Бывает такое, что когда случайно поднимется одна тема-триггер из детства( про пьющего отца), следом за ней привязываются и другие, вот как про те 60 абортов( это же целых два полных класса похороненных детей). Я не понимала, почему в детстве и юности меня эта тема так сильно царапала и мне не хотелось, чтобы взрослые об этом говорили. Сейчас понимаю…
И вот следом ещё одна возникает! Она возникает всегда, когда я читаю, что детей бить можно и даже нужно. Что всех нас пороли в детстве и ничего…все мы людьми выросли! Выросли, да! Но какими?
Цитирую: А я своих порола ремнём. Не один ремень измочалила. Это уже, если разговоры и просьбы не помогают. И не считаю что это плохо.
Пороть и бить это разные вещи.
Битьё это унижение и оскорбление ребёнка. Порка это наказание.
И не было никаких обид.
Нас с сестрой мама с папой никогда не били. Вот не били, и всё тут. Отец мог орать, материться, но бить? Никогда! При этом мы с Татьяной росли в той семье, где детей бить было принято! Ах да! Это называлось «пороть за дело и для профилактики»!
У нас же в квартире долгое время по очереди жили все отцовские сёстры и брат со своими детьми. И вот там детей воспитывали ремнём. Заходишь в комнату к ним, а у двери висит этот ремень…коричневый, толстый, кожаный. Для устрашения и в назидание. И пользовались этим ремнём регулярно.
Моих сестру и брата могли поднять среди ночи поставить посреди комнаты и начать лупить, при этом им запрещалось орать, прикрывать ягодицы и ноги руками. А велелось терпеть, ведь порку они заслужили: тройку сестра получила, а брат залез, куда его не просили. Посмотрели не так на родителей или посмели не так быстро исполнить то, что им приказывалось. Бил их всегда отец. А мать никогда не защищала. Считала, что это воспитание и плохого ничего не случится. Что всё это только на пользу!
Господи, как мне их было жалко…
А однажды, это точно были новогодние праздники, на кухне шло застолье общее, в нашей же комнате была куча нас, детей, пацаны наши бесились, шумели, бегали на кухню к взрослым. И вот не знаю я, что там стряслось, но после очередной вылазки к взрослым, к нам в комнату залетел мой дядя, со своим этим коричневым ремнём.
И начал фигачит им брата и сестру за плохое поведение, потом досталось ещё двум братьям, а потом он подошёл к моей кровати и ухмыляясь, стеганул этим ремнём меня. Вообще, ни за что! Просто за компанию! За то, что я лежала на кровати и читала книгу.
Я помню эту дикую боль. У меня же кожа ещё белая и тонкая, эта полоса от ремня вздулась, и потом долго синяк сходил. Было так унизительно, так больно, что я, рыдая, понеслась в ванну. А ванна, как раз возле кухни была!
Мой отец был уже хорошо поддатым, но, что я реву, заметил сразу. Поплёлся следом за мной в ванну, стучал и просил открыть, спрашивая, что случилось. А мне было так стыдно ему жаловаться, нас же этому не учили. Я ревела и не открывала.
Ну так вот пока отец стучал ко мне, пришёл дядька и сообщил отцу, что я реву, потому что ремня получила со всеми вместе. Неженка, даже стерпеть не смогла! И ещё отцу попенял, мол это ваша вина с Галькой, это вы их не воспитываете, вот они такими плаксами и растут!
Отец у него переспросил…ты, что? Ударил Наташку мою? Получив утвердительный ответ, отец полез драться. А я стояла за дверью и боялась выходить, потому что из-за меня теперь родственники ссорятся!
Отец тогда сказал, что если ещё хоть раз, хоть кто-то из родственников дотронется до его детей, он вышвырнет всех на улицу и не посмотрит, что это сёстры и братья…
Никто нас больше пальцем не трогал. Всех трогали, а нас с Танькой нет! Только смотрели косо и родителям выговаривали, что если детей не пороть, то ничего хорошего из них не вырастет!
И вот хоть как вы битьё можете называть — поркой, воспитанием…Бить ребёнка, применять к нему физическое насилие вы не перестанете. Насилие оно и есть насилие! Как ты его красиво не назови и не преподнеси!