Автор: Маргарита Васильева
В честь Хэллоуина предлагаю вспомнить, как создавался культовый хоррор, вышедший на экраны 45 лет назад. Творческая свобода Карпентера, маска капитана Кирка, дочь Джанет Ли, мастерство Дина Канди и многое другое ждет вас в моем архивном материале
Драматургия: Убийства нянек, саспенс, юмор и абсолютное зло
«Хэллоуин», ставший благодаря тонкой работе Джона Карпентера эталонным слэшером для множества последователей, начинался как продюсерский проект. В 1977 году американские продюсеры Ирвин Ябланс и Джозеф Вольф организовали независимую кинокомпанию Compass International Pictures и стали обдумывать идеи для яркого дебюта. Ябланс решил, что продвинуть студию мог бы фильм ужасов о психопате, убивающем молодых бебиситтерш в зловещий праздник Хэллоуин. Впечатленный триллером Карпентера «Нападение на тринадцатый участок», продюсер предложил ему заняться постановкой хоррора «Убийства нянек». Тридцатилетний режиссер согласился при условии, что ему будет предоставлена полная творческая свобода, и вместе со своей подругой Деброй Хилл принялся за написание сценария.
Авторы сохранили основную линию и время действия, наделив персонажей мотивацией и предысторией. Так из канонической вступительной сцены мы узнаем, что первое убийство Майкл Майерс совершил еще в шестилетнем возрасте. В День всех святых в 1963 году мальчик заколол старшую сестру, увидев, что она собирается заняться сексом со своим парнем. Спустя 15 лет психлечебницы Майерсу удается вырваться на свободу, чтобы вернуться в родной город и устроить охоту на девушек, напоминающих его первую жертву.
С одной стороны, Майкл — классический психопат без нормальных человеческих эмоций и со страстью мучить всех более живых существ, чем он (от собак до людей), и детской сексуальной психотравмой в анамнезе. С другой — в него будто вселилось потустороннее абсолютное зло, которое искало на Хэллоуин 1963-го подходящую кандидатуру для реализации своих чудовищных планов. Любопытно, что даже научный ум психиатра Сэма Лумиса, который пытается разгадать феномен Майерса и избавить мир от этого монстра, склоняется скорее ко второй версии. Доказывает ее и неубиваемость персонажа. Образ, созданный Карпентером на основе собственных воспоминаний о встреченном мальчике с нечеловеческим зловеще пустым взглядом, уникален и притягателен именно потому, что не укладывается ни в рамки психоаналитического случая типа Нормана Бейтса, ни в рамки мифа о посланнике сатаны вроде «Омена».
Проработан и главный женский персонаж — старшеклассница Лори, совмещающая учебу с бебиситтерством. В отличие от подруг, которым уготовано пасть жертвами маньяка, у нее нет бурной личной жизни. Как и Майерс, она — одиночка, а потому наблюдательна, осмотрительна и в итоге оказывается достойной противницей абсолютному злу, а также — эталонной final girl, задавшей традицию, по которой в слэшерах выживают лишь правильные девушки.
Драматургия «Хэллоуина» примечательна не только выпуклыми характерами, но и умелым нагнетанием напряжения, которое достигается за счет неспешного темпоритма. Зрителю то и дело кажется, что вот-вот кто-то умрет, но убийства откладываются и происходят неожиданно. Порой саспенс сочетается с юмором, как в придуманной Хилл сцене, где Майкл притворяется карнавальным привидением, нарядившись в простыню и очки.
Долю юмора можно обнаружить и в именах, которые Карпентер и Хилл дали своим героям. Лори Строуд названа в честь бывшей девушки режиссера, Майкл Майерс — в честь европейского дистрибьютора «Нападения на тринадцатый участок», а семья Уоллесов получила фамилию художника-постановщика фильма Томми Ли Уоллеса. Имена других персонажей отсылают к любимым режиссерам Карпентера. Доктор Сэм Лумис и медсестра Мэрион Чемберс связаны с «Психо» Хичкока, малыш Томми Дойл с его же «Окном во двор», а полицейский Ли Бреккет назван так в честь сценаристки «Рио Браво» Говарда Хоукса.
Локации: Средний Запад в Калифорнии
Городок Хэддонфилд, где разворачиваются события, позаимствовал название у родного города Дебры Хилл. Правда, реальный Хэддонфилд располагается в северо-восточном штате Нью-Джерси, а кинематографический — в Иллинойсе на Среднем Западе. По задумке авторов, это типичный сонный городок с аккуратными домами и малочисленной, не очень активной полицией. На деле им пришлось воплощать иллюзию умиротворенного осеннего Иллинойса в весенней Калифорнии, где полно пальм, которые киношники всячески скрывали от попадания в кадр.
