Писателю Венедикту Ерофееву 24 октября исполнилось бы 85 лет. Он запомнился в первую очередь своей культовой поэмой «Москва — Петушки».
Из жизни Венедикта..
Ерофеев родился за Полярным кругом, в поселке Нива-3 под Кандалакшей. Его отца, начальника железнодорожной станции, в 1945 году отправили в лагерь «за антисоветскую пропаганду». Семья оказалась в отчаянном положении: в голодное время на Крайнем Севере матери Венедикта, как жене «врага народа», не полагалось продуктовых карточек. У Вени и других детей началась цинга, а пока они лежали в больнице, сгорела изба. Веню с братом Борисом поместили в детский дом города Кировска, где хотя бы было гарантировано пропитание.
В детдоме, а потом в школе Венедикт учился на пятерки, много читал – это был его способ противопоставить себя грубым, агрессивным сверстникам. Золотая медаль позволила ему в 1955 году без экзаменов, пройдя только собеседование, поступить на филологический факультет МГУ. Казалось, впереди его ждало светлое советское будущее.
Как родилась поэма "Москва-Петушки"..
Собрание сочинений Венедикта Ерофеева может уместиться в одном томе: ранняя проза «Записки психопата» и «Благая весть», пьеса «Вальпургиева ночь, или Шаги командора», эссе «Василий Розанов глазами эксцентрика», текстовый коллаж «Моя маленькая лениниана», фрагменты записных книжек и, наконец, повесть «Москва – Петушки», которую автор назвал поэмой.
«Петушки» родились, как шутка для друзей. На поэму ушло не слишком много времени, как и на другие тексты. Персонажи в ней — алкоголики и изгои, ангелы и демоны — говорят то как урки-бомжи, то как советские чиновники, то как евангельские проповедники. Образование и начитанность Ерофеева позволяют ему жонглировать разными цитатами и коннотациями.
Оттого поэму и называют постмодернистской. Хотя в ней Ерофеев ставил совсем иную задачу — фундаментальную: он попытался проследить весь путь русской литературы, а вместе с ней и России.
Игорь Золотусский неслучайно сравнил «Москву — Петушки» с другой поэмой — «Мертвые души». Гоголь гениально явил обратную сторону царской России. Ерофеев попытался показать обратную сторону России советской. Но и тот и другой, правда, с разной степенью мастерства, устремлялись к России вечной.
Друзья, придя в восторг от поэмы, стали давать ее почитать знакомым, перепечатывать, и вскоре она пошла в народ не без некоторого сопротивления со стороны автора. В течение года «Москва – Петушки», как сказали бы сейчас, завирусилась. Еще бы: никто в то время не писал так свободно, тонко и остроумно обо всем, что испытывал герой «Москва – Петушки» – ни в андеграундной литературе, ни тем более в советской.
Десятки фраз из поэмы стали крылатыми: от «где больше ценят русского человека, по ту или по эту сторону Пиренеев?» или «а жабо – что нам жабо! Мы и без жабо лыка не вяжем» до бессмертной «и немедленно выпил».
Вскоре текст попал за границу – в 1973-м он был впервые опубликован в израильском журнале «Ами». Затем последовали издания в Европе и Америке, на русском и в переводах.
Как писатель Венедикт Ерофеев был связан с владимирским краем?