Одним из главных аспектов саунд поэзии является звук. Но может ли существовать саунд поэзия без звука?
Задавшись этим вопросом, я начал искать ответ в терниях истории искусств и наткнулся на работы Джона Кейджа. Однажды, стремясь найти настоящую тишину, Кейдж посетил специальную комнату, известную как «безэховая» камера. Эта комната была облицована звукоизолирующим материалом, который не позволял проникать ни одному звуку. Однако, когда Кейдж вошел в комнату, он был удивлен услышать незнакомый ему ранее шум. Позднее он понял, что источником этого шума был его собственный организм. Он услышал биение своего сердца и пульсацию крови в висках. Это привело Кейджа к открытию того, что в мире не существует полной тишины.
Позднее, Кейдж сделал еще одно важное открытие на художественной выставке, где художник Роберт Раушенберг представлял свои «Белые картины». Кейдж заметил, что в зависимости от освещения и тени зрителя оттенок белого на холсте менялся. Таким образом, картины никак нельзя было назвать одинаково белыми, что делало каждую картину уникальной и неповторимой. Эти два открытия вдохновили Джона на создание музыкальной пьесы под названием «4’33».
Произведение «4’33» Джона Кейджа было впервые исполнено в 1952 году в Вудстоке. Во время этого выступления пианист Дэвид Тьюдор вышел на сцену, поклонился зрителям, сел за фортепиано и несколько раз открыл и закрыл крышку инструмента. После этого он покинул сцену через четыре минуты и тридцать три секунды, не сыграв ни одной ноты.
Это произведение вызвало бурю скандалов и негодования как у зрителей, так и у многих композиторов того времени. Репутация Кейджа пострадала из-за радикальности работы «4’33» и нового подхода к написанию музыки.
Кейдж хотел донести своей работой то, что не существует такого понятия как «тишина», что мир переполнен различными случайными звуками. Он хотел, чтобы во время выступления слушатели обратили внимание на ветер за окном, на звуки дождя, на перешептывающихся людей, на шаги тех, кто решил уйти, и прочие малозаметные мелочи. Таким образом, музыкант, просто сидящий за роялем и не производящий ни одной ноты, позволяет окружающей тишине стать частью произведения, и тишина в ней получает свои собственные силу и значение. В нашем шумном и постоянно активном мире, тишина может быть ценной и редкой. Она позволяет нам отдохнуть, сосредоточиться и восстановить энергию. Тишина также может быть источником вдохновения и рефлексии, позволяя нам услышать и почувствовать окружающий мир на более глубоком уровне.
Так саунд-поэзия и тишина представляют собой интересные искусствоведческие темы, которые позволяют нам задуматься о влиянии звуков и отсутствия звуков на нашу жизнь и восприятие мира вокруг наc.
