Можно подумать, что цветовая дифференциация штанов смешная выдумка сценаристов «Кин-дза-дза!» и цвет одежды вряд ли где-либо был предметом государственной заботы, но в Риме ношение пурпурных одежд было больше, чем просто модным выбором – это было политическим манифестом.
Тирианский фиолетовый , яркий оттенок, полученный из морской улитки мурекс, был одним из самых востребованных и дорогих красителей в древнем мире. Для изготовления всего лишь унции пурпура требовались тысячи улиток , поэтому одежда, окрашенная в этот цвет, стоила непомерно дорого. В результате пурпур стал символом власти, престижа и богатства в римском обществе. Императоры и высокопоставленные чиновники облачались в пурпурные тоги, подчеркивая свой исключительный статус и выделяя себя из общей массы.
Однако римляне, известные своей структурированной социальной иерархией, не просто оставляли ношение пурпурного цвета на свое усмотрение. Согласно римским законам о роскоши, были установлены правила её демонстрации, включая ношение одежды этого оттенка. Законы о цвете одежды, периодически корректировались, и были направлены на сохранение моральной структуры общества путем предотвращения чрезмерного пристрастия к роскоши и поддержания четких различий между социальными слоями.
Только римская элита могла носить тирский пурпур, чтобы держать плебс на своем месте.
Римским гражданам грозили последствия, если они преступали эту цветовую границу. Нарушителей, пойманных на выставлении напоказ пурпурной несанкционированной одежды, штрафовали. Такое наказание, вкупе с публичным унижением, действовало в качестве сдерживающего фактора для тех, кто мог испытать искушение бросить вызов общественным нормам.
В тех случаях, когда выставление напоказ пурпурного цвета рассматривалось как прямой вызов императору или государству, последствия могли быть более серьезными. Они могут включать конфискацию имущества или ссылку.
Увлечение тирским пурпуром внезапно закончилось с разграблением Константинополя в 1204 году. Ни византийский император, ни какой-либо другой латинский правитель на бывших византийских территориях не могли собрать финансы, необходимые для производства пурпурных тканей.