Съемки проходили в Южной Пасадене и заняли всего 21 день. Дом Майерсов образца 1978 года был снят в своем истинном полуразрушенном виде. Затем обветшалый пасаденский особняк был облагорожен и отремонтирован, поэтому культовую первую сцену в реальности снимали последней.
Кастинг: Дочь «королевы крика» и сын хореографа в маске капитана Кирка
Небольшой бюджет в 325 тысяч долларов не подразумевал участия звёзд первой величины. Тем не менее на роль Доктора Лумиса Карпентер мечтал заполучить Питера Кушинга или Кристофера Ли. Оба титана предсказуемо отказались из-за маленького гонорара, о чем Ли впоследствии сожалел.
Известный британский актер Дональд Плезенс поначалу тоже воспринял предложение Карпентера без энтузиазма, но его переубедила дочь-гитаристка, которая была в восторге от саундтрека к «Нападению на тринадцатый участок». Самый именитый исполнитель на площадке, Плезенс получил за роль Лумиса 20 тысяч долларов и бесценный шанс перезапустить свою карьеру. Позднее он неоднократно работал с Карпентером, а также участвовал в нескольких продолжениях «Хэллоуина», созданных другими режиссерами.
Первоначально на роль Лори планировалась Энн Локхарт, но, когда она отказала, Карпентер и Хилл решили пригласить двадцатилетнюю Джейми Ли Кёртис. По их мнению, участие дочери звезды «Психо» и «Печати зла», признанной «королевы крика» Джанет Ли стало бы отличным маркетинговым ходом для привлечения аудитории. Они не прогадали: дочь Ли и Тони Кёртиса украсила «Хэллоуин» не только звучной фамилией, но и сама оказалась «идеальной жертвой» для фильма ужасов.
Актриса моментально завоевала звание «королевы крика», а также прекрасно вписалась в образ умной и правильной девушки. Карпентер отмечал, что Ли Кёртис обладает столь же глубоким, интровертным характером, что и Лори. Чтобы актрисе было легче изображать различную степень ужаса в разных сценах, которые к тому же снимались не по хронологии действия, режиссер добавил в сценарий особые пометки с указанием необходимого уровня испуга. За свою работу Ли Кёртис получила 8 тысяч долларов.
В роли маньяка Майкла Майерса побывали многие члены съемочной группы — художник, каскадер, дрессировщик, сам Карпентер и даже Дебра Хилл, чью руку мы видим в открывающей сцене, когда маленький психопат поднимает с пола клоунскую маску. Дело в том, что игравший шестилетнего Майкла Уилл Сандин не мог присутствовать на ночной съемке в силу возраста.
Однако большую часть времени в изуродованной маске капитана Кирка из «Стартрека» провел университетский приятель Карпентера Ник Касл. Он попал на площадку, так как сумел воспроизвести необычную походку Майерса, придуманную режиссером. Хилл считает, что в этом Каслу помогли гены отца-хореографа, а Карпентер уверен, что никому из последующих исполнителей роли не удалось повторить его уникальную изящную пластику.
В дальнейшем ставший режиссером Касл предлагал интересные решения уже во время работы над «Хэллоуином». Именно он придумал эпизод, в котором Майкл разглядывает прибитого ножом к стене Боба, как бы восхищаясь своим творением. К слову, гонорар Касла был самым скромным — друг режиссера получал всего 25 долларов за съемочный день. Даже Тони Моран, появившийся в крошечном эпизоде, где в финале Майкл оказывается без маски, получил за свой выход в десять раз больше — 250 долларов.
Роль раскрепощенной блондинки Линды была написана специально для звезды молодежных фильмов П. Дж. Соулз, которая ранее снималась в «Кэрри» у Де Пальмы. Была надежда, что ее парня Боба сыграет тогдашний бойфренд Соулз Деннис Куэйд, но он оказался занят в другом проекте.
На роли полицейского Ли Брэккета и его дочери Энни, дежурящей в доме Уоллесов, Карпентер пригласил проверенных актеров, ранее снимавшихся в «Нападении на тринадцатый участок» — Чарльза Сайферса и Нэнси Кайс.
