Апрель 1960 года. Тель-Авив. Штаб-квартира израильской национальной разведывательной службы «Моссад».
— Наши ребята из Буэнос-Айрес сообщили только что. Объект, за которым они вот уже как месяц ведут наблюдение, и есть тот самый разыскиваемый нами вот уже более лет.
— Шеф, будем его экстрагировать в Израиль по дипломатическим каналам?
— Нет, Ицхак. Боюсь, что аргентинское правительство нам его не выдадут. В лучшем случае отправят в ФРГ, где ему назначат лет пять. Не больше. А после отсидки пособие выдадут и даже помогут с работой. Нет уж. Нам надо самим с ним разобраться.
Спустя два месяца к пассажирскому самолету, следовавшего по маршруту: Буэнос-Айрес – Тель-Авив, подъехала машина скорой помощи. Из нее спешно достали носилки, на которых лежал больной, и быстро подняли их по трапу в салон. Через полчаса самолет, сделав прощальный круг над пригородом аргентинской столицы, взял курс на Ближний Восток.
Путь в преисподнюю
Адольф Эйхман не познал лишений, которые принесла австрийцам Первая мировая война.
Во-первых, кровь на полях сражений он не проливал. В конце войны ему было всего 12 лет. А во-вторых, его отец, также Адольф, занимал должность коммерческого директора довольно крупной компании, читая по вечерам проповеди прихожанам евангелической церкви.
Семья не испытывала недостатка. Младший Адольф успешно окончил школу в австрийском Линце. Спустя годы он страшно гордился тем, что несколькими годами раньше в этой же школе обучался фюрер нации.
После школы отец помог ему трудоустроиться в фирму, которая специализировалась на установке и ремонте бензонасосов. Там у него появился закадычный друг. Он, будучи активистом Молодёжного союза фронтовиков, уговорил Адольфа вступить в эту общественную организацию.
Сильный экономический кризис, разразившийся в Германии в начале 30-х, позволил нацистам заявить о себе. Их популярность росла. Вскоре узнали о них и в соседней Австрии.
Военизированная организация нацистской партии (СС) бросила свой взор на австрийские общественные организации фронтовиков. СС тогда активно расширяла свои представительства, набирая в них новых членов.
Он сидел в переполненной пивной. Там было собрание НСДАП. Выступал тогдашний гауляйтер Боллек.
— Ты поступишь к нам, — неожиданно прервал его мысли, севший за его столик Кальтенбруннер. Да, да. Тот самый Эрнст Кальтенбруннер, который в будущем станет крупным нацистским функционером.
Они были земляками. Вместе выросли в австрийском Линце. Отец Эйхмана и отец Кальтенбруннера, местного юриста, были хорошими знакомыми. Адольф и Эрнст немного знали друг друга.
Бесцеремонно, конечно, но Адольф, почти не задумываясь, ответил:
— Ну… ладно. Я готов.
Так Адольф Эйхман попал в СС.
Главный по евреям
В 1933 году Эйхман вынужден был перебраться в Германию. Австрийское правительство запретило нацистские движения в стране. Под запретом оказалась как сама нацистская партия, так и ее военизированные формирования.
Какое-то время он служил в Австрийском легионе, но потом сумел перевестись, с помощью того же Кальтенбруннера, в службу безопасности рейхсфюрера СС (СД). Строгая военная дисциплина, царившая в легионе, была не для него.
СД, как бы эта служба не называлась, вовсе и не отягощала себя вопросами безопасности Гиммлера. Это была особая спецслужба, занимающаяся в основном аналитическими вопросами.
Эйхману поручили заниматься масонами, но это показалось ему скучным. Он перевелся во вновь созданный отдел, который занимался евреями.
На первоначальном этапе еврейскому вопросу уделялось не так много времени. Он не был первостепенным. Но со временем, когда нацисты окончательно взяли власть в свои руки, евреями стали интересоваться все больше и больше.
Эйхману стекалась вся статистика по евреям. Сколько их, чем занимаются, какие должности занимают. Его интересовало абсолютно все. Активно сотрудничая с гестапо, он занимался прежде всего принудительной эмиграцией евреев из Германии. Даже вел переговоры с англичанами на предмет отправки немецких евреев в Палестину. Но что-то там тогда не вышло.
Проявил изрядное рвение и исполнительность
В сентябре 1939 года Эйхман возглавил подразделение, отвечающее за еврейский вопрос. Спецслужбы Германии тогда подверглись реорганизации. Их объединили в одну организацию (РСХА), чья структура была весьма разветвлённой.
