Но над страной уже нависала тень Горбачева М.С. и его надежных последователей. Он не знал, да и не хотел знать, таких вещей, как именно, к разработчику «Мира», нашему Глушкову В.М. в 1973 году обратилось правительство Великобритании, написать статьи для Британской энциклопедии о кибернетике. Что он с удовольствием, думаю, и сделал. А не к Дж. Мартину (США), тоже достойнейшему человеку, создавшему теорию информации и систему проектирования баз данных. Теперь у Нас с вычислительными кибернетиками, почему-то - НИКАК!
С «Уралом» было покончено, но вспоминаю иногда ту тётю, с вводом информации, команд программ и числовых данных, на засвеченных катушках кинопленки. Мы пробивали ручным инструментом информационные слова, построчно поперёк ленты. Дырка, если нужен нолик, и не пробивать – если единичка. Выбитые кусочки пленки сыпались в коробку, и мы, которые с математическим уклоном, должны были их высыпать в специальный, металлический пожарно-безопасный сундук, стоявший во дворе.
Один из нас, у которого был излишек любопытства, решил, нужно проверить пожарные свойства этих маленьких кусочков фотопленки, бросил туда спичку и захлопнул тяжелую крышку. Эффект был поразительный, раздался не грохот. Хуже! Стоял протяжный вой! Из щели сундука, на метр несколько минут выдувало тугую струю пламени, а потом повалил густой белый дым с запахом пороха. Чувствовалось за квартал.
На следующий день, в чрезвычайном режиме с нами провели занятие по технике безопасности. Начав с просьбы показать, подняв руки вверх, пальцы. Из двадцати человек только у одной девочки-отличницы были пальцы целы. У остальных, по крайней мере, один палец был с пузырем ожога. Все пробовали потрогать раскаленную радиолампу этой тёти на ощупь - сказывался пытливый тип ума.
Через короткое время всё в том же юном возрасте спутался с ЭВМ БЭСМ, тоже ламповая, но пальцы в неё уже не совали. Эта тётя оказалась интереснее, первый раз увидел бумажную перфоленту, перфоратор, печатающие и магнитофонные устройства. До сей поры, помню (зачем мне это надо?) коды команд подвода зоны, чтения, записи и перемотки.
Память была ещё не байтовой структуры, а ячеечная (слово). Программировалась кодами. Не помню, как организовывались циклические процедуры? Регистров смещения адреса, кажется, не было. Поля адресных ссылок были не возможны. Это важно для расчетов с приближенными вычислениями, когда у каждого члена ряда свой коэффициент. Удивительно, но эта дама не знала, как себя подать.
Тем не менее, как-то и что-то с ней нафантазировал из нечто модельно-математического для кафедры химии, в сфере обменно-ионного и катион-обменного водо-очищения и умягчения. Не помню, закончил программку или нет. Позорно бежал, надо было поступать в институт. Поступил и честно сказать, стал пай юношей.
С легкомысленными тётями без серьёзной памяти, всё вычисляющими, практически дел не имел, и правильно – в этих делах лучше иметь дела с мужиками, тёти не молоток с зубилом. Изучал сферы потенциального использования ЭВМ. Молоток менялся. Вместо ручного - отбойный. В институте установили серьёзную даму БЭСМ-6. Это было круто, но за время учебы в институте с ней пообщаться так и не пришлось.