Необычный улов
Это случилось в Петре, маленьком рыбацком городке на побережье Средиземного моря. По словам стариков, когда-то это был цветущий город в прямом и переносном смысле. В те времена жители городка были более состоятельными и здания у воды, вдоль набережной были выкрашены в мягкие пастельные тона - желтый, розовый, зеленый, голубой, - так, что, отражаясь от воды город выглядел как букет цветов на фоне холмов.
Затем движение "Последние люди" объявило войну коренным жителям, и Альянс наций был разорван на части. Ярость и жажда власти над миром погубили мой славный город. Дома стали серыми и отражение в воде теперь смотрелось как неприступная тюремная крепость, что было весьма символичным, учитывая в каком плачевном положении он находился вместе со всеми его жителями.
Вниз, по склону холма, по тонкой тропинке вдоль побережья спешила молодая девушка. Лёгкий ветерок веселил её рыжие локоны и обволакивал старенькой юбкой стройные девичьи ножки до самого низа. Она могла слышать голос кораблей и моря. Она не могла видеть будущее, как другие
девы-ясновидящие в её селении, но гуляя по берегу и наблюдая
за рыбацкими лодками, уходящими в море, она знала, кто из них принесёт хороший улов, а кто - вернётся с пустым трюмом. Иногда она могла предсказать шторм и штиль, но никому не рассказывала о том, что знает, за исключением одного или двух старых рыбаков, но даже с ними она была очень осторожной.
Она была совсем ребенком, когда обнаружила в себе эти способности, и хорошо запомнила последнюю женщину в прибрежном городке, которая могла "слышать" погоду и море. Её публично забили до смерти за предсказание одному из капитанов о шторме в тихий и ясный день. Капитан не поверил и вышел в море. Когда внезапно поднялся шторм, как вопиющая ярость, её обвинили в потере этого корабля и команды и казнили публично.
В день, который стал началом конца, ей приснился Чёрный корабль. Говорят, что находиться на воде в полнолуние - плохая примета, потому что именно тогда Черный корабль выходит на охоту и его изодранные черные паруса ловят быстрый ветер, который никогда не коснётся ни одного другого судна. Говорят, что его экипаж состоит из чудовищ, которые захватывают в плен рыбаков и моряков, а его капитан пьёт кровь пленников, прежде чем отдать тела своей команде, которая пожирает плоть и перемалывает кости. Говорят, что если внезапно наступит штиль и опустится туман, то вскоре вы увидите те злополучные чёрные паруса на фоне луны. Говорят, что лучше покончить жизнь самоубийством, чем попасть на этот корабль, потому что увидев однажды, они обязательно найдут тебя снова.
Слишком взволнованная, чтобы снова заснуть, и испытывая потребность, которую Элин не могла объяснить даже самой себе, она одела свою самую старую одежду и обувь, сунула маленький складной нож в карман и спустилась к воде. Полоску песчаного пляжа, между скалистыми стенами и морем люди Капитана Краха превратили в ловушку с наживкой всем и всему, кто посмеет приблизиться к берегу с моря. Ловушки претендовали на любую награду: от лодок и морских существ до простых странников. В то утро она нашла одного из них.
Это был пони. Его передние ноги запутались в клубках сети. У него было бочкообразное тело и пухлые ноги, но именно его окрас вызывал недоумение, и в то же время навевал причудливые мысли. Его тело было полуночно-синим, как море в самые тёмные часы, а грива и хвост были похожи на прибой и лунный свет. Он был всего лишь диким пони, но девушка могла представить его одним из прекрасных существ, смертоносных скакунов, которые мчались по ночному морю, предвещая появление Чёрного корабля.
Пробираясь по тропинке среди, скал, она ругала себя зато, что пустая трата времени на фантазии может привести к гибели их обоих. Прежде чем выйти к открытой местности, её волшебной чутьё предупредило о том, что оставалось не так много времени до того, как прибудут люди Крахуса с ножами и дубинками. Если они найдут её здесь...