РСХА включала в себя семь управлений, каждое из которых делилось на несколько отделов, а каждый отдел, в свою очередь, включал в себя секторы. Вот одним из таких секторов, который отвечал за еврейский вопрос, и руководил Эйхман
Поэтому говорить, что именно Эйхман был главным ответственным за холокост, ошибочно. Над ним было много руководителей. Начальник отдела, начальник управления и, наконец, сам шеф РСХА Гейдрих. А над ним, в свою очередь, бонзы Третьего рейха.
К архитекторам массового уничтожения евреев можно считать самого Гитлера, Гиммлера, Гейдриха. Но не Эйхмана. Скорее всего он был сообразительным и исполнительным важным винтиком в этой системе, без которого эта машина могла давать сбои.
Определенного виновника, ответственного за геноцид евреев, невозможно назвать. Внизу на земле каждый такой Эйхман отвечал за определенный участок. Кто-то организовывал депортацию евреев в лагеря, кто-то уничтожал их там, а кто-то просто отлавливал бедняг на оккупированных территориях и убивал на месте.
Подразделение Эйхмана отвечало за депортацию евреев. В зоне их ответственности были все оккупированные территории. Именно рвением и незаурядной исполнительностью Эйхмана и его подручных конвейер смерти работал безукоризненно.
Сбежал в Аргентину
Немногие знали, чем в действительности занимается Эйхман и где он служит. Оберштурмбаннфюрера мало кто знал в лицо. В форме офицера СС его никто не видел, так как в ней он красовался только на службе. Семья его жила замкнуто. Так что, когда Третий рейх рухнул Эйхману не составляло никакого труда скрыться от возмездия.
Бывший эсэсовец воспользовался новым паспортом, который был заблаговременно подготовлен, и пять лет вместе со своей семьей спокойно прожил в Германии.
Но его искали. Его имя неоднократно упоминалось на послевоенных судебных процессах. Петля вокруг него медленно, но неминуемо затягивалась.
С помощью католической церкви Эйхману удалось получить необходимые документы и он, под именем Рикардо Клемента, перебрался в Аргентину. Там он почувствовал себя в относительной безопасности.
Через год он даже съездил в Германию, чтобы забрать свою семью. Устроился в местное подразделение Mercedes-Benz, где даже сделал карьеру, продвинувшись по служебной лестнице до начальника отдела.
Язык мой — враг мой
Пословица эта будет всегда актуальна. Эйхману зачем-то понадобилось раскрыть свое прошлое перед своими детьми. Дети же восприняли его прошлое, как героическое. Они восхищались своим папенькой.
Его сынок, так тот просто бахвалился в кругу своих друзей о высокой должности своего отца в иерархии Третьего рейха. Так уж вышло, что в этот круг входила дочь одного еврея, у которого практически все родственники погибли в фашистских концентрационных лагерях. Она то и рассказала своему отцу о странном Николасе.
Отец девочки внимательно отнесся к словам своей дочери и связался со своим знакомым юристом. Тот тоже был евреем и ему в годы войны чудом удалось спастись. Скрывался в Швеции, а затем эмигрировал в Аргентину.
Моссад среагировал моментально. Прибывшие агенты очень скоро установили, что служащий местного подразделения Mercedes-Benz Рикардо Клемент и есть тот самый Адольф Эйхман, за которым они охотились все эти годы.
На безлюдной улочке бывшего эсэсовца скрутили. Закинули в машину и отвезли на конспиративную квартиру. Там его несколько раз с пристрастием допросили. Он во всем сознался. Подписал добровольное согласие на судебный процесс в Израиле. Было опасение, что в противном случае авторитетные международные организации могли добиться его выдачи с целью передачи Германии или международному трибуналу.
На воздушный борт израильской авиакомпании Эйхмана переправили под видом бортпроводника, попавшего в автомобильную аварию. Перед этим его до невменяемости накачали транквилизаторами.
Последняя казнь
На судебном процессе Эйхман признавал, что да, он служил в СС, организовывал депортацию евреев в концентрационные лагеря. Но на нем нет крови, он не участвовал в убийствах и не отдавал приказы об убийствах. Он всего лишь выполнял свою работу, и его компетенция была очень ограниченной.
Но нашлись свидетели. Он указывали на Эйхмана, который проявлял особое рвение в депортации евреев. Будь он хотя бы немного поленивее что ли, сколько было бы спасено невинных людей. Он мог уйти в отставку, сославшись на какое-нибудь заболевание. Видно было, что та его работа, которую он выполнял, доставляла ему скрытую радость. Что-то навроде радости маньяка, которую тот получает от убийства невинного человека.
В декабре 1961 года бывший оберштурмбанфюрер СС Адольф Эйхман был приговорен израильским судом к смертной казни. В мае 1962 года его повесили. Это была последняя казнь в истории еврейского государства.
📌 Вашему вниманию: