Когда-то нам всем казалось, что украинская тема — самое важное геополитическое событие в мире. Причем не только для нас, но и для Запада тоже: сколько патетичных репортажей, дотошных инфографик и аватарок с украинскими флагами там успели сделать!
Оказывается, достаточно было одной жестокой атаки ХАМАС в районе Сдерота, чтобы про «героическое сопротивление» украинцев все успели забыть. Сомневаетесь? Взгляните на главную страницу любого крупного новостного агентства и попробуйте найти там что-нибудь про Украину.
Повезет, если ее упомянут в контексте склок в американском Конгрессе. Зато кадры окровавленных тел еврейских женщин, стариков и детей по-настоящему всколыхнули западного обывателя. На уровне глубоко зарытого, но пронзительного инстинкта. Инстинкта Анны Франк, инстинкта Варшавского гетто. Вот евреи, вот их ведут, а вот куда — смерть.
Для Запада это не просто красная тряпка — это красная тревога. И западные элиты, ведомые жгучим чувством исторической вины, готовы на все, чтобы «защитить» несчастных евреев своими миллиардами долларов. Никакие руины палестинских больниц не в силах остановить это стремление «защитить», а Украина… Украина не шкаф — подвинется.
А что вообще есть Украина и украинцы для Запада? С евреями ведь понятнее: тут и Святая земля, и Стивен Спилберг, и хумус в супермаркете. Украина же остается чем-то далеким и туманным. «Да, там сейчас, кажется, война, говорят, там красивые женщины задешево… И вообще, меня однажды подвозил таксист Микола — отличный парень». Вот, собственно, где-то тут и заканчивается европейская идентичность Украины.
Это у нас в России ухо приласкает характерный говорок, потекут слюнки от борща с пампушками и начнут перечислять всю родню оттуда. Только вот для чопорного лондонца, вальяжного парижанина и упитанного техасца какая-то периферийная заварушка на постсоветском пространстве с ее жертвами ничем, в сущности, не отличается от кровавых новостей про Сомали по ящику. «Опять туземцы воюют».
Зато евреев знают и уважают все. А потому и сочувствуют. И за них, не то что дубинкой на площади, ракетой по свадьбе будут бить и говорить, что легко отделались. И лобби у Израиля не как у Украины, а реально эффективная и серьезная диаспора. Сила, с которой считаются. Так что все, конечно, равны, но некоторые равнее. И стоит мертвый израильтянин намного дороже украинца как для палестинцев, так и для западных налогоплательщиков.
Да и потянет ли Америка перед выборами финансировать сразу два дорогостоящих конфликта? Даже на CNN некоторые смельчаки уже отвечают на этот вопрос: хорошо бы, чтоб потянула, да не может, старушка.
Действительно, вряд ли колеблющиеся избиратели оценят еще один пакет помощи Киеву. Тем более что на эти миллиарды тот несколько месяцев «контрнаступал» так, что русские пошли на Авдеевку.
Украина — предприятие рисковое, дорогое и явно не про окупаемость. Она про интерес.
Сегодня Америке интересно воевать с Россией. А завтра Китай начнет высадку на Тайване, пока Пхеньян будет утюжить Сеул и Токио ракетами. Интересы поменяются. Если сейчас мы видим чехарду со спикером в палате представителей, срыв прежнего темпа поставок и нервозный тон заявлений Киева, то о какой «войне до победного конца» может идти речь? Маленький сектор Газа костью в горле встал у всей намоленной архитектуры спонсирования Украины. Что же это за поддержка, которую вот так запросто срывают какие-то арабы в шлепках?
Теперь прежней сверхуверенности особенно кровожадных украинских националистов можно только посочувствовать. Винтовка М4, безусловно, красивое оружие, я и не говорю про все обвесы. Но мушкет в руках не делает из индуса вице-короля Индии — он делает из него послушного сипая. Кроме модных коллиматорных прицелов нужны еще и ракеты, снаряды, танки, самолеты. И протезы тоже нужны.
У России все не идеально, но она себе это обеспечит. А обеспечит ли это себе Украина, если Запад просто возьмет и умоет руки?
Вашингтон, например, делал это в Афганистане и Вьетнаме. Во Вьетнаме он еще и убил неудобного себе президента, чтобы не мешался лишний раз. Как раз тема к размышлению на фоне спекуляций про украинские выборы весной.
Поэтому Украина вполне логично впишется в этот список. И тот факт, что на Украине американская армия не воюет «на земле», ничуть не портит эту аналогию — раз не воюет, то и прекращение помощи потребует гораздо меньшей политической воли.
Это, впрочем, не значит, что нам можно расслабляться и хорохориться. Напротив, эмоционального и разволнованного врага лучше принуждать к миру с холодным рассудком и железной рукой, лишний раз не надеясь на благожелательность обстоятельств.