Довольно интересный (и в какой-то степени ключевой) момент показан в знаменитом советском довоенном фильме «Человек с ружьём»
На вопрос революционного товарища Сидорова (актёр Николай Крючков): «А кто опасней, казаки или пехота?» солдат Иван Шадрин (Борис Тенин) поначалу, не задумываясь, отвечает: «Казаки». Но затем, поразмыслив, что на войне численность всё же играет самую весомую роль (т.е. пехота-то главней), добавляет, что, мол, «война от настроения зависит».
Абсолютно верно! Это прекрасно понимали агитаторы. Поэтому, если на поле боя сходились две приблизительно равные по численности армии, исход сражения могла решить либо «хитрости военные», зависящие от полководческого таланта, либо невоенные. Вот в число этих последних входили банальный подкуп (восточная тактика) и идеологическая составляющая. Иными словами, расшатывание и подрыв устоев изнутри.
Так, ещё перед началом Первой мировой войны на «национальный фактор», как на «пятую колонну» (quinta columna), очень надеялись царские генералы, затевая на юго-восточном направлении удар по Австро-Венгрии, как наиболее слабому противнику во всех отношениях. Считалось, что «лоскутная империя» Габсбургов, составленная из разношерстной публики (немцев, венгров, чехов, словаков, хорватов, поляков, русинов и т.п.), не жизнеспособна, не сцементирована общей идеей, и, стоит только надавить, она моментально развалится под ударами русского штыка. А уж «братья-славяне», стонущие под игом немцев в империи, быстро перейдут на сторону России, потому как, они – тоже славяне, а русский царь – царь всех славян. Короче, братья!
Думаю, русские генералы прекрасно понимали, что принцип quinta columna работает лишь при определенных условиях. Во-первых, требовалось наличие двоякой ситуации – чтобы «судьба империи висела на волоске», а маятник раскачивался в разные стороны. И, во-вторых, цена вопроса должна быть очень высока.
Примеры же с подкупом в истории встречались довольно часто. Особенно в Средневековье. Так, например, перед Ангорской битвой 20-го июля 1402 года с войсками турецкого султана покоритель Средней Азии Тимур (Тамерлан) прибег к излюбленной восточной тактике – подкупу.
Хромец знал, что султан давно не выдавал жалованья, что в его войсках много недовольных, особенно среди анатолийских беев. Он послал лазутчиков к беям, пытаясь склонить их на свою сторону. И это ему удалось. В ходе битве на левом фланге отряды анатолийских беев и 18 тысяч наемников-татар перешли на сторону противника, чем предопределили исход сражения. Разгромив фланги, Тимур бросил в атаку резерв и окружил главные силы турок. Преимущество войск Тимура было подавляющим. Янычары были перебиты, а сам султан Баязид взят в плен.
Идеологический фактор всегда имел громадное значение. Одна из сторон всегда должна чувствовать за собой «истинную правоту», а иначе – зачем тогда воевать? В Тридцатилетней войне 1618 – 1648 годов широкое применение получил девиз «С нами Бог!» (Gott mit uns), поначалу используемый шведским королём Густавом Адольфом. Успехи протестантов в войне с католиками всесилии в их сердца уверенность в правоте своего дела. Девиз является дословным переводом еврейского имени Имману-Эль (עמנואל) и намекает на пророчество пророка Исаии о спасении иудейского царя Ахаза в 733 году до н.э.
С 1701 года Gott mit uns стал девизом прусской королевской фамилии, а затем, до 1962 года использовался и бундесвером (в настоящее время на пряжке ремней имеется надпись «Единство. Справедливость. Свобода!»). В прусской армии это высказывание было выбито на пряжках, которые носили солдаты с 1847 года, а также встречалось и после падения монархии – в рейхсвере и вермахте (кроме ВВС).
Это изречение взято из ветхозаветной «Книги Юдифь» (13:11), где молодая вдова, стремясь спасти свой город, отрубает голову вражескому военачальнику Олоферну и показывает её стражникам:
«… Юдифь издали кричала сторожившим при воротах: отворите, отворите ворота! с нами Бог, Бог наш, чтобы даровать еще силу Израилю и победу над врагами, как даровал Он и сегодня…».
Фраза Gott mit uns красуется и на памятнике Битве народов в Лейпциге, который был сооружён к 100-летию победы над Наполеоном в 1913 году.
В общем, главное было привлечь на свою сторону как можно больше сторонников (в т.ч. и божественных). Ведь от этого, как правильно заметил Иван Щадрин, зависел исход в войне…