда подевалась его прекрасная жена? Некоторое время они вели переписку, заключительным аккордом которой стали слова из письма Раскольникова:
Мне кажется, что оба мы совершаем непоправимую ошибку, что наш брак ещё далеко не исчерпал всех, заложенных в него богатых возможностей. Но пусть будет так, как ты хочешь. Посылаю тебе роковую бумажку...
Так Лариса получила свободу, а вместе с ней и новую любовь...
Очередной муз...
На этот раз её избранником оказался журналист Карл Радек. Его считали интеллектуалом и провидцем. Это был удивительный человек, мастер лавирования и увёрток и вся его жизнь строилась на компромиссах и парадоксах. Внешне Карл был некрасив: низкого роста, полный и невзрачный. Но когда Радек начинал говорить, в него невозможно было не влюбиться. Так случилось и с Ларисой.
Больше всего Радек любил книги, трубки, хороший табак и красивых женщин. Лариса была не просто красивой, она стала просто обворожительной, казалось неземной. Сблизившись с ней, Радек полюбил её всей душой, но всё равно не решался оставить законную жену и дочь. Девочку он даже брал иногда на свидания с Ларисой, чтобы никто ничего не заподозрил.
С Радеком Лариса уехала в Гамбург, на баррикады, чтобы сражаться за неудавшуюся коммунистическую революцию в Германии. Итогом поездки стали очередная книга и разрыв с Карлом. Мужья были для неё словно Музы - после каждого брака Лариса выпускала очередной том...
Вкус власти
Став комиссаром Балтфлота, Лариса ещё больше полюбила вкус власти. Ей нравилось быть королевой на корабле и раздавать приказы матросам, словно пажам:
Мы строим новое государство, - говорила она во всеуслышание. - Наша деятельность созидательная, а потому было бы лицемерием отказывать себе в том, что всегда достаётся людям, стоящим у власти.
И Лариса не отказывала себе нив чём. Поэт Всеволод Рождественский, придя однажды к ней в гости, был просто ошеломлён, увидев роскошные ковры, картины, экзотические ткани, бронзовых будд, английские книги, французские духи и прочее.. Хозяйка встретила его в дорогом, расшитом золотом халате...
Товарищ Рейснер понимала, что власть её - фантастической красавицы в звании комиссара - почти безгранична. Когда ей хотелось, она использовала эту власть во благо, а когда хотела - во зло. Она могла сегодня принести умирающей от голода Ахматовой мешок с провизией, а завтра спокойно наблюдать, как расстреливают врагов народа. Она всё больше и больше становилась бесчеловечной и кровожадной. Она любила надевать платья казнённых на её глазах аристократок. Однажды она устроила званый вечер для приговорённых к смерти ревтрибуналом (Жертвы ещё не знали об этом) и несколько часов всело шутила и флиртовала с ними, а потом сама вызвала "расстрельную команду". Кровь, ужас и власть пьянили её лучше французских вин, до которых она была большой охотницей.
Вскоре после расстрела царской семьи Лариса Рейснер шагала на бывшей царской яхте "Межень" из Свияжска в Нижний Новгород. Она была в превосходном настроении, расположившись в покоях бывшей императрицы, много шутила по поводу царской семьи. Кто-то сказал ей, что в кают-компании на оконном стекле императрица нацарапала алмазом своё имя. Лариса тут же сняла с пальца кольцо с огромным бриллиантом, зачеркнула имя императрицы и написала своё...
Умерла Лариса Рейснер 9 февраля 1926 года в Москве на 31-м году жизни от брюшного тифа. Мать и брат Игорь выжили. В Кремлёвской больнице, где она умирала, при ней дежурила её мать, покончившая с собой сразу же после смерти дочери. Никто не увидел её старой и некрасивой. Она так и осталась в памяти современников вечно молодой, ослепительно красивой, прекрасной Дамой революции.
Всех, кто когда-то любил эту женщину, тоже настигла скорая смерть. Гумилёва расстреляли в 1921 году, Раскольникова в 1938-м году объявили врагом народа. Затем пришёл черёд Карла Радека... По официальной версии, он был убит в Верхнеуральском политическом изоляторе другими заключёнными 19 мая 1939 года.