В конце 2019 года мой календарь волонтёра Историко-культурного центра Ленинского района Московской области был заполнен самыми разнообразными мероприятиями, в которых либо я сам был организатором и ведущим, либо одним из приглашённых гостей. Но однажды пришло ощущение, что мне стало тесно в этих рамках.
Решение пришло быстро. Я набрал номер телефона моей знакомой из центра социального обслуживания, расположенного на Липецкой улице в Бирюлёво Восточном. Оказалось, что Анастасия совсем недавно перешла на работу в «Мой социальный центр» в Чертаново Северное. Она была рада моему звонку, сказала, что и сама хотела мне звонить, поскольку я активно участвовал во всех мероприятиях в Бирюлёво Восточном, даже выступал в самых различных конкурсах за местную команду ветеранов.
Приехав в «Мой социальный центр», располагавшийся на третьем этаже ТЦ «Южный», я увидел великолепно оформленные помещения для работы с населением. Для уроков кулинарного мастерства были созданы все условия. В соседнем помещении заканчивался монтаж компьютерного оборудования. Картину дополняли помещения для занятий фитнесом, два теннисных стола подсказали мне, что я сюда уже хочу ходить, несколько бильярдных столов дополнили картину. Актовый зал тоже подсказал мне, что я должен прийти сюда со своими идеями. Разговор с Настей был коротким. Я предложил организовать два клуба для представителей «серебряного» возраста – Школа Мнемозины и Секреты долголетия – и получил полное одобрение. Мне для встреч с подопечными выделили читальный зал, который находился рядом с мастерской скульпторов и художников.
В начале января закипела работа по привлечению желающих. Я готовился очень серьёзно. На каждую встречу я составлял отдельный план, делал рассылку заданий, текстов, готовил раздаточный материал. Очень быстро пришлось просить дополнительное время для заседаний клубов. В результате мы стали встречаться дважды в неделю. Две пары (по 45 минут) по средам и две пары по воскресеньям. На каждую встречу приходили до сорока человек. Последние пары обычно продолжались допоздна, участники клубов не хотели расходиться…
Но случился «КОВИД», будь он неладен. Сначала появились маски, потом запрет на проведение совместных мероприятий. Около полугода я делал рассылки с заданиями и интересными материалами участникам клубов по e-mail. Но на каком-то этапе стало понятно, что без живого общения заседания клубов потеряли былую привлекательность. Тем не менее, с некоторыми активистами я до сих пор поддерживаю отношения. Очень благодарен всем, кто приходил на наши встречи.
Об одной из тем, которой мы уделили особое внимание, я хочу рассказать Вам, мои уважаемые подписчики.
В 1974 году я поступил на исторический факультет Кемеровского государственного университета. В феврале 1975 года во время студенческих каникул мы с одногруппником Анатолием отправились в Ленинград. Это были незабываемые дни. Но главной моей целью было посещение Русского музея. Очень хотелось посмотреть на картины художника Ф. Васильева, с творчеством которого я познакомился, прочитав статью в одном из журналов. Он создал около 100 выдающихся полотен, находящихся и сегодня в экспозициях самых известных музеев. Среди его друзей и знакомых были самые известные художники того времени. Сам И. Репин писал, что он и другие коллеги считали Ф. Васильева своим учителем, несмотря на его молодость.
Для меня биография и творческая жизнь художника стала источником самых удачных и интересных публичных выступлений. В них были рассказы о художниках, с которыми дружил, ездил в экспедиции и даже породнился Ф. Васильев (его сестра Евгения вышла замуж за И. Шишкина), об истории бурлачества, о фразеологизмах русского языка с ними связанных, об И. Кулибине, который желая облегчить труд бурлаков, создал и построил три судна, которые помогали перемещать баржи без ватаг и бечевы… Ф. Васильев, собственно, организовал для И. Репина поездку на Волгу для сбора материалов, которые легли в основу картины «Бурлаки».
В 21 год Ф. Васильев стал знаменитым, написав «Оттепель», а в 23 года умер от туберкулёза. Многие наши современники в этом возрасте ещё пытаются искать себя…
Его называли певцом русского неба. Почти на всех его картинах присутствует небо в качестве одного из «героев» выдающихся произведений.
Приглашаю прочитать небольшой материал о великом художнике, посмотреть видео о картинах Федора Васильева.