Хильду однажды поймали при попытке освободить одного из деревенских сирот, который просил милостыню на улицах и был слишком голоден, чтобы устоять перед приманкой. Мальчик попытался схватить толстый кусок хлеба, намазанный маслом и медом, - едва запомнившееся лакомство из тех дней, когда капитан Крахус и его команда бросили якорь у берегов несчастного города и стали ужасом и законом для всех его жителей.
Только сам капитан и его первый помощник решали судьбу всего, что попало в ловушку. Они освободили мальчика, а капитан заставил жителей стоять и смотреть, как после люди капитана забили мальчишку дубинками до смерти.
Хильда бросилась в бегство, в море, но она была слишком разбита, чтобы спастись, когда снова начался прилив. Все смотрели и слушали как она тонула. Затем людям разрешили вернуться в дома и на предприятия, став молчаливыми соучастниками убийства, потому что никто не осмелился выступить против этой жестокости или сделать хоть один шаг, чтобы спасти Хильду или мальчика.
Эллин знала о риске, когда приближалась к ловушке. Находиться здесь было глупо. Ей могло показаться, попытка спасти одного дикого пони не стоила её жизни. И всё же, наблюдая, как коршун кружит над сетью, прежде чем отправиться в море, она почему-то знала что с её городком случится нечто ужасное, если пони умрёт. Она приблизилась к ловушке. Пони фыркнул, учуяв её запах. “Тихо-тихо”, - прошептала она, подбегая. - Я здесь, чтобы помочь тебе.” Пони заржал и попытался встать на дыбы, но его попытки освободиться ещё больше запутали передние ноги. “Да тише ты!” - капли пота выступили на её лбу. “Если ты не замолчишь, нас обоих забьют".
Он затих, позволяя ей приблизиться. Она достала свой складной нож и работала так быстро, как только могла, чтобы разрезать сетку ровно настолько, чтобы освободить его ноги, и старалась не испугаться и не порезаться каждый раз, когда он шаркал ногами и громко втягивал ноздрями воздух. Наконец, она оттолкнула сетку от его ног. Он попятился от ловушки, но не повернулся и не убежал, пока она разглаживала песок и раскладывала сетку так, чтобы не было похоже, что кто-то с ней возился. На песке остались следы и по отпечаткам стало бы понятно, что это был не мужчина, а ребёнок или женщина. Нужно было разгладить песок всего пути от травы до ловушки.
А теперь домой. Иди домой” - сказала она и побежала обратно к узкой тропинке в скалах. Нужно было вернуться домой до того, как мачеха заметит, что её нет, и расскажет об этом отцу, который наверняка побьёт её за это. Нужно было вернуться домой, умыться и привести себя в презентабельный, но не слишком. Когда-то она была хорошенькой, но больше этого нет. Отец позаботился об этом, утверждая, что это для её же блага, но потом даже его друзья не поверили в это.
Она побежала и пони побежал следом за ней. Она остановилась и он тоже стал: "Послушай меня. - Он навострил уши. - Ты должен вернуться домой. Если люди тебя увидят, они убьют тебя ради мяса, ради твоей шкуры. Тебе нужно домой, чтобы ты мог оставаться свободным”. Она помолчала какое-то время, затем тихо добавила: “Один из нас должен быть свободен”. Он долго смотрел на неё, а в его тёмных глазах промелькнуло что-то похожее на сочувствие. Он повернулся и галопом помчался к кромке воды, разбегаясь в полосе прибоя. Большая волна накатила на пляж, перекатилась прямо через него и забрала в море, как будто его и не было, также как и её следов на песке.
Когда она повернулась, чтобы подняться по тропинке к дороге, то увидела человека на каменной стене. Он стоял и наблюдал за ней. Он был высоким и худощавым, и был одет во все чёрное. У него были чёрные волосы и лицо оливкового цвета. Если он был одним из людей капитана Крахуса...
Отвернувшись, она взбиралась по тропинке так быстро, как только могла, хватаясь за камни, и в спешке содрав немного кожи с ладоней. Если бы она
могла свернуть в портовую таверну, которой владел её отец, возможно, она смогла бы проскользнуть и исчезнуть прежде, чем этот мужчина успел бы сообразить, кто она такая. Тяжело дыша, девушка осмелилась оглянуться, когда добралась до дороги. Человека там не было, оставалась только небольшая дымка в сторону моря.
Когда она была ребёнком, старики, которые слонялись по докам и заходили в таверну перекусить и выпить в полдень, рассказывали истории о коренных жителях. Они правили большей частью мира и относились к людям почти так же, как мы относимся к рыбе или оленю. Они рассказывали об островах в Средиземном море — опасных, тайных местах, где жили Другие и где Чёрный корабль стоял на якоре, пока его капитан и команда охотились на людей.
В некоторых историях корабль появлялся из тумана, как мародёр, который
топил суда честных купцов, перевозивших разные товары между народами. В других историях экипаж корабля состоял из людей, которых море так и не отпустило. Но когда луна была полной, существа, одетые в шкуры этих людей, выходили на берег для расплаты, и горе тем, кто каким-то образом избежал правосудия живых.
Она услышала пение птиц над головой и очнулась от своих размышлений. "Что
со мной не так? - подумала девушка, - Я должна была убраться отсюда!" Она побежала домой и незаметно проскользнула в свою комнату на чердаке. Умылась и заплела волосы в косу. Но вымылась и заплелась недостаточно, чтобы пахнуть чистотой, и выглядеть опрятно и нравиться мужчинам в таверне.
Она прекрасно запомнила то, что её отец сделал с её лицом после того, как молодой человек, приехавший в Петру продавать оливковое масло, производимое его семьей, захотел жениться на ней и забрать в свою семью, лишая отца и его жену Мару неоплачиваемого труда. Она была хорошенькой до того, как отец приставил нож к левой стороне её лица, изуродовав его, перед тем, как его кулак повредил зрение в правого глаза. Она больше никогда не встречала этого молодого человека и долгое время надеялась, что он всё же вернётся и заберёт её, несмотря на наступившее уродство. Но он так и не вернулся. Как только она перестала испытывать горечь по этому поводу, то задалась вопросом: не случилось ли с ним чего-нибудь такого, после чего он не смог бы вернуться...
А её мачеха сделала своей падчерице единственный подарок, после снятия бинтов. Это было зеркало с позолоченной каймой, которое потом отец повесил над туалетным столиком дочери, как напоминание. Как будто она могла когда-нибудь забыть, пока была заперта в этих стенах, прислуживая за столиками и убирая кровь и блевотину после очередного веселья пьяных посетителей. Но когда она прогуливалась по берегу или стояла на одной из скал и смотрела на море, она мечтала о свободе, о дальних странах, о хороших и красивых местах, которые никогда не видела.
Она повернулась к двери своей спальни, чтобы спуститься вниз, когда услышала звук у открытого окна, который напомнил ей закрыть его, несмотря на то, что днём на чердаке будет очень жарко. На подоконнике лежала морская раковина. Идеальная, с целой оболочкой, которая выглядела как белый веер с жемчужно-персиковой отделкой внутри. На соседней крыше сидел и наблюдал ворон. Они долго мы смотрели друг на друга, прежде чем он улетел, но у девушки осталось ощущение, что птица была связана с пони и с человеком, которого она видел на каменной стене.
Странный посетитель
В тот день, занимаясь своей работой, Эллин всё думала о вороне и о странном подарке на окне, она думала о тёмно-синем пони с гривой и хвостом цвета прибоя и лунного света, о человеке, который исчез, как дым. И постоянно думала о том, появится ли Чёрный корабль в гавани её городка. Но на следующий день в Петре пришвартовался другой корабль, корабль капитана Крахуса.
