Мы ждем, когда противник начинает сосредотачивать там войска для решения каких-то задач. Бить по таким местам сосредоточения наша артиллерия умеет. Но бывает, что ВСУ сидят в укрытиях и никаких действий не предпринимают. Их приходится оттуда выковыривать. А когда они готовятся и идут вперед, мы их накрываем. Сорвать их наступления кинжальным огнем артиллерии, реактивных систем и авиации гораздо проще. Зачем закрывать котелок, если мясо туда само попадает, считает военный эксперт журнала "Арсенал Отечества"
Мы ждем, когда противник начинает сосредотачивать там войска для решения каких-то задач. Бить по таким местам сосредоточения наша артиллерия умеет. Но бывает, что ВСУ сидят в укрытиях и никаких действий не предпринимают. Их приходится оттуда выковыривать. А когда они готовятся и идут вперед, мы их накрываем. Сорвать их наступления кинжальным огнем артиллерии, реактивных систем и авиации гораздо проще. Зачем закрывать котелок, если мясо туда само попадает, считает военный эксперт журнала "Арсенал Отечества" Алексей Леонков
Об этом он рассказал в интервью изданию Украина.ру
Ранее в Минобороны сообщили, что на Херсонском направлении ВСУ предприняли ряд неудачных попыток захвата плацдармов на островах и левом берегу Днепра. По сведениям ведомства, противник потерял до 345 военнослужащих и 48 лодок.
- Алексей Петрович, не получится ли так, что своей активностью на Днепре украинские войска вынудят нас перебрасывать резервы под Херсон, ослабят нашу оборону на Запорожье и затормозят наше продвижение в Авдеевке?
- Эти действия Украины вряд ли смогут что-то изменить.
Россия по всей линии фронта выстроила активную оборону. У нас хватает сил и средств. У нас хорошо налажено взаимодействие обороняющихся подразделений с артиллерией и авиацией. Поэтому даже если противник предпримет наступление сразу на всех направлениях, ничего у него не получится.
Украина уже пыталась осуществить такой маневр летом. Они пытались давить под Артемовском, чтобы мы стянули туда все силы, а они бы ударили в другом месте. Но эта афера не удалась. Потому что разведка у нас работает.
Да, мы увидели, что вышла какая-то украинская группа. Ну и что? Ее накрыли огнем и разметали.
И даже если ВСУ попытаются создать плацдарм через Днепр, то этот плацдарм нужно снабжать. Без снабжения он там погибает. А d районе Антоновского моста они высаживали десант, окапывались, а потом их наша артиллерия сравнивала с землей.
Видимо, у Киева нет других планов операций и других тактических приемов. И нет изобретательных военачальников. Видимо, мы их всех положили. Еще мы положили много "волонтеров" из стран НАТО.
Так что ни Украина, ни ее западные инструкторы не могут родить что-то, чтобы им принесло победу и коренным образом изменило ситуацию на поле боя.
- Можем ли мы что-то сделать, чтобы противник вообще не смог предпринимать какой-то медийной активности возле Днепра?
- Мы ждем, когда противник начинает сосредотачивать там войска для решения каких-то задач. Бить по таким местам сосредоточения наша артиллерия умеет. Но бывает, что ВСУ сидят в укрытиях и никаких действий не предпринимают. Их приходится оттуда выковыривать. А когда они готовятся и идут вперед, мы их накрываем. Сорвать их наступления кинжальным огнем артиллерии, реактивных систем и авиации гораздо проще. Зачем закрывать котелок, если мясо туда само попадает.
- Возможна ли ситуация, что мы выманим все силы Украины на левый берег Днепра, а путь на Херсон будет нам открыт?
- Можно и выманить. В этом случае больше всушников будет уничтожено. Повторюсь, когда они сидят в укрытии, их потери меньше. Когда идут в атаку – больше. Это аксиома.
- Как вы оцениваете темпы нашего продвижения в Авдеевке?
- Мы там улучшаем линию боевого соприкосновения.
Понятно, что Украина там активно использует кассетные боеприпасы. Если мы на это направление будем привлекать дополнительные силы, то рискуем понести неоправданные потери. Поэтому Россия там применяет тактику, когда занимает какой-то вражеский укрепрайон и превращает его в собственный под прикрытием артиллерии и авиации, а потом идет дальше.
Более крупные наши резервы в виде армий или корпуса мы пока в бой не вводили. Видимо, мы ждем момента, когда это можно будет сделать внезапно с целым каскадом результатов, которые скажутся на всей СВО.
- Каким образом мы сможем обеспечить эту внезапность?
- За счет разведки.
Любое наступление готовится в части снабжения и подготовки войск к крупномасштабной операции. Мы этим занимаемся давно. Нам нужно отрабатывать определенные элементы на линии соприкосновения и за счет ротации проводить необходимые тренировки. Вы же часто читаете новости, что на полигонах недалеко от передовой постоянно идет боевая учеба.
- Возможно ли это наступление до конца года? Или это вопрос отдаленной перспективы?
- Сложно сказать. Мы же не будем предупреждать ВСУ, что в ноябре мы будем наступать. Я ж говорю, что все произойдет внезапно. Давайте просто дождемся момента, когда это произойдет.