Мосгорсуд оставил Беркович и Петрийчук в СИЗО до 4 ноября

Мосгорсуд оставил под стражей режиссера Евгению Беркович и драматурга Светлану Петрийчук. Они обвиняются в публичном оправдании терроризма (ч. 2 ст. 205.2 УК РФ) из-за постановки спектакля «Финист — Ясный сокол».

Об этом сообщает корреспондент Business FM. «Решение Хамовничекого суда Москвы от 6 сентября оставить без изменения, а жалобу защиты — без удовлетворения», — огласил постановление судья Мосгорсуда.

Первоначально заседание должно было состояться 23 октября, но слушание отложили, поскольку не все участники процесса получили жалобу одного из защитников Петрийчук.

Защита настаивала на отмене решения нижестоящей инстанции, которая по ходатайству следствия оставила фигурантов в СИЗО до 4 ноября. Тогда защита просила отклонить просьбу следствия. Адвокаты предлагали перевести обвиняемых под домашний арест, освободить под личное поручительство общественных и театральных деятелей, за Беркович был предложен залог в 2 млн рублей.

Следствие же обосновало необходимость дальнейшего нахождения обвиняемых в СИЗО необходимостью дождаться результатов назначенных по делу экспертиз. В частности, выяснилось, что СК назначил судебную психолого-лингвистическую и автороведческую экспертизу. Исследование поручили проводить УФСБ по Свердловской области с целью выяснить, содержится ли в спектакле информация, раскрывающая идеологию каких-либо террористических организаций. Ранее другая экспертиза, которую раскритиковал Минюст, пришла к выводу, что подследственные в спектакле оправдывали идею джихадизма и ИГИЛ (террористическая организация, деятельность запрещена на территории РФ)».

Беркович и Петрийчук арестовали 5 мая. Поводом для дела стала публикация на YouTube читки пьесы «Финист — Ясный сокол». В спектакле речь идет о женщинах, которые вышли замуж за радикальных исламистов и решили уехать к ним в Сирию. При этом в 2022 году постановка победила в двух номинациях театральной премии «Золотая маска».

Подследственным грозит от штрафа до реального срока — от пяти до семи лет заключения. Свою вину они отрицают и настаивают, что в их пьесе, в основу которой легли материалы реальных уголовных дел, отсутствовал даже умысел на оправдание терроризма.