Его звали Джон Борг, но никто из тех, кто хотел попридержать язык, не называл его иначе, как капитан Крахус. Крупный мужчина с бочкообразной грудью, густыми волосами пшеничного цвета, круглым лицом и крупными квадратными зубами, которые нельзя было не заметить, так как он много смеялся. Но его голубые глаза были холодны, как у акулы, и то, что заставляло его улыбаться, часто было чужой болью. До войны он был до зубов вооружённым головорезом, который заставлял более слабых платить за защиту, если они не хотели, чтобы их торговые суда таинственным образом исчезали или чтобы их рыбацкие лодки были найдены дрейфующими с пустым трюмом и без каких-либо признаков капитана и команды.
Теперь он был "защитником" Петры от других, героем Петры, который мог убить простую девушку за попытку освободить сироту из расставленной им ловушки. Всё, что он или его люди хотели, они брали в обмен на сопровождение торговых судов мимо островов, которые, по утверждению Крахуса, были населены существами, не желавшими иметь ничего общего с другими землями, за исключением тех случаев, когда они высаживались на берег, чтобы убивать и разрушать.
Говорят, что в молодости он участвовал в драке и получил страшный удар по лбу, от которого на его черепе образовалась вмятина в форме звезды - отметина, которая до сих пор видна, если присмотреться. Поговаривали даже, что, возможно, повреждения стали глубже в его черепе, и именно это делало его таким свирепым противником. Какой бы ни была причина, все в Петре жили в страхе с того момента, как увидели его паруса. В трюме его корабля находилось драгоценное топливо для двигателя, позволявшее ему маневрировать даже при отсутствии ветра для парусов, а также лучшие продукты, эль и вина со всего мира.
В тот день днем он зашел в таверну отца Эллин и все замолчали. Команда капитана Крахуса ела и пила, но сам он и его первый помощник остановились в гостинице, расположенной достаточно далеко от доков, чтобы в комнатах не воняло рыбой. Капитан оделся как джентльмен, когда встретился с лидерами городка, чтобы обсудить оплату и проживание. Капитан сел за стол, который Мара поспешно вытерла дочиста, и улыбнулся своей зубастой улыбкой. “Энцо, мой хороший, всем выпивки за мой счёт, и ваши лучшие эль и виски для меня и моего приятеля.” Хозяин таверны разлил напитки и поставил их на стол. Никто не бросился в бар за бесплатным напитком. Эллин спряталась в коридоре, который обеспечивал доступ к кладовой и двери в переулок, охваченная ощущением чего-то ужасного. Капитан Крахус попробовал эль и одобрительно кивнул. Хозяин расслабился. Все остальные в таверне были умнее и ждали, чтобы выяснить, чего хочет этот крахобор, прежде чем поверить, что им позволят уйти целыми и невредимыми.
- Я оставил здесь двух человек, чтобы они присматривали за доками и рыбацкими лодками и обращали внимание на возвращающиеся торговые суда, - сказал Крахус. - и следить за ловушками, так как наши враги часто приходят с моря. Моих людей нигде не видно, и мой первый помощник говорит мне, что сеть ловушки была разрезана таким образом, что можно предположить, что кто-то освободил то, что было поймано. Кто-нибудь здесь что-нибудь знает об этом? - Он посмотрел на хозяина и его жену. Отец Эллин покачал головой:
- Я уже несколько дней не спускался к воде, как и моя жена. Был слишком занят управлением этим заведением и расфасовкой припасов, которые поступили на днях. - А как насчет твоей дочери? - Крахус по-прежнему говорил дружелюбно, но все знали, что в этом вопросе не было ничего хорошего и подозревали что произойдет, если ему не понравится ответ. Эллин ещё немного отодвинулась назад, приготовившись к бегству. Пара стариков, сидевших за дальним столиком, увидели её, а затем демонстративно отвели глаза, сделав вид, что там никого нет. - Должно быть, она где-то рядом, - сказал мой отец, - хотя она едва ли выполняет достаточно работы, чтобы заслужить ту еду, которую ест. - Выясни, где она была сегодня утром, - сказала Крахус. - Я не думаю, что она в полной мере осознает, что дочь должна быть послушной во всём. Если бы её отец настиг её после такого разговора, он бы привязал её руки к шипу, торчащему из стены, и избивал бы до потери сознания....
Но в этот момент дверь таверны открылась, и какое-то новое ощущение проникло в помещение и заставило девушку выглянуть из-за угла. Человек, которого она видела на каменной стене в то утро, подошёл к бару, положил золотую монету на деревянную стойку и сказал: “Виски”. Бумажные деньги, которые использовались в городе и его окрестностях, почти ничего не стоили. Валютой в таком месте, как Петра, было золото, серебро или кредитные билеты, которыми торговали местные жители, став валютой исключительно для городка. Бросив взгляд на Крахуса, хозяин таверны до краёв наполнил стакан виски, взял золотую монету и неохотно положил на стойку две серебряные монеты в качестве сдачи. Мужчина сунул монеты в карман и сделал глоток обжигающего напитка.
- Ты не местный, — сказал Крахус, а его голубые глаза загорелись злобой и подозрением. - Нет, не местный, - согласился незнакомец. У него был легкий акцент, которого раньше здесь никто не слышал. - Первый раз в Петре? - спросила Крахус. - Да. - Долго собираешься здесь пробыть? - Не уверен. - Как зовут тебя? - Капитан Кроул. Глаза Крахуса сузились.
- Я не видел незнакомого корабля, пришвартованного в доках или стоящего на якоре в гавани. Где твой корабль и что у тебя здесь за дела? Кроул сделал ещё глоток виски. - А тебе-то какое до этого дело? - Я забочусь о людях в этого города, я их защитник. Поэтому я спрошиваю еще раз: где находится твой корабль и чем ты занимаешься? - Мой корабль неподалеку. Что касается моего бизнеса... - Кроул посмотрел Крахусу прямо в глаза, чего не сделал бы ни один другой мужчина, которого знала эта земля и её жители. - Я охочусь на лживых хищников. Первый помощник Крахуса фыркнул: - Как акулы?
Кроул продолжал пристально смотреть на Крахуса, как будто изучая его: - Нет, нечто менее почётное. - ответил неизвестный капитан. Все в таверне затаили дыхание. Назвать Крахуса "лживым хищником" означало навлечь на себя смерть, особенно для одинокого человека. Ему повезет, если он вернётся на свой корабль, не будучи зарезанным в переулке. - Для незарегистрированного корабля нет топлива, - сказал Крахус. - Топливо строго нормируется со времён войны. - Моему кораблю не нужно ничего, кроме ветра, - твёрдо и уверенно ответил Кроул. Парусный корабль без двигателя? Рыболовецкие суда полагались на двигатели, но большинство из них были оснащены парусами, чтобы продлить запас топлива. А торговые суда шли по ветру с полными парусами, за исключением тех случаев, когда входили в гавань и доки или покидали их. Парусное судно без двигателя должно было быть очень древним! При этих словах Эллин вздрогнула, когда одна мысль стёрла все остальные, как набегающий прилив стирает следы на пляже. Древний корабль — или необычный...
- Если ты здесь за припасами, трать свои деньги и убирайся из Петры к заходу солнца, - прорычал Крахус. - И больше не возвращайся сюда.
Кроул сделал ещё один глоток виски, уровень которого в стакане почти не изменился.
- Я хожу тогда, когда мне заблагорассудится.
- В самом деле? Я не слышал о тебе.
- Но я слышал о вас, капитан Крахус. - Кроул улыбнулся, плотно сжав губы.
