Найти в Дзене
Александр Майсурян

20 лет назад. Арест главного богача Святых Девяностых

В Святые девяностые Михаилу Ходорковскому, богатейшему человеку России, казалось, что он прочно ухватил бога за бороду тигра за усы
20 лет назад, 25 октября 2003 года, был арестован самый богатый человек в России — олигарх Михаил Ходорковский. Его состояние оценивалось в 15 млрд долларов. Накануне он получил повестку со словами о том, что «приглашается в качестве сидетеля». И это явно не была опечатка... У Михаила Борисовича был выбор — возвращаться из-за границы или нет. Он решил вернуться. Утром 25 октября 2003 его самолёт совершил посадку для дозаправки в аэропорту Новосибирска. Как только самолёт остановился, он был блокирован сотрудниками ФСБ. В тот же день Ходорковский был доставлен в Москву на допрос в следственный комитет Генеральной прокуратуры в Техническом переулке, предстал перед судом и был помещён в следственный изолятор «Матросская тишина». За решёткой бывший олигарх №1 пробыл более 10 лет — до 20 декабря 2013 года. Когда был освобождён указом президента о помиловании,

В Святые девяностые Михаилу Ходорковскому, богатейшему человеку России, казалось, что он прочно ухватил бога за бороду тигра за усы

20 лет назад, 25 октября 2003 года, был арестован самый богатый человек в России — олигарх Михаил Ходорковский. Его состояние оценивалось в 15 млрд долларов. Накануне он получил повестку со словами о том, что «приглашается в качестве сидетеля». И это явно не была опечатка... У Михаила Борисовича был выбор — возвращаться из-за границы или нет. Он решил вернуться. Утром 25 октября 2003 его самолёт совершил посадку для дозаправки в аэропорту Новосибирска. Как только самолёт остановился, он был блокирован сотрудниками ФСБ. В тот же день Ходорковский был доставлен в Москву на допрос в следственный комитет Генеральной прокуратуры в Техническом переулке, предстал перед судом и был помещён в следственный изолятор «Матросская тишина». За решёткой бывший олигарх №1 пробыл более 10 лет — до 20 декабря 2013 года. Когда был освобождён указом президента о помиловании, и сразу же покинул Россию.

-2

«Приглашается в качестве сидетеля»

В 1992 году Михаил Ходорковский делился своей философией с замечательной откровенностью:
«Нас уже называют эксплуататорами, толстосумами, хищниками, акулами. Мы не обижаемся: это же говорит зависть к удачливому... Естественно, мы и получаем — по труду. Этично ли жить нам как следует в то время, как страна голодает? Такой вопрос мы слышим часто, задаётся он и в средствах массовой информации (о чём уже говорилось), иногда даже в такой форме: каково спится вам, зажравшимся? Так вот: спится — хорошо, угрызений совести не предвидится... Рвать на себе рубаху, делиться последним — не собираемся. Больше того, считаем это просто вредным. Ещё — из вопросов-обвинений: не поднимете ли вы плохо лежащее? О-бя-за-тель-но! И без каких-либо колебаний. Дорогу в развитой социализм мы умостили ассигнациями, всё валялось под ногами, и никому до этого не было дела — НАШЕ. Кончилось время НАШЕГО, пришло время СВОЕГО. Плохо лежит — поднимем, неэтично этого не сделать. И хватит об этике, для нас один критерий — выгода».

-3

Михаил Ходорковский хотел бы вернуть эти золотые денёчки!

Вообще, надо заметить, что на заре эпохи Невидимой Руки её служители и адепты высказывались гораздо откровеннее, чем стали это делать позднее. Но с 1992-го прошло десятилетие, и Невидимая Рука сложилась для Михаила Борисовича в ехидный кукиш. Кто-то счёл, что его собственная фирма, ЮКОС, тоже «плохо лежит». А на все претензии Михаила Борисовича этот некто мог бы ответить его же фразой: «Хватит об этике, для нас один критерий — выгода». «Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какой мерой мерите, такой и вам будут мерить».
Ещё подумалось: а ведь вся история таких, как Ходорковский, всего его класса, в сжатом виде чрезвычайно напоминает один эпизод, рассказанный Марком Твеном. Писатель повествовал о своём предке, который, по его словам, якобы прибыл в Америку на корабле самого Колумба:
«Когда этот сомнительный пассажир взошёл на корабль, всё его имущество состояло из носового платка с меткой «Б.Г.», одного бумажного носка с меткой «Л.В.К.», другого — шерстяного с меткой «Д.Ф.» и ночной сорочки с меткой «О.М.P.», завёрнутых в старую газету. Тем не менее во время путешествия он больше волновался о своём «чемодане» и разглагольствовал о нём, чем все остальные пассажиры, вместе взятые. Когда корабль зарывался носом и рулевое управление не действовало, он требовал, чтобы его «чемодан» передвинули ближе к корме, а затем бежал проверять результаты. Если корабль зачёрпывал кормой, он снова приставал к Колумбу, чтобы тот дал ему матросов «перетащить багаж». Во время шторма приходилось забивать ему в рот кляп, потому что его вопли о судьбе его имущества заглушали слова команды... В судовом журнале отмечено как «достойное внимания обстоятельство», что, хотя он принёс свой багаж завёрнутым в старую газету, он унёс, сходя на берег, четыре сундука, не считая саквояжа и нескольких корзин из-под шампанского. Когда же он вернулся на корабль, нахально утверждая, что некоторых вещей у него недостаёт, и потребовал обыска других пассажиров, терпение его товарищей по путешествию лопнуло, и они швырнули его за борт».
Но он потом выплыл... :(