Федор Васильев
(22.02.1850 – 06.10.1873)
Федором Васильевым восхищались Иван Шишкин и Иван Крамской. Его пейзажи выигрывали премии Общества поощрения художников и уже при жизни автора становились образцами для других живописцев. Илья Репин писал: «Мы рабски подражали Васильеву и до обожания верили ему. Он был для всех нас превосходным учителем». Именно Федор Васильев помог художнику придумать композицию «Бурлаков на Волге» и нашел деньги на экспедицию, во время которой Репин написал картину.
Из почтальона в художники
Федор Васильев родился в Гатчине. Его отец, Александр Васильев, работал помощником учителя в Гатчинском сиротском приюте. Он жил вместе с Ольгой Полынцевой, однако их брак в церкви зарегистрирован не был. Будущий художник стал вторым ребенком: в семье уже подрастала старшая дочь Евгения. Когда Федору Васильеву исполнился год, родители с детьми переехали в Петербург и поселились в небольшом деревянном доме на Васильевском острове. Отец устроился в почтамт и занимался рассылкой газет. В 1852 году Александр Васильев и Ольга Полынцева обвенчались. Вскоре у них родилось еще двое сыновей: Александр и Роман.
Заработок отца был небольшим: денег катастрофически не хватало. Чтобы помочь семье, Федор Васильев в 12 лет уже устроился работать в почтовое отделение. Сначала рассыльным, потом – помощником писца. Каждую свободную минуту Васильев писал, чаще всего пейзажи. Он мечтал стать художником и несколько раз собирался бросить работу на почте. Отец же считал живопись неприбыльной и отговаривал сына. Однако Фёдор Васильев устроился в мастерскую реставратора картин Петра Соколова, а вскоре поступил в вечернюю рисовальную школу Общества поощрения художников.
В 1865 году умер отец, и начинающий художник стал главой семьи: ему нужно было обеспечивать мать, старшую сестру и двух братьев. Большую часть времени Васильев проводил в мастерской, где брался за любую работу. Однако занятия в школе Общества поощрения художников он не бросил. Именно там в 1866 году Федор Васильев познакомился с Иваном Шишкиным. Известный мастер сразу же обратил внимание на его работы и решил познакомить молодого живописца с членами Артели художников – независимого творческого объединения.
Оно возникло после «Бунта четырнадцати», когда 14 лучших выпускников Академии художеств отказались писать картины на заданные темы и потребовали права самостоятельно выбирать сюжеты. Лидером кружка был Иван Крамской. Он вспоминал первую встречу с Васильевым: «Его манеры были самоуверенны, бесцеремонны и почти нахальны. Замечу, что первое впечатление быстро изгладилось, так как все это было чрезвычайно наивно. И я должен сознаться, что часто он приводил меня просто в восторг и свежестью чувств, и меткостью суждений, и беспредельной откровенностью своего умственного механизма».
Любимый ученик Крамского и Шишкина: первые картины Васильева
Федор Васильев учился у Шишкина как работать со светом, продумывать композицию и точно передавать детали. Их отношения быстро переросли в дружбу. В 1867 году мастер взял Васильева в поездку на остров Валаам. На протяжении всего лета они каждый день писали этюды. «Въезд в деревню», «В церковной ограде», «Лес у ручья», «Пейзаж с березками» – Федор Васильев работал много и быстро. Самой удачной, по мнению Шишкина, картиной молодого живописца стала «На острове Валааме. Камни». После путешествия, зимой 1867 года, произведение показали на выставке Общества поощрения художников. Полотно семнадцатилетнего пейзажиста приобрел граф Сергей Строганов. Меценат также пообещал Федору Васильеву обеспечивать его всем необходимым для творчества.
«В рисовании и живописи с натуры он чрезвычайно быстро ориентировался: он почти сразу угадывал, как надо подойти к предмету, что не существенно, и с чего следует начать. Учился он так, что казалось, будто живет он в другой раз и что ему остается что-то давно забытое только припоминать. Работал он страстно; апатичность и рассеянность не врывались к нему в то время, когда в руках был карандаш, или вернее, – механически, без участия сердца, он работать не мог»
Иван Крамской, художник
После успеха выставки Федор Васильев стал завсегдатаем Артели художников. Он сблизился с Иваном Крамским: они обсуждали искусство, вместе рисовали и оценивали картины друг друга. Илья Репин в книге «Далекое близкое» писал: «Это был феноменальный юноша. Крамской его обожал, не мог на него нарадоваться и в его отсутствие беспрестанно говорил только о Васильеве <...> Легким мячиком он скакал между Шишкиным и Крамским, и оба эти его учителя полнели от восхищения гениальным мальчиком». Одной из последних работ Васильева в качестве студента стала картина «После дождя (Весна в Петербурге)». В 1867 году он окончил школу при Обществе поощрения художников.
