На этой неделе в Театре юного зрителя состоится премьера семейного спектакля «Алиса в стране чудес» режиссёра Андрея Радочинского. AST-NEWS.ru встретился с Андреем Николаевичем, чтобы узнать подробности постановки, которая по определению не может быть обычной…
– Сценическую адаптацию непростого текста вы доверили своей дочери Веронике. Ставили перед ней конкретные задачи?
– Знал, что у дочери с Алисой давно сложились свои отношения. Школьницей она писала киносценарий по этой книге и даже пыталась что-то снимать. Читал её произведения, и она меня абсолютно убеждает уровнем слова, глубиной и образностью мысли – всем тем, что необходимо для хорошей прозы. И драматургические законы ей хорошо известны. Принимая всё это в расчёт, я и предложил Веронике взяться за инсценировку. У нас было несколько вариантов развития этой истории. Но я не настаивал ни на одной из них. Вероника сама озвучила своё видение темы. Мне показалось интересным направление её мысли, поэтому я дал добро на дальнейшую разработку предложенной концепции.
– Какие режиссёрские приёмы вы использовали для раскрытия произведения?
– Меня всегда привлекали вещи, которые непонятно как сделаны. То есть вещь существует, но как её сотворили – неясно! Приключения Алисы сотканы непонятно из чего – они не воспринимаются на высоком эмоциональном уровне, это умозрительная история, не теряющая при этом своей привлекательности. Кэрролл смог так сопоставить фразы, что у меня возникает ощущение сновидения. Кажется, все ощущения находятся за пределами слов, когда невозможно сказать то, что чувствуешь – но автору удалось передать непередаваемое. Хотелось создать на сцене нечто подобное сну, а не просто яркую и интересную сказку. Передать это ощущение – главное, что меня привлекает в этой истории. Порой эта задача кажется неподъёмной. А вот о режиссёрских приёмах рассказывать не буду – скоро премьера, она всё и покажет.
– Приступая к постановке, режиссёры делают из произведения смысловую выжимку. Какова она в вашем спектакле?
– Поскольку мы представляем сновидение, там есть огромное поле для интерпретации. Мы повернули историю в сторону поиска девочки-подростка самой себя. Алиса пребывает как раз в том возрасте, когда она уже не ребёнок, но ещё и не взрослая. На эту мысль натолкнуло постоянное изменение персонажа – то она становится большой, то маленькой. В таком сложном возрасте человека разрывают противоречия, какой он: глупый или умный, красивый или нет, и так далее. И кому, как ни Театру юного зрителя, поднимать подобную актуальную тематику?..
Нам было важно сохранить в спектакле неподражаемый кэрролловский дух, его «нелогичную логику», не потерять удивительную атмосферу произведения, не приземлить странную историю до бытовых вещей и простого психоанализа.
– Насколько итоговый результат будет отличаться от первоначального замысла?
– Будет отличаться кардинальным образом. Задумывалось одно, получается совершенно другое. Это происходит как по техническим причинам, так и по другим факторам. Спектакль будто сопротивляется установкам, заданным изначально. На место идеям, от которых отказываешься, приходят другие варианты: природа, в том числе и творческая, не терпит пустоты. То, что было интересно само по себе, не всегда вписывается в пазл, куда, напротив, входят заново придуманные элементы. На моей памяти ещё не было такого меняющегося в процессе подготовки спектакля.
– Увидим мы новые грани в образах знакомых героев?
– Каждый раз, работая с артистами, хочется раскрыть в них нечто ранее не виданное. Сейчас, на финишной прямой, могу смело сказать, что у нас будет несколько неожиданных интересных актерских работ.
– Стоит ли ждать трансформации сложившихся стереотипов, связанных с «Алисой в стране чудес»?
– Мы стремились не уходить далеко от автора. Все описанные Кэрроллом персонажи у нас на своих местах. Но мы с художником спектакля Татьяной Колесниковой решили не идти по проторенной дороге и не создавать шаблонные образы, знакомые по иллюстрациям книг, фильмам и мультфильмам. Хотелось сделать героев нашего спектакля не стандартными, но при этом Красная королева – у нас красная, а не зелёная. Мы не хотели оригинальничать только из-за того, чтобы оригинальничать, а искали свои образы, не оглядываясь на уже существующие. Долго работали с Чеширским котом: в размышлениях пришли к тому, что не нужен единый образ – каждое его появление на сцене будет неожиданным и разным.