- Тебе следует быть осторожным с грузом, который ты перевозишь, когда находишься во владениях Тетис. У слёз и морской воды вкусы разные.
Кто такаяТетис? Эллин оглядела посетителе в надежде, что кто-нибудь из присутствующих спросит об этом, но никто не спросил. Зато она заметила, как задрожали от страха руки стариков. Они знали, и они боялись этой Тетис больше, чем Крахуса.
Кроул вышел из таверны. Крахус и его первый помощник вышли через минуту. Они со своими людьми обыскали доки, склады, магазины и таверны, но никто не видел таинственного человека, который утверждал, что является капитаном корабля. Никто не видел незнакомого корабля вблизи Петры, но в ту ночь, когда девушка собралась ложиться спать, она вдруг увидела капитана Кроула,
сидящим на её подоконнике.
Она потрясенно уставилась на него, прежде чем сообразила, какую работу
поручила бы ей мачеха в переулке за таверной, если бы кто-нибудь заметил его
и сказал ей, что в комнате девушки был мужчина.
- Убирайся отсюда”, - яростно прошептала я. - Тебя могут увидеть!
Он встал, отошел в сторону, затем прислонился к стене: - Так лучше?
В его голосе звучало веселье, и это веселье превратило мой страх в ярость. Если
Мара сейчас поднимется наверх... Хуже того, если мой отец поднимется наверх, чтобы устроить взбучку, которую, по словам Крахуса, заслужила бедная девушка...
- Как ты сюда забрался?
- Окно было открыто.
- Это не так. Я уверена, что закрыла его.
- Ты оставила щель, - поправил он. - Этого было достаточно. Зачем ты освободила пони?
- Я тебя не знаю, чтобы отвечать. Кроул - это твоё настоящее имя?
- Это когда я командую кораблем.
- А когда ты не командуешь?
- Меня зовут Корво Сангвинати.
Сангвинати. Любитель крови. Один из коренных жителей терры.
Похоже, в историях о Чёрном корабле была доля правды.
- Чего ты хочешь от меня?
Он спокойно посмотрел на меня. - Я хочу знать, почему ты освободила пони.
- Он был пойман в сеть. Люди Крахуса убили бы его
- Они бы убили и тебя тоже, если бы увидели тебя. - Он сделал паузу. - "Один из нас должен быть свободен". Это то, что ты сказала?” (Он это слышал?)
- Как тебя зовут? - он спросил.
- Эллин. - Она горько улыбнулась. - Мара всегда говорит, что я в долгу перед ней и моим отцом за то, что они позволили мне жить. Если бы у неё была возможность родить своего ребенка, она бы потащила меня к морю безлунной ночью и утопила бы много лет назад.
- Если бы ты была свободна, что бы ты делала? Куда бы ты пошла?” - спросил Корво. Она пожала плечами и попыталась нахально ответить: - Я бы спряталась на Чёрном корабле, который направлялся бы куда угодно, только не сюда.
- Опасно быть безбилетником на любом корабле. Особенно опасно прятаться на нём. Но с оплатой это было бы быть возможно.
Но у неё не было ни денег, ни чего-либо, что можно было бы обменять, кроме собственного тела, и она сомневалась, что Корво Сангвинати принял бы в качестве оплаты. Корво потёр подбородок. - Откуда ты знала, что пони будет на
пляже?
- Мы вернулись к пони?
Она колебалась какой-то момент: говорить ли ей правду о своих способностях, но у неё возникло ощущение, что Корво был в её комнате не просто так, и не для того, чтобы прятаться от капитана Крахуса. Если она солжёт ему сейчас, то никогда не узнает, зачем он пришёл к ней.
- Иногда я что-то чувствую, связанное с кораблями и морем. У меня было такое чувство, что этим утром мне нужно спуститься на пляж.
Он кивнул: - Я подумал, не интуит ли ты. Я был удивлен, увидев, что кто-то
из вашего вида живёт в подобном месте, а не среди ваших соплеменников. - Мой вид? - девушка задумалась...
У таких людей, как она, было ещё какое-то название, кроме "враждебного"? Никто не хотел ей рассказывать о её матери. Эллин только знала, что её мать была не местной: "Неужели она приехала сюда в гости и осталась, потому что влюбилась в моего отца? Или её принудили к этому браку? Я бы никогда не узнала о ней, но узнать, что есть место, где принимают таких людей, как я, было подарком — и целью" - подумала она.
Корво изучал меня взглядом и продолжал говорить: "Мир дал людям землю, которая окружала Средиземное море, в качестве их территории, но острова в пределах Средиземного моря всегда принадлежали коренным жителям Терры - Интуитам. Они всегда спасались бегством от других видов людей и им было разрешено селиться на этих островах, при условии, что они не станут воевать с ними и не будут мешать торговому промыслу и рыбной ловле. Они занимаются сельским хозяйством и ловлей рыбы — и учат людей человеческим навыкам”.
- Это как управлять кораблем? - спросила она.
- Как управлять кораблем, - улыбнувшись, согласился Корво.
Он пришел к какому-то решению. Оттолкнувшись от стены, он сунул руку в
карман и вытащил две серебряные монеты. Не глядя на меня, он положил
монеты на подоконник и положил на них один палец.
- Это позволит тебе купить одну сделку с Террой”, - сказал он. - Ты можешь попросить любого из нас об одной вещи — включая проезд на Чёрном корабле, направляющемся в деревню интуитов.”
От полученной дозы информации и внезапно появившейся возможности У неё закружилась голова: "Но как я могу с вами связаться? Телефоны больше не работают даже за пределами соседних городов". - Это была ещё одна жертва войны с коренными жителями терры. У людей больше не было быстрой связи на большие расстояния, потому что телефонные линии были разорваны и не могли быть восстановлены в жилах дикой страны, которую теперь постепенно разваливал Союз наций. Каждая попытка восстановить линии приводила к
грудами человеческих трупов и люди были вынуждены общаться, как это делали их бабушки и дедушки, с помощью писем, отправляемых по суше или на корабле.
- Положите монеты так, чтобы их было видно, и чётко вырази своё намерение.
Кто-нибудь тебя услышит и "передаст" мне сообщение.
- Как? И кто такая Тетис? Корво улыбнулся, обнажив своих клыки. - Она - Элементаль. Она - голос, сердце и ярость Средиземного моря.
- Значит, элементали были настоящими. С чего бы тебе помогать мне?
- Ты была готова помочь тому, кто был не похож на всех остальных и на тебя в том числе. Я чувствую, что должен отплатить тебе тем же.
Одно мгновение он стоял там, глядя на девушку, затем, в следующее мгновение столб дыма заполнил то же самое пространство, прежде чем он вылетел в окно, в своём обличии ворона и исчез в ночи.
"Неиспорченные" товары
На следующее утро люди, проверявшие ловушку с наживкой, обнаружили пропавших людей капитана Крахуса. У обоих на груди была круглая отметина размером с мужскую ладонь — и отверстия, которые выглядели так, словно были оставлены кругами изогнутых зубов, впившихся в плоть. Выглядели раны так, будто кто-то пытался содрать плоть, чтобы добраться до сердец и обильной крови. С ног у мужчин были вырваны куски плоти, и следы укусов указывали на то, что большая акула терзала телам после их смерти... может быть, после смерти. Укусы акул не особо беспокоили бывалых моряков, которые перед выходом на работу выпивали неразбавленное виски. Но круглые отметины на груди мертвецов приводили их в ужас.
