Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Девушка пела в церковном хоре

Распятие висит над его кроватью. Он часто смотрит на образ Христа и думает, как не справедлив мир. Все началось в юности. Ася училась с ним на одном курсе в университете. Она была ничем не примечательной: не отличалась спортивными успехами, не корпела над учебниками, не блистала красотой. Словом, обычная девушка. В студенческой жизни одинокого юношу подстерегают разные трудности: вкусно поесть, опрятно выглядеть, всегда иметь карманные деньги. Захар, так звали нашего героя, тоже их испытывал. Он жил в студенческом общежитии, особых развлечений там не было. От нечего делать Захар стал ходить по выходным в местный храм. Он садился на дальней скамейке и слушал, как служители церкви затягивают заунывные молитвенные песнопения. Они навевали на Захара какое-то успокоение, даже умиротворение. Он вспоминал, как в детстве ходил в храм с прабабушкой: запах горящих свечей, много красивых картинок на стенах и вкусные просвиры. Она умерла, когда Захар был ещё маленьким, поэтому юноша помнил тольк

Распятие висит над его кроватью. Он часто смотрит на образ Христа и думает, как не справедлив мир.

Все началось в юности. Ася училась с ним на одном курсе в университете. Она была ничем не примечательной: не отличалась спортивными успехами, не корпела над учебниками, не блистала красотой. Словом, обычная девушка.

В студенческой жизни одинокого юношу подстерегают разные трудности: вкусно поесть, опрятно выглядеть, всегда иметь карманные деньги. Захар, так звали нашего героя, тоже их испытывал. Он жил в студенческом общежитии, особых развлечений там не было.

От нечего делать Захар стал ходить по выходным в местный храм. Он садился на дальней скамейке и слушал, как служители церкви затягивают заунывные молитвенные песнопения. Они навевали на Захара какое-то успокоение, даже умиротворение. Он вспоминал, как в детстве ходил в храм с прабабушкой: запах горящих свечей, много красивых картинок на стенах и вкусные просвиры. Она умерла, когда Захар был ещё маленьким, поэтому юноша помнил только это.

В один из праздничных дней Захар как обычно сидел и слушал молитвы. Вдруг чистый девичий голос потревожил его покой: он словно рассек воздух, разделил время на "до" и "после". До этого голоса у Захара не было ничего, и появилось все в один миг, как только он начал звучать.

Боясь испортить впечатление, Захар медленно поднял глаза и обомлел: пела Ася. В голове вихрем пронеслись разные мысли. "Девушка пела в церковном хоре..." Как же раньше я тебя не замечал? Почему здесь, в храме? И что мне теперь делать?

А Ася все пела. Это было как наваждение, как откровение, будто все счастье и все горе мира сосредоточены в этой молитве.

Захар слушал и терпеливо ждал окончания службы. Он подошёл к Асе, сказал, что удивлён, просил рассказать о себе.

Они гуляли по осеннему городу, говорили о многом и ни о чем. Ася закончила воскресную школу и продолжала ходить в храм, чтобы петь.

Она рассказала о своей непростой жизни: отец-алкоголик не любил жену и дочь, спился и умер несколько лет назад. Мать все жаловалась на жизнь, сначала на пьющего мужа, потом на то, что он умер и ей одной приходится поднимать дочь.

Ася уже давно научилась не сетовать на судьбу, находила утешение в общении с Богом и в чтении книг. Нет, она никогда не выглядела набожной или зубрилкой. Эти её увлечения гармонично сочетались со степенным характером, и Ася не выглядела старомодной. Напротив, это придавало ей утонченности и очарования.

С тех пор они дружили в университете и почти всегда виделись в храме.

А потом Захар ушёл служить. Ася писала ему. Писала исправно, рассказывала новости о бывших однокурсниках, о своей жизни, о работе в приюте для животных. А потом письма прекратились.

Захар скучал, не понимал, чем он мог её обидеть, почему она не отвечает. Не просто скучал - тосковал. Вспоминал волшебный голос, гладкие волосы, озорную улыбку. И понимая, что не просто влюблен, а глубоко и искренне любит эту необыкновенную девушку, мечтал, как приедет к ней и позовет замуж.

И вот он снова в родном городе, покрытом белым снежным покрывалом. Букет алых роз, незамысловатое колечко - и он стоит у ворот храма. Неспешно входит, ищет глазами любимое лицо, в недоумении смотрит на портрет в рамке с чёрной лентой...

А дальше все как в тумане: розы алеют на снегу, колечко выпадает из рук, а с могильной плиты на него смотрит Ася.

Она умерла в начале осени. Рак съел её озорную улыбку, гладкие волосы, голос... А счастье было так близко. Захар корил себя за то, что понял не сразу, какое великое счастье ему было даровано - любить. Жалел, что не успел сказать Асе самых главных слов, не кружил в вальсе Мендельсона, не стал ей опорой. Он понял слишком поздно, что эта девушка - лучшее, что было в его жизни...

Захар, нет, не Захар, теперь прихожане зовут его отец Кирилл, живёт и служит в храме, где пела Ася. Он восхваляет имя Господа ежедневно, а когда на него нахлынут воспоминания, он запирается в своей комнате, включает записи молитвенных песнопений на всю громкость и истерично кричит, обращаясь к распятию на стене.

А когда ярость проходит, в забытьи лежит на полу у портрета Аси. Священник в его теле сурово молится о её жизни в раю, а мужчина - не может найти в себе силы понять, почему Господь забрал её к себе.

И только Бог знает, что Ася выполнила свое предназначение, - привела к нему Захара. Ведь если мужчина так неистово любит женщину, даже после её смерти, он полюбит безусловной любовью все человечество на своём великом пути к Богу.

Таков закон справедливости!