Лето 1868 года Федор Васильев провел в деревне Константиновка под Петербургом, где вместе с сестрой жил у родных. За город живописец пригласил погостить и Ивана Шишкина. Художники много рисовали с натуры: всего за несколько месяцев Васильев написал картины «Деревня», «После грозы», «Перед дождем» и «Возвращение стада». В деревне Шишкин влюбился в сестру молодого художника, Евгению Васильеву. Вскоре они поженились.
За картину «Возвращение стада» Федор Васильев получил первую премию на конкурсе Общества поощрения художников – 400 рублей. И сразу же потратил их на модный костюм, цилиндр и перчатки лимонного цвета. Репин вспоминал: «И что удивительно: человек бедный, а одет всегда по моде, с иголочки; случайно, кое-как образованный, он казался и по терминологии, и по манерам не ниже любого лицеиста; не зная языков, он умел кстати вклеить французское, латинское или смешное немецкое словечко; не имея у себя дома музыкального инструмента, он мог разбирать с листа ноты». Федор Васильев стал известным столичным художником: он часто принимал приглашения на балы и вечера.
«Мне думается, что такую живую, кипучую натуру, при прекрасном сложении, имел разве Пушкин. Звонкий голос, заразительный смех, чарующее остроумие с тонкой до дерзости насмешкой завоевывали всех своим молодым, веселым интересом к жизни: к этому счастливцу всех тянуло, и сам он зорко и быстро схватывал все явления кругом, а люди, появлявшиеся на сцену, сейчас же становились его клавишами, и он мигом вплетал их в свою житейскую комедию и играл ими».
Илья Репин, «Далекое близкое»
В 1869 году меценат граф Строганов предложил художнику поехать в его имение Знаменское в Тамбовской губернии. Васильев впервые увидел природу юга. Он писал сестре: «Если бы ты видела, Женя, степь. Я до того полюбил ее, что не могу надуматься о ней». Осенью того же года семья графа из Знаменского переехала в украинское имение Хотень. Федор Васильев отправился вместе с ними. В это время в своих работах пейзажист особое внимание уделял небу: он написал полотна «Тучи над холмами», «Небо с облаками», «Приближение грозы», «Кучевое облако». Репин вспоминал, как впервые увидел картины Васильева: «Небо-то, небо... – начинаю я восторгаться. – Как же это? Неужели это без натуры?.. Я никогда еще не видывал так дивно вылепленных облаков, и как они освещены! Да и все это как-то совершенно по-новому». Федор Васильев писал леса, деревни, проселочные дороги – всего за 1869 год он начал около 30 картин. Некоторые из них пейзажист заканчивал уже в Петербурге.
Экспедиция по Волге и жизнь в Крыму
К началу 1870 года Илья Репин задумал картину «Бурлаки на Волге» и создал ее акварельный эскиз. По его замыслу, бурлаки на переднем плане полотна должны были контрастировать с отдыхающими дачниками на заднем. Однако Васильев композицию раскритиковал. В книге «Далекое близкое» Репин вспоминал его слова: «Тут эти барышни, кавалеры, дачная обстановка, что-то вроде пикника; а эти чумазые уж очень как-то искусственно «прикомпоновываются» к картинке для назидания: смотрите, мол, какие мы несчастные уроды, гориллы. Ох, запутаешься ты в этой картине: уж очень много рассудочности. Картина должна быть шире, проще, что называется – сама по себе... Бурлаки так бурлаки!». Федор Васильев предложил Репину поехать в экспедицию по Волге и рисовать с натуры. Однако для живописца, стесненного в то время в средствах, это было нереально. Васильев достал необходимые для поездки 200 рублей за две недели: он обратился к графу Строганову.
В мае 1870 года художники Федор Васильев, Евгений Макаров и Илья Репин вместе с младшим братом Василием на пароходе отправились по Волге. Репин вспоминал: «Он поражал нас на каждой мало-мальски интересной остановке. Его тонко заостренный карандаш с быстротой машинной швейной иглы черкал по маленькому листку его карманного альбомчика и обрисовывал верно и впечатлительно цельную картину крутого берега». За время экспедиции Васильев написал картины «Крестьянская семья в лодке», «Рыбаки», «Закат на Волге». На полотнах художника тоже есть бурлаки: на «Вид на Волгу. Барки» изображено пришвартованное судно, рядом с которым отдыхали рабочие.
Весной 1871 года Васильев закончил картину «Оттепель». Художник писал произведение с натуры: разъезженная дорога, проталины, усталые путники. Полотно выставили на конкурсе Общества поощрения художников. Это был большой успех.
Увидев произведение, Шишкин сказал: «О! Он скоро превзошел меня, своего учителя». А Крамской говорил: «Картина «Оттепель» — такая горячая, сильная, дерзкая, с большим поэтическим содержанием и в то же время юная и молодая, пробуждающая к жизни». Работа Васильева получила первую премию и вскоре ее купил Павел Третьяков для своей коллекции. Копию картины у живописца заказал будущий император Александр III. В этом же году Федору Васильеву присвоили звание художника I степени и зачислили вольноприходящим студентом Академии.
«Да ведь какой талант! И вообще я такой одаренной натуры еще не встречал: его можно сравнить с баснословным богачом, который при этом щедр сказочно и бросает свои сокровища полной горстью направо, налево, не считая и даже не ценя их»
Иван Крамской, художник
Однако во время работы на «Оттепелью» Федор Васильев заболел чахоткой. Граф Строганов предложил художнику уехать из Петербурга в теплый климат и погостить в его имении Хотень. Однако это не помогло, и вскоре по совету врачей Васильев стал жить в Крыму. Поездку оплатило Общество поощрения художников. Летом 1872 года художник писал Крамскому: «Тоскую по России и не верю Крыму». Вдали от семьи и друзей Фёдор Васильев долгое время не писал пейзажи с натуры, а дорабатывал свои прежние эскизы из альбомов. Спустя несколько месяцев он закончил картину «Мокрый луг» и отправил на конкурс в Петербург, где полотну присудили вторую премию. А вскоре написал еще два полотна-воспоминания: «Болото в лесу. Осень» и «Утро».
Васильеву ежемесячно присылали деньги из Общества поощрения художников. Однако сумма была небольшая, и чтобы иметь возможность работать, пейзажист стал брать заказы. Для великого князя Владимира Александровича он написал «Вид из Эриклика» и несколько зарисовок императорского Ливадийского дворца. В счет сразу нескольких будущих картин живописец принял деньги у Третьякова.
Постепенно художник увлекся и пейзажами Крыма: в 1872 году он закончил полотна «Прибой в Ялте», «Горы и море», «В Крыму. После дождя».
«Небо голубое-голубое, и солнце, задевая лицо, заставляет ощущать сильную теплоту. Волны – колоссальные, и пена, разбиваясь у берега, покрывает его на далекое пространство густым дымом, который так чудно серебрится на солнце... Картина в самом деле так очаровательна, что я рву на себе волосы – буквально, – не имея возможности сейчас бросить все дурацкие заказы и приняться писать эти волны. О, горе, горе! Вечно связан, вечно чему-нибудь подчиняешься»
Федор Васильев, из письма Крамскому от декабря 1872 года
В 1873 году Федор Васильев написал свою последнюю картину «В Крымских горах». Сначала художник задумывал ее горизонтальной, однако изменил решение: вертикальный холст подчеркивал высоту деревьев и гор. Крамской отзывался о работе: «Что-то туманное, почти мистическое, чарующее, точно не картина, а в ней какая-то симфония доходит до слуха оттуда, сверху».
6 октября 1873 года Федор Васильев скончался. Ему было 23 года. Художника похоронили в Ялте на Поликуровском кладбище. Через три месяца после смерти Васильева живописцы Крамской и Шишкин организовали выставку-аукцион его работ. Деньги с продажи шли на компенсацию долга Обществу поощрения художников и Петру Третьякову — Федор Васильев не дописал обещанные картины. Большинство произведений раскупили еще до официального открытия. Два альбома приобрела императрица Мария Александровна, еще два – библиотека Академии художеств.