Подавая напитки и убирая со столов, я слушал, как старики шептались о гигантских морских миногах, которые были длиной с человеческий рост, — миногах, питавших пристрастие к теплокровной человеческой добыче. В тот день она услышала ещё одно слово, произнесенное шёпотом, чтобы объяснить существо, которого не должно было существовать - Другие. Корабль капитана Крахуса отплыл несколько дней спустя с трюмом, полным провизии, а также товаров, которые он выторговал у горожан и собирался продать для собственной выгоды.
В тот день Эллин бегала по поручениям Мары, которая утверждала, что плохо себя чувствует. У девушки редко была возможность посетить магазины на главной улице, и почти никогда в одиночку. Маре не хотелось лишать себя удовольствия видеть, как люди вздрагивают, когда смотрят на лицо слабой девушки. Корво даже не вздрогнул. За это он ей и нравился.
Пути Эллин пересеклись с Люси, с которой они раньше дружили. Именно раньше, потому что отец, узнав об этой дружбе пустил в ход свой нож и кулак и это сразу прекратилось. Они часто гуляли по пляжу и говорили о своих надеждах и мечтах. Им запретили гулять вместе после того, как лицо девушки покрылось ужасными шрамами, потому что Мара решила, что Люси подала ей идею о том, что она в состоянии выйти замуж и жить там, где ей захочется.
Люси подошла ко Эллин, когда та рассматривала тележку с подержанными книгами, и стала так, чтобы она могла видеть неповрежденную сторону лица подруги. Она ничего не сказала, просто взяла книгу и стала рассматривать её, как будто они был не знакомы. Затем она тихо сказала: “Будь осторожна, Эллин. Я кое-что слышал, пока Капитан Крахус оставался в гостинице.” Семья Люси владела гостиницей, которая обслуживала капитанов кораблей и состоятельных торговцев. - Что ты слышала? - Эллин притворилась, что интересуется книгой, что дало ей повод слегка повернуться в сторону Люси. - Что некоторые капитаны ищут особый вид груза, - ответила Люси. - Очевидно, в других частях нашей земли есть мужчины, которые хотят купить "неиспорченные товары". - Она вернула первую книгу в тележку и выбрала другую. - Крахус спросил моего отца, являюсь ли я "неиспорченным товаром". И он спрашивал не только о девушках. По всему Средиземноморью есть города, которые заполнены припасами и труднодоступными товарами, которые можно получить, просто попросив, но... сейчас в этих городах охотятся за вещами, поэтому большинство людей, которые отправляются туда в поисках товаров, не выходят оттуда живыми. - после этих слов Люси замолкла на пару минут, потом продолжала. - Проворные мальчишки-сироты, возможно, смогут войти и выйти оттуда живыми, но такие девушки, как мы... - Она вздрогнула. - Маловероятно, что капитан Крахус выступал в роли брачного брокера... Я куплю вот это, чтобы никому и в голову не пришло сказать что-нибудь о том, что я так долго здесь стою. - Люси подняла книгу. - Надеюсь, мне это понравится. Она пошла в магазин, чтобы купить книгу, а Эллин поспешил уйти и закончила делать покупки для Мары.
В ту ночь она сидела у открытого окна, сжимая в руке серебряные монеты. Страх перед тем, что может случиться в следующий раз, когда корабль капитана Крахуса будет замечен на горизонте заполнял всё её существо, не оставляя места ни для чего другого. Она пыталась убедить себя, что, в худшем случае, это ничем не отличалось от того, что Мара хотела продать её в публичный дом, но это было другое. Чего она не могла ощутить, так это того, чем это отличалось и почему казалось таким опасным. Она посмотрела на монеты в своей руке. Одна сделка с коренным населением Терры. Один шанс.
Чего же на самом деле ей хотелось? Сбежать из Петры? О, да, она об этом мечтала. Но как насчет Люси? А как насчет сирот, которых городские жители сдавали Крахусу как товар? Ветер донёс запах моря, и у неё возникло чувство, что ещё не пришло время просить то, чего она так сильно хотела.