Людмила ходила по тёмному скверу. Трусиха по жизни, сейчас она даже не думала о страхе. Слёзы непрерывно текли из глаз и она всё повторяла:
- Почему я повторяю судьбу мамы?
Было уже довольно поздно и людей в сквере не было. Людмила села на лавочку и закрыла лицо руками. Идти домой не хотелось. Она сидела на лавочке и, вытирая слёзы, думала: «Как он мог так со мной поступить?» Сидела она довольно долго, но потом встала и медленно побрела домой. Тихо вошла в квартиру и прошла в спальню. Василий спал, раскинувшись на кровати. Она взяла подушку и покрывало, и легла в гостиной на диване. Закрыла глаза, надеясь заснуть, но сон не шёл. В голове крутились мысли, словно карусель и никто эту карусель не в силах был остановить.
Она познакомилась с Василием, когда приехала в город поступать в техникум. Встречались недолго, а потом Вася позвал её замуж. Люда согласилась, хотя любви никакой не было -просто нравился ей парень. Да она и не знала, что такое настоящая любовь. Никогда ещё до Васи у неё парней не было. А что было? Только учёба в школе да помощь по хозяйству маме. Ну, с подружками иногда на танцы бегала или в кино, когда в клуб привозили новый фильм. Вот и вся её жизнь в деревне. А тут город, парень симпатичный, высокий. Он её и в кино приглашал, и в кафе- мороженое. Даже цветы дарил и шоколадки. Ну, какой девушке это не понравится? А ещё Вася был очень весёлый и разговорчивый. Когда гуляла с ним Люда, то у него рот не закрывался: то про службу свою рассказывал, то про школу, то про друзей. Интересно рассказывал, в лицах всех изображал. А Люда мало говорила; да и о чём ей рассказывать? Что она в своей деревне видела?
Свадьбу сыграли не очень пышную; но Люде пышность не сильно-то и нужна была. А потом Вася привёл её к себе в квартиру, которая досталась ему от бабушки; мама его жила в соседнем доме и часто к ним заходила. Со свекровью Людмиле очень повезло: в их дела не лезла, всегда советом помогала. С первых же дней Люда её мамой называть стала. Свекровь всегда на сторону невестки становилась. Даже когда Вася стал требовать, чтобы Люда техникум бросила и больше домом занималась, свекровь уговаривала её Васю не слушать:
- Люда, послушай моего совета: не бросай учёбу. Образование очень важно. Мало ли, как жизнь повернётся: сейчас муж есть, а если не будет, куда пойдёшь? Двор мести?
Но Люда тогда свекровь не послушала, слово мужа для неё законом было. Ушла она из техникума и всю жизнь домохозяйкой была: стирала, гладила, варила. Мужу утром завтрак на стол подавала, вечером -ужин. Василий до того привык, что порой и стакан воды себе взять ленился:
-Людмила -кричал он, лёжа на диване -принеси воды!
И Люда все дела бросала, приносила. И носки подавала, и полотенце держала, когда он умывался. И всё это считала вполне естественным: ведь она же не работает. Два года прожили вместе, а деток всё Бог не давал. Василий злился, кричал на неё:
-Мне перед людьми стыдно. Взял пустоцвет в жёны.
Со временем отношение мужа стало меняться: он уже не рассказывал ей весёлые истории, да и вообще мало с ней разговаривал; потом стал выпивать. Сначала понемногу, а позже напивался до такой степени, что до дому не всегда с работы дойти мог -прямо во дворе и падал. Порой соседи в дверь стучали:
-Люда, твой на детской площадке валяется. Иди забирай, пока кто-нибудь милицию не вызвал.
И она бежала, поднимала Васю, уговаривала домой идти. А он отталкивал её, бранился и идти не хотел. Люда уберёт со лба взмокшую прядь и снова:
-Вася, поднимайся, не надо здесь лежать. Домой идём.
А потом она забеременела. Уж как она радовалась! Как свой живот поглаживала и рассказывала будущему малышу, как ему хорошо с ними будет, когда он родится. Но не посчастливилось ей стать мамой. В тот день Вася злой, как чёрт, домой явился, хоть и не сильно пьяный был. Стал орать на Люду совсем без повода, а потом ударил. Всего один раз, но прямо в живот. Она согнулась, в глазах потемнело. А очнулась уже в больнице. В палату врач зашёл и сказал, что операцию ей сделали и детей у неё никогда не будет. Уткнулась тогда Люда в подушку и рыдать начала. Вася приходил; с виноватым лицом прощения просил. Да что теперь его прощение, если все её мечты рухнули?
Когда она домой из больницы вернулась, свекровь пришла и всё по голове её гладила:
-Не убивайся так, Людочка. Многие семьи без деток живут. Только ты подумай: стоит ли тебе с таким злыднем жить, который руку на тебя поднял? Ведь раз поднял, может и второй, и третий поднять. Хоть он мне и сын, да я сама не могу ему простить такого.
-Трудно мне, мама; только куда идти? В деревню коровам хвосты крутить? Не хочется туда возвращаться. А здесь мне жить негде: никого из родных нет. А может, одумается он, не будет больше махать кулаками? -она с надеждой смотрела на свекровь.
-Может, и одумается, кто ж его знает?
После этого случая Вася больше на Люду руки не поднимал. Даже какое -то время и не пил, держался. В это же время он решил квартиру свою маленькую с доплатой на двухкомнатную поменять. Казалось, жизнь налаживаться стала, да Вася снова запил. Так и жили: три дня в неделю Вася трезвый, четыре- пьяный. А в последнее время вдруг пить перестал, на работу чистенький, выбритый ходил. Люда даже обрадовалась: дошли до Бога её молитвы. Только одно смущало: возвращался он с работы немного позже обычного. Не то, что совсем поздно, но часа на три точно. Люда его спрашивала, а он в ответ:
-У нас сейчас заказ ответственный -дом нужно сдать раньше срока.
И Люда верила. Может, и вспыхивали в душе сомнения, но она их прогонять старалась:
-Вася уже прорабом работал; конечно, за всё на нём ответственность.
А в этот вечер он рано вернулся. Люда суетиться начала, на стол подавать. А он её за руку схватил:
-Сядь, поговорить надо.
Люда села, а в душе вдруг так тревожно стало, даже тошнота подступила. Смотрит на Васю, словно молит его:
-Только ничего плохого не говори!
А он помолчал немного, с мыслями собрался:
-Я решил с тобой развестись. У меня другая есть, у нас скоро ребёнок будет. Я уйду из квартиры, месяц у неё поживу, а ты подыщи себе жильё за это время. Сама понимаешь - это моя квартира и уходить из неё я не собираюсь.
Люда проглотила ком, который застрял в горле и охрипшим враз голосом спросила:
-Да куда же я? У меня здесь и близких никого. А снимать тоже не смогу, я же не работаю. И как же ты, как же со мной так мог? -она закрыла руками лицо и разрыдалась.
-Хватит слёзы лить -прикрикнул Вася -а как ты хотела? Мне уже 49, а детишек как не было, так и нет. Мне семью нормальную хочется: чтоб детский смех был, чтоб дети по квартире бегали.
-А не твоя ли в том вина, что детей у нас нет? -закричала Люда.
-Была бы ты нормальной женщиной, не ударил бы -парировал Василий.
-Да в чём же я ненормальная?
-Не интересно с тобой: сидишь дома, только и знаешь стирать да убирать. Вечно в халате застиранном. Ни посмотреть не на что, ни поговорить не о чем.
- За это бить надо? А то, что дома сижу, так сам же заставил меня техникум бросить.
-А у тебя головы своей нет? Хватит базарить! Я всё сказал. Денег тебе дам на первое время, а дальше о себе сама позаботься.
Он ушёл в спальню, а Люда выскочила на улицу. Мысли вихрем проносились в голове:
- Как же быть, что делать? Опять в деревню? – и тут же проблеск надежды:
-Может, всё это неправда? Может, пугает её Вася? Да нет, слишком серьёзным он был; видно и правда нашёл молодку – сама себе отвечала, рыдая.
Она вернулась в квартиру, так ничего и не решив. Лежала на диване и слёзы стекали по щекам. Наконец, сон сморил её, веки стали тяжёлыми и под утро Люда заснула. Проснулась ближе к полудню. Васи дома не было. Первый раз за всю их совместную жизнь она не приготовила ему завтрак. Люда встала, застелила кровать и диван и села, продолжая обдумывать свои горестные мысли. Обида на мужа, на судьбу несправедливую сжигала её сердце и будущее виделось в чёрном цвете. Раздался звонок телефона. Звонила свекровь:
-Люда, мне Вася сказал, что вы расходитесь. Это правда?
-Правда, мама. Только не мы расходимся, а Вася меня бросает. У него другая есть; скоро Вам внука подарит.
-Ну, надо же! А ты что решила?
-Да ничего не решила. Голова от дум лопается. Вася сказал, чтобы искала себе жильё. Квартира его и он мне оставлять не собирается. А у меня ни работы, ни денег, чтоб снимать хоть комнатушку какую.
-Может, поговорить с ним?
Да что толку? Вряд ли он Вас послушает; сами знаете -какой он упёртый.
-Хочешь, ко мне приходи.
- И что за жизнь у нас будет? У Вас новая невестка, внук появится, а тут я. Нет, в деревню вернусь. Там дом после мамы остался. Правда, не знаю, не развалился ли он? Мамы -то уже 10 лет как нет.
В трубке послышалось всхлипывание:
-Людочка, ну, ты хоть звони иногда. Рассказывай, как устроишься? Я ведь тебе не чужая.
-Спасибо, мама. Да, не чужая Вы мне -она заплакала тоже -не думала я, что на старости у меня так жизнь сложится.
-Ну, до старости тебе ещё далеко. Разве 45 – старость? Может ещё всё наладится; может, оно всё ещё к лучшему обернётся? Не убивайся так. Давай будем с тобой вместе на это надеяться.
Через неделю Люда стояла на перроне, ожидая своего поезда. Она не стала ждать, когда закончится месяц, отведённый ей Васей. Какой смысл сидеть в чужой теперь квартире? Раздался звук приближающегося состава; через минуту раздалось шипение и перед Людой остановились вагоны. Подхватив чемоданы, она пошла в конец поезда, где был нужный ей вагон.
Рано утром её разбудил проводник:
-Через пять минут Верховое. Стоянка три минуты
Люда быстро собрала постель, оправила на себе кофточку и потащилась с чемоданами в тамбур. Поезд остановился, она спрыгнула с подножки и проводник подал ей чемоданы. Поезд тут же стал набирать ход; застучали на стыках колёса, раздался протяжный гудок, словно с ней попрощался. Люда оглянулась -на узком перроне она была одна. До деревни было километра три и надежды на то, что кто -то её подвезёт, не было никакой. Она вытащила ручки чемоданов и покатила их по грунтовой дороге, местами разбитой после дождя. Деревня начала просыпаться и то тут, то там голосили петухи и мычали коровы. Но на деревенской улице ещё никого видно не было. Люда дошла до самого конца и увидела мамин дом. Она открыла калитку и ступила во двор. Постояла, оглядываясь: ставни в доме заколочены досками крест -накрест, колодец прикрыт крышкой, во дворе трава -бурьян по пояс слегка под утренним ветерком колышется; будка Тузика пустая стоит. Посмотрела и к дому пошла, таща за собой чемоданы, которые путались колёсиками в этой самой траве. Достала с притолоки над дверью ключ и вошла. В доме был полумрак, и только в щели пробивались солнечные лучи. Пахнуло сыростью. Как же давно она здесь не была – с грустью подумала Людмила. Она поставила чемоданы и села на табуретку. Тут же возник образ мамы: она, как живая, сидела на этом самом месте, сложив руки на коленях и по щекам её текли слёзы. Только что за отцом дверь закрылась: он ушёл к поварихе Наташке, которая работать в район уехала.
У Люды слёзы навернулись на глаза. Она их смахнула, встала, взяла чайник и вышла во двор к колодцу набрать воды.
Согрела себе чай, достала из чемодана пакет с печеньем. Взяла с полочки большую керамическую кружку.
-Мамина любимая -вспомнила Люда.
После чая принялась за уборку: сметала паутину со стен и потолка, вытирала пыль с мебели, раскладывала свои вещи. А из шкафа вытащила сложенные ещё мамой полотенца, салфетки разные, бельё постельное -всё сыростью пропахло.
-Позже постираю -подумала.
На кухонной полочке стояло несколько пакетов и возле них рассыпанные крупы. Только она прикоснулась к одному из пакетов, как оттуда выскочила мышь и стремительно кинулась куда -то к стене. Люда запищала от страха и выскочила во двор. Она с детства боялась этих тварей. Выбежав, схватилась за сердце, готовое выскочить из груди.
-Тётя, Вы чего? -услышала она детский голос и обернулась.
У соседнего забора стоял подросток лет 12 и удивлённо смотрел на Люду.
-Мышь. Там мышь пробежала.
-А Вы что, мышей боитесь?
-Я их с детства боюсь.
-А Вы что, здесь жить будете? -снова спросил мальчишка.
-Да, буду. А тебя я не знаю. Вы недавно здесь живёте? Здесь же Красновы жили раньше.
-Да, тётя Валя родственница папина. Она уехала к сыну, а мы теперь здесь живём.
-Слушай, а ты мышей не боишься?
-Нет -засмеялся парнишка -чего их бояться?
-А ты не можешь мне помочь?
-А что делать нужно?
-Пойдём, покажу.
Мальчишка перелез через забор и подошёл к Людмиле:
-Показывайте.
Они вошли в дом.
-Вот эти пакеты нужно выбросить. Там мышь сидела, может, и ещё есть. Можешь?
-Да запросто – мальчишка стал доставать пакеты и бросать в ведро, которое Люда подставила. Когда всё было сделано, он сказал:
-Но мыши всё -равно бегать будут. Вам кошку надо завести. А папа с работы приедет, я попрошу Вам мышеловку поставить. У нас в сарае есть. А Вы сыр купите, чтоб туда для приманки положить.
-Спасибо тебе огромное -улыбнулась Люда -а как тебя зовут?
-Филя. Ну, Филипп вообще -то, а все Филей зовут.
-А меня тётя Люда.