Когда Владимир вошёл, в квартире стоял незнакомый запах. Смесь женских духов, новых для его обоняния, различных ароматических благовоний, спиртного, сигарет и живых букетов увядших цветов уже с прихожей отстраняли мужчину. Но больше его беспокоил отвратительный аромат любви, которым пропиталось всё вокруг. Резкий дух дорогого парфюма выдавал присутствие посторонних. Именно это невыносимо унижало достоинство уверенного в себе мужчины. И здесь нужно было теперь Владимиру жить! Здесь, где за несколько лет многое изменилось. Здесь, где сейчас уже никогда не будет прежней хозяйки. Мужчина включил бра в форме позолоченной бабочки, поставил чемодан с вещами и сел на него. Проходить дальше не было сил. Полина оказалась права насчёт ужасов. Ведь Тамара сейчас находилась за гранью жизни. Из неё получилось бы одно из самых страшных привидений. Она во всём переходила в крайность. Владимир по-настоящему боялся. Одно дело – смотреть фильм и дрожать от страха, зная, что это – всего лишь выдумка, совсем другое – испытывать страх в действительности. Переборов в себе труса, мужчина врубил в комнатах осветительные приборы и внимательно осмотрелся. Стало не так страшно. Можно было располагаться и, немного перекусив, ложиться спать. День выдался сложным. А завтра со свежей головой пытаться налаживать жизнь в одиночку, без жены, но с её ребёнком. Владимир хоть и любил Тамару, но уже от неё отвык. Ему иногда казалось, что где-то в Далматово живёт его-чужая жена. Потеря была огромной. Брак, как надеялся муж, восстановить уже будет невозможно без главного его звена. Владимир размышлял: «Что происходит с мужчиной, когда он утром уходит на работу от живой жены, а через несколько часов ему сообщают, что её больше нет? Мне гораздо легче вынести удар, чем тому мужчине. Гораздо легче. Но и мне тяжело! Ведь мне придётся воспитывать чужого ребёнка. Кто его отец?!» С этой мыслью Владимир, измотанный и уставший, незаметно провалился в сон. Ему приснилась Тамара. Она улыбалась и куда-то вдаль уходила. Отчётливо звучал её до боли знакомый голос. Тамара говорила: «Ничего нельзя было изменить. Я сама во всём виновата. Прости меня! Ребёнок! Не бросай его! Галочка! Пусть она трудится в нашем доме! Не прогоняй её! Не она меня убила! Я сама, сама…» Владимир мгновенно проснулся. Тело дрожало от холода. Сердце билось в бешеном ритме. В горле пересохло. Было страшно. Он встал с дивана, накинул на плечи махровый халат и стал в раздумьях ходить по комнате. В эту ночь Владимир до утра не заснул. В сумраке за ним следовала его то короткая, то длинная тень. На тумбочке горел светильник. Лечь спать без света Владимир так и не насмелился. Побоялся он ночевать и в спальне, на большой кровати, где они с Тамарой чуть ли не каждую ночь, когда только что поженились, предавались страстной любви. Диван принимал его в свои объятия после долгого рабочего дня, если Тамара уже спала или была не в настроении. Всё такой же мягкий и родной, он и сейчас приветствовал своего хозяина. После развода на нём никто не спал, но сидело много представителей сильного пола. Диван даже не был свидетелем любовных игр Тамары. Кровать хранила эти сокровенные тайны. На ней Владимир поклялся никогда не спать. Она, он решил, будет впредь принимать только гостей, которые у него вряд ли теперь будут.
Продолжение следует...