В мае 2019 года обозреватели «СЭ» Александр Кружков и Юрий Голышак взяли интервью для «Разговора по пятницам» у бывшего хавбека сборной России и «Эвертона» Динияра Билялетдинова. Футболист рассказал подробности сложных взаимоотношений с тренером Валерием Карпиным во времена совместной работы в «Спартаке».
— Карпин годы спустя сообщил, что купил вас исключительно из-за паспорта и лимита на легионеров.
— Что сказать... Молодец.
— Мы спросили Валерия Георгиевича: «Когда при всех штрафах Веллитон привез пяток лишних килограммов, вы изумились?» В ответ прозвучало: «Пять Веллитон не привозил никогда! Это Билялетдинов привез. Еще и высказался, что все нормально. Тогда я действительно был поражен».
— Такого я не говорил. И лишних килограммов у меня было не пять, а три с половиной. Весил 83, а нужно было — 79,5.
— Карпин установил жесткий ценник: 100 долларов — 100 грамм. Значит, с вас сняли три с половиной тысячи долларов?
— Да.
— Это больно.
— При чем тут деньги?! Обидно другое. Сказали, что за неделю лишний вес надо сбросить. Хорошо, сделал. Но потом все равно оштрафовали.
— Почему?
— Не ко мне вопрос.
— Худели не только вы, но и Веллитон?
— Да много человек там было. Хурадо вообще с пузом стоял.
— Легионерам тоже выписали штраф?
— Не знаю. Не уточнял. Ладно, штрафанули и штрафанули. Это все шелуха. В любой команде такие вещи спокойно перевариваются, никто не раздувает из мухи слона. А здесь маленькая проблема потянула за собой большую и повлияла на человеческие отношения с тренером.
— Не сошлись характерами?
— Дело не в характерах. Есть люди, которые могут быть неприятны. К сожалению, мне попался именно такой начальник. Вот неприятен мне Карпин! Подчеркиваю — как человек, а не тренер.
— Когда вы это почувствовали?
— Да с первого дня. Как разговаривает, как ведет себя, как позиционирует. Знаю, в личных беседах Карпин говорил: «Билл меня не боится». А я искренне не понимаю — с какой стати должен бояться тренера? Его нужно уважать, слушать. При чем здесь страх? Сейчас задумываюсь — наверное, надо было пересилить себя, подстроиться, загнать в кожуру. Но это, с одной стороны.
— А с другой?
— Если все копить в себе, рано или поздно нарыв лопнет. В общем, я вел себя так, как считал нужным. Честно и открыто. Но оказался не в том месте и не в то время.
— Кто еще в «Спартаке» демонстративно не боялся Карпина?
— Разве что Дзюба. Они вообще похожи. Взрывные, острые на язычок. Может, потому и конфликтовали.
— При Карпине Дзюба играл.
— Как раз в тот период Артем начал стабильно забивать. Это и спасло. Не было бы голов — тоже сидел бы на лавке. Вне зависимости от того, какую пользу приносил бы на поле.
— Кого Валерий Георгиевич называл «коряга» и «мешок с говном»? Вас?
— Нет. Но другие наслушались всякого. Мне не нравится, когда тренер публично позволяет такие высказывания в адрес собственных футболистов. Все ведь зависит от тона. Если в шутку назовешь игрока корягой, никто не обидится. Но зачем взрослых людей оскорблять, унижать? Зачем матом проводить установки, разборы матчей?
— Неужели у Семина в «Локомотиве» на разборах матерок не проскакивал?
— Одно слово. Ну два. Максимум! А тут...
— Пара советов футболисту, который идет к тренеру Карпину? Как себя вести, чтоб с ним сработаться?
— Помалкивать. Что бы он не говорил, не надо реагировать, огрызаться. Лучше смотреть в пол. И бояться. Впрочем, нет, переформулирую.
— Показывать, что боишься?
— Показывать трепет!