Состоялись финал и награждение лауреатов Первого международного конкурса им. Ф. Шаляпина

Бас Ильдар Абдразаков стал лицом первого конкурса Шаляпина — председателем жюри. Сказочно повезло двум конкурсантам — баритону Игорю Подоплелову и сопрано Ирине Котовой, которым после третьего тура сразу же довелось выступить с Абдразаковым в дуэтах из опер. С таким ноу-хау — выступлением с председателем жюри — пришлось столкнуться впервые за многолетнюю историю всех вокальных конкурсов в Петербурге. И эту традицию было бы неплохо закрепить.

Прослушивания первых двух туров нового смотра проходили в Красном зале Театрального музея и Белом зале Шереметевского дворца. Для участия в конкурсе было подано 219 заявок, но к первому очному туру допустили 36 человек, а в финал вместо девяти решением Ильдара Абдразакова были пропущены двенадцать.

Финал открыл 35‑летний монгольский бас Цэнд-Аюушийн с песней Варяжского гостя из «Садко» Римского-Корсакова. Для своего возраста певец показал очень слабое владение интонацией, пел около нот, демонстрируя отсутствие интонационной координации, словно не слыша себя из‑за гулкой подачи звука. Певец рубил мелодию по слогам, возможно, впрочем, решил таким образом изобразить необузданную силу варяга. Давний конкурсный игрок 36‑летний Олег Бударацкий из Краснодара сорвал аплодисменты благодаря искрам отработанной буффонной скороговорки в арии мздоимца доктора Бартоло из «Севильского цирюльника» Россини. В остальном же конкурсант вызвал недоумение множеством небрежно снятых окончаний фраз, неоткалиброванных нот. 25‑летний лирический бас из Москвы Александр Дуболазов явил странноватую трактовку арии о клевете подлого дона Базилио из «Севильского цирюльника», не говоря уже о том, как не хватало огранки согласных в его исполнении. Оркестр «Северная симфония» так эмоционально старался за певца, что не давал возможности отчетливо вслушаться в его голос. Базилио получился персонажем с неопределенными намерениями, со слабо проявленным характером, однако выразительная внешность и артистизм этого высокого солиста обнадежили: его участие в финале показалось авансом на будущее.

27‑летняя Екатерина Журавлева из Ханты-Мансийска (III премия) задала наконец высокую планку. Исполнив трепетную арию главной героини из «Мадам Баттерфляй» Пуччини несколько машинально, она по крайней мере показала сделанный голос с хорошими «техническими характеристиками», красивым тембром, полетностью и объемом. Для своих 35 лет сопрано Екатерина Захарова не слишком усердно старалась, чтобы показать технику бельканто в каватине Леоноры из «Трубадура» Верди. Раздавались отдельные красивые ноты, но вместе с ними были очевидны и большие проблемы со свободой дыхания и легато, музыкальностью и осмысленностью фразировок. 32‑летняя Ирина Котова с ее лирическим сопрано, возможно, от большого волнения все время задыхалась и трепетала как листочек в арии Шемаханской царицы из «Золотого петушка». Речи о драматургической осмысленности формы и захватывающей интерпретации быть не могло.

Первые такты арии принцессы де Буйон из «Адрианы Лекуврер» Чилеа в исполнении 36‑летней Марии Мустакаевой было невозможно расслышать — слишком старался оркестр, заглушив все, что можно. 35‑летний Ярамир Низамутдинов, солист театра «Санкт-Петербург- опера» отчеканил песенку Герцога из «Риголетто» Верди, несколько пережав струну своего голоса, карикатурно, словно повизгивая от удовольствия, снимая фразы, таким образом, не исключено, он желал изобразить ветреный нрав своего героя-обольстителя.

Самый молодой финалист 21‑летний Иосиф Никитенко из Минска (I премия) проникновенно, красиво, осмысленно представил знаменитую арию Ленского из «Евгения Онегина» Чайковского. И следом за ним шел следующий конкурсант с арией Голландца из «Летучего голландца» Вагнера (номер, который почти не встречался на российских конкурсах за многие годы) — 30‑летний кировчанин Игорь Подоплелов, много лет обучающийся в Москве, в частности, в Академии хорового искусства. Музыкантская зрелость, мощная интерпретаторская заявка чувствовались в каждой ноте бас-баритона, ­изумляя выучкой, крепкой огранкой немецкого языка. Выступление Игоря стало настоящим конкурсным явлением.

Известный по множеству петербургских вокальных конкурсов Артем Савченко вновь стабильно, без изменений, как на работе, спел каватину Фигаро из «Севильского цирюльника». А вслед за ним очень «среднестатистически», картинно, жалея себя, умирал в предсмертной арии Родриго из «Дон Карлоса» Верди баритон Алексей Юрковский (II премия).

И каким же наслаждением после этих мучительных конкурсных прослушиваний стал выход мастера — Ильдара Абдразакова. Он бросил вызов своему молодому коллеге Игорю Подоплелову, еще не успевшему остыть от финального жара, спел с ним в сложном дуэте короля Филиппа и маркиза ди Позы из «Дон Карлоса». Игорь достойно принял этот вызов — рядом с выдающимся басом он выглядел музыкантом, не побоявшимся за­явить о себе во весь голос.