Когда о ком-то говорят: «он - настоящий рыцарь», то подразумевается, что этот человек отважен, самоотвержен, честен и благороден. Но можно ли считать подобное сравнение по-настоящему лестным, если вспомнить о том, какими людьми на самом деле были средневековые рыцари? Ведь, несмотря на наличие ряда собственных принципов, назвать благородным можно было бы далеко не каждого из представителей данного сословия.
Рыцарские доблести и заповеди
В Средневековье считалось, что каждый из знатных дворян должен был обладать рядом добродетелей, также именуемых рыцарскими доблестями:
- Быть мужественным и отважным.
- Хранить верность и преданность.
- Проявлять великодушие и милосердие.
- Быть благоразумным человеком, повинующемуся в первую очередь голосу здравого смысла.
- Быть учтивым, куртуазным, уметь показать в обществе хорошие манеры.
- Блюсти законы чести.
- Не зависеть ни от кого, кроме своего сюзерена.
Тут, к слову, следует ещё пояснить, что под словом «куртуазность» понималась не столько средневековая концепция отношений между Прекрасной Дамой и её верным Рыцарем, сколько вежливость, учтивость, владение собой, своими поступками, а также наличие хороших манер.
Кроме того существовали ещё и рыцарские заповеди. Согласно главным из них дворянин должен был быть верующим христианином, поддерживающим интересы Церкви. Он был обязан защищать слабых, быть патриотом своей Родины, в битве проявлять мужество, а также беспрекословно повиноваться своему сеньору. Быть честным человеком, всегда держать своё слово, соблюдать принципы нравственности, проявлять щедрость, защищать добро и вести неутомимую борьбу со злом.
Чувствуете? Вот он и рисуется - образ благородного рыцаря без страха и упрёка. Того самого, который всегда встанет на защиту женщины вне зависимости от её сословия. Который говорит правду и только правду и никогда в жизни не отступится от данного кому-то обещания. Того, кто ни за что не нанесёт предательского удара в спину, Который всегда вежлив и учтив в хорошем обществе.
А что же на самом деле?
А на самом деле было вот что. Начнём с того, что никакого «кодекса чести» наподобие того что имелся в Японии у самураев, у европейских рыцарей попросту не существовало. А все заповеди и добродетели, о которых мы говорили выше, оставались для них всего лишь рекомендациями, не более.
То есть никто из европейских дворян их соблюдать не был обязан, если только он сам не хотел этого делать.
Нет, были, конечно, и такие рыцари, которые в той или иной мере соблюдали все заповеди и добродетели. Ну, или хотя бы часть из них.
Однако большинство представителей знатного сословия в Европе не только не следовали данным принципам, но и вообще зачастую вели себя как заправские хулиганы, если только не хуже.
Так, например, них ничего не стоило ограбить или убить человека, особенно в том случае если речь шла о простолюдине, перешедшем им дорогу или не пожелавшим добровольно расстаться со своим имуществом, приглянувшимся рыцарю.
Что же касается отношения к прекрасному полу, то по-настоящему «рыцарственным» и куртуазным оно было только к представительницам знатного сословия, то есть к особам, как минимум, равным рыцарю по социальному статусу. С приглянувшимися же им простолюдинками средневековые дворяне вообще не церемонились: просто получали от них то, что хотели обманом, угрозами, а то и грубой физической силой.
Не считалось среди рыцарей зазорным и предательство, даже по отношению к собственному сеньору. Так, переход на сторону врага своего сюзерена расценивался в те времена вовсе не в качестве проявления подлости, а как личный выбор. То же самое касалось и бесчестного нападения из-за угла: не гнусность это, мол, а всего лишь военная хитрость.
Да и в быту большинство «благородных» дворян было не прочь и кулаками помахать (особенно в таверне, где собиралось много всякого люда), и некультурно выразиться (порой даже при даме), и напиться до состояния риз. И всё это считалось среди рыцарей вполне нормальным поведением.
Правда, было и кое-что, считающееся позорным для каждого из представителей знатного сословия: - трусость и малодушие. Если рыцарь получал вызов на поединок, то он был обязан драться вне зависимости от собственного желания, физической возможности и состояния здоровья.
Вот как раз-таки отказ от поединка несмываемым пятном и ложился на репутацию любого из средневековых дворян в то время как нарушение любой другой заповеди или добродетели считался вполне допустимым. Особенно при некоторых обстоятельств, которые могли заставить рыцаря повести себя далеко не честно и не слишком благородно.