Часть 2
Когда мне было 5 лет, сидя на кухне, я сказала маме: «Мама, я не люблю папу».
Спустя 10 лет я его возненавидела.
В России две проблемы: Отец ушел из семьи и отец не ушел из семьи.
Единственным способом адаптации стал игнор и абстрагирование. Мне было безразлично. Я ничего не чувствовала.
Было ощущение, что я его «не вижу». А видела я его только в моменты агрессии. И единственное, что я испытывала в тот момент — это сильнейший страх и безвыходность. Нужно было терпеть и молчать. Идти было некуда. Да и мама делала вид, что все окей.
«Зачем ты его провоцируешь? Зачем ты с ним споришь?» — говорила она. «Молчи» — говорила она.
Я чувствовала себя плохой. Я не так думаю. Не так чувствую. Не так живу. Плакать мне нельзя, иначе накричат. Проявлять эмоции тоже нельзя.
Я никогда не знала, что будет завтра. В каком настроении и состоянии он будет. А если опять придет пьяный?
Мне было страшно не за себя, а за маму, но я не могла ее защитить, потому что была слишком слабой.
Я стала замороженной. Бесчувственной. Мертвой девочкой. Всегда опаздывала и ни с кем не дружила в школе. Боялась доверять людям.
Меня считали безответственной, легкомысленной и халатной. Думали, что я не хочу учиться, а я просто не хотела жить.
Единственным спасением тогда показались созависимые отношения. Я просто хотела, чтобы меня кто-то любил, чтобы меня кто-то спас. Но этого не произошло и я еще больше погрязла в своем стыде.
