Приветствую читающих ✨
Очень хочу поделиться впечатлениями от просмотра невероятного произведения киноискусства.
Что будет, если произведение Льюиса Кэрролла тщательно очистить от сказочно-детского, вытащить моменты морального выбора героини, убрать узнаваемых персонажей, но добавить множество образов-символов, а в центр повествания, как в тëмную комнату, поместить маленькую девочку, превращающуюся в куклу?
"Алиса. Сон Аленки" (1988 год)
Режиссёр Ян Шванкмайер
В начале фильма звучит именно второе название. "Алиса" появляется только к финалу.
В отличие от многих более поздних экранизаций, здесь в главной роли действительно маленькая девочка (многие вспомнят версию Бëртона с взрослой актрисой. На момент выхода фильма девушке был двадцать один год).
Фильм начинается с живописной сцены бросания камней в воду. И этот кадр выглядит невероятно эстетично...
Внимание зрителей цепляет странная фраза:
"Вы увидите фильм. Для детей. Наверное.
И, пока я не забыла, закройте глаза"
К слову, диалогов в этом фильме не будет. Вообще.
Весь фильм озвучен милым голосом главной героини.
Картина Шванкмайера с первых минут многих перенесет в детство. Письменный стол, швейный набор, коллекция бабочек на стене...
Вот только режиссёр в этот момент сделал всё, чтобы вам показалось неуютно в этом месте. Рядом с тонким белым кружевом небрежно валяются подгнившие яблоки. Душно, тесно, хочется куда-нибудь уже выйти, выбежать под любым предлогом. Героине здесь тоже скучно, и может, поэтому она бежит куда-то за жутковатым ожившим чучелом кролика (я бы за таким вряд ли куда-то пошла)).
Одна из частых мыслей, посещавших меня при просмотре:
дети жестоки. Девочка в милом розовом платье куда-то бежит, всё снося на своём пути. И дело даже не в том, что ней нет ни жалости, ни сочувствия – в мире гуляющих чучел, карт и марионеток сложно быть эмпатичной. Но действия Аленки не обусловлены ни логикой, ни целью.
Аленка переходит, пробегает или проваливается из одной локации в другую, оставляя за спиной лестницы и двери, отрывая ручки письменных столов, врезаясь прямо в театральные декорации и разрывая их. Время здесь ничего не значит, часы достаёт белый кролик откуда-то из области сердца, а Шляпник и Сумасшедший Заяц пьют с ними чай.
Образы Яна Шванкмайера жёсткие, тëмные, но при этом до ужаса органично вписанные в пространство позднесоветского жилого дома. Кажется, что Аленка и не оказывалась в каком-то другом мире, всё это всегда было где-то здесь, рядом.
У меня при просмотре было ощущение, что я наблюдаю за странной игрой странного ребёнка, но при этом Аленка ведёт себя просто пугающе нормально, так, будто происходящее её не удивляет совершенно. Такое поведение характерно для сна.
Многих узнаваемых героев оригинальной истории режиссёр и сценарист либо не показали, либо напрочь лишили субъектности,
но каждый новый персонаж, появляясь на экране, показан настолько необычно и ярко, что не всегда сразу удаётся "опознать". Разве что образ Красной Королевы меня разочаровал немного, я ожидала чего-то более сюрреалистического.
Аленку в этом жутковатом мире не ждёт никто, она никого не спасает, и никто не хочет её спасти. Всё это кажется игрой, насмешкой над зрителем, но эта насмешка поистине гениальна.