Визуальное решение: длинный кадр, клаустрофобия, Panaglide и Panavison
Создание выразительного визуального стиля было основной задачей Карпентера в работе над «Хэллоуином», ведь сценарий ленты по мнению режиссера достаточно прост и схематичен. Следовательно, добиваться зрительского погружения в историю надо было не за счет ее закрученности, а с помощью эффектного воплощения.
Самая значительная часть небольшого бюджета ушла на технику. Половина суммы была потрачена на камеры Panavision, необходимые, чтобы добиться соотношения сторон экрана 2,35:1. Любимый Карпентером формат изображения способен полностью погрузить зрителя в мир фильма благодаря глубокой и широкой композиции.
Вступительная сцена, снятая длинным кадром, была вдохновлена «Печатью зла» Орсона Уэллса, которая также начиналась с однокадровой съемки. К этому приему Карпентер и приглашенный Деброй Хилл оператор Дин Канди добавили субъективную камеру. В техническом исполнении эпизода преступления, показанного глазами маленького психопата, помогла система Panaglide — менее распространенный аналог Steadicam компании Panavision. Результат — более стабильное изображение, чем при съемке с рук, и в то же время нужный Карпентеру эффект парения.
Начав путешествие в мир «Хэллоуина» вместе с Майклом, в дальнейшем зритель продолжает его по большей части с Лори, которая в кульминации оказывается запертой в шкафу. Вслед за тем, как сужается вселенная героини, камера Дина Канди пытается воссоздать постепенно нагнетаемое ощущение клаустрофобии. Если в начале фильма превалируют общие планы, то с развитием действия их становится все меньше. Маньяк, которого Лори до поры видит лишь издали, шаг за шагом подбирается к своей главной жертве, чтобы однажды приблизиться к ней, появившись из темноты. И это еще одна находка Канди — абсолютное зло всегда приходит из кромешной тьмы.
Кроме того, темная сущность психопатов проявляется в жестокости по отношению к животным, что показано в сцене, где Майерс душит собаку. Не навредить псу помог слоу-моушн: замедленная съемка создала эффект, будто овчарка постепенно обмирает, хотя на самом деле дрессировщик просто держал ее на руках.
Другая особенность Майерса — появляться и пропадать неожиданно — была придумана Карпентером и рифмуется с методами Хичкока. Еще один оммаж Хичу можно усмотреть в эпизоде убийства Энни, который по динамике и экспрессии несколько напоминает знаменитую сцену в душе из «Психо».
Своему второму любимому режиссеру — Говарду Хоуксу — Карпентер отдал дань в виде мизанабима. В вечер Хэллоуина герои фильма смотрят «Нечто» 1951 года, которое Карпентер переснимет в 1982-м. Любопытно, что видеокассета с лентой Хоукса принадлежала самому автору «Хэллоуина».
Завершает выверенный визуальный стиль зловещая заставка, с которой зритель начинает знакомство с картиной. Горящая в темноте тыква-фонарь и оранжевые титры, которые окрашиваются в красный, предупреждают о приближении кровавых событий. Тревожное ожидание страшного фильма подкрепляется соответствующей музыкой, сочиненной самим Карпентером.
Саундтрек: тревожная электроника Карпентера
Сыгранная на фортепиано в размере 5/4 тема задает тон всему киноповествованию и саундтреку, построенному на чередовании похожих электронных мелодий. Источник вдохновения для тревожного музыкального минимализма режиссер-композитор, ранее игравший в рок-группах, нашел в музыке из «Изгоняющего дьявола» Фридкина и «Суспирии» Ардженто. А в своей любви к року Карпентер признался, поместив в автомобильную сцену с Лори и Энни мрачно-романтичный хит коллектива Blue Oyster Cult под названием Don’t Fear the Reaper.
Получившийся саундтрек стал одним из залогов успеха картины. Даже невзлюбившие «Хэллоуин» критики называли музыку сильной стороной фильма. Впрочем, противников ленты было не так уж много. Разгромные статьи, упрекавшие работу Карпентера во вторичности, быстро сменились восторженной прессой, окрестившей фильм одним из важнейших в истории хоррор-жанра. Ну а просто в историю картина вошла как самый кассовый независимый фильм со сборами 47 миллионов долларов при бюджете 325 тысяч и как эталонный слэшер, которому неустанно подражают и который бесконечно продолжают. Впрочем, прошлогодний «Хэллоуин заканчивается» Дэвида Гордона Грина, вероятно, и правда стал последним фильмом серии, начатой Карпентером. Но это уже совсем другая история.