Вспомнила на днях одну не рядовую консультацию. Обратилась ко мне молодая женщина. Из предварительной беседы я уже знала, что у нее две маленькие дочки 1,5 и 2, 3 лет.
И вот мама стоит у меня в дверях. Одна дочка, та, что помладше, на руках. Другую она держит за руку. Обе чудесные малышки в одинаковых курточках с капюшоном. Семья как из рекламы модной детской одежды. Милота, да и только. С порога, после «здравствуйте», мама выдает: «Это погодки».
– Я понимаю, – отвечаю я, и внутренне удивляюсь, зачем говорить про очевидные вещи.
Не тороплюсь с вопросами, наблюдаю. Предлагаю раздеться и располагаться. Мама усаживает младшую дочку за стол: «Не бойся!».
Говорю:
– Я бы боялась! Ведь мама зря не скажет.
– Ой, как-то не подумала... И правда..., и зачем-то открывает кран в раковине, расположенной на уровне детского роста.
Старшая дочка тут же лезет к крану, уверенно открывает, мочит руки и рукава в воде. Мама отстраняет ее, закрывает кран. Малышка открывает его снова. Мама закрывает...
– Если бы Вы не показали, что делать, скорее всего, не пришлось бы теперь стоять на защите крана.
– Ой, как-то не подумала...
– Что вас беспокоит?
– Моя мама считает, что старшая дочка отстает в речевом развитии.
– А кто Ваша мама?
– Мама - фельдшер.
– Почему она так считает?
– Ну она говорит, что Лиза говорит мало слов...
Девочка с любопытством смотрит на меня глазами-пуговками.
Я пытаюсь наладить контакт. Достаю домашних животных. Спрашиваю, кто как говорит. Малышка легко откликается, приносит игрушки, произносит звукоподражания. Но больше ее интересует содержимое ящика моего стола. Я собой загораживаю к нему проход, и интерес пропадает.
Мама просит ее почитать. Я удивленно поднимаю брови. Девочка берет книжку и начинает водить пальчиком по строчкам, имитируя чтение (хороший признак). Мама довольна. Малышка хорошо реагирует на ее похвалу. Подхватывает простой диалог.
- Два и три?, - уточняю я.
Мама мнётся.
- Вы знаете, на самом деле Лизе год и восемь. Мы ждали, стояли в очереди, нам ее предложили, а я уже забеременела Ликой... От Лизы мать отказалась, а потом еще брать никто не хотел, все отказывались... Мол не понятно, какой национальности. А я ее очень люблю. Чтобы не было вопросов, мы решили изменить дату рождения... Но я понимаю, что год и восемь, это не два и три...
Немая сцена. В моей голове все встает на свои места. Ненужное мамино утверждение, что девочки-погодки еще в начале выдавало обстоятельства с головой. Но я не мисс Марпл.
Теперь интерпретировать речь Лизы можно по-другому. Ребенок, которому 1год и 8 месяцев, не познавший достаточной любви от биологической матери, получивший несколько отказов от потенциальных приемных родителей, находился в постоянном угнетенном состоянии, и тратил силы только на выживание. Не смотря на это Лиза очень активна, любопытна, понимает обращённую речь, говорит отдельные слова, звукоподражания, и даже имитирует чтение и речь в целом. Решили, что при всех обстоятельствах вполне можно подождать самостоятельной речи и встретиться, когда девочке исполнится два. Любви, заботы и внимания теперь малышке не занимать.
Встретиться нам так и не пришлось. Я переехала. Но из переписки знаю, что Лиза к двум годам заговорила предложениями.
Единственный вопрос, который вызывает у меня некоторые сомнения, это то, что приемные родители скрывают факт усыновления. А кто знает, где еще и по какому поводу, придется признаваться, что приписали несколько месяцев и что она приемная и как это скажется на отношениях в семье?