Второй номер драфта-2003 Дарко Миличич признался, что допустил множество ошибок, которые помешали ему добиться успеха в НБА.
«Многие обсуждают меня, рассказывают истории обо мне, о том, какой я и что я люблю делать, о том, как завершилась моя карьера. Говорят, что я должен продолжить играть в баскетбол. Но никто не понимает, через что я прошел в НБА. Им никогда не понять, что это был самый сложный этап в моей жизни. Я и представить не мог в 16-17 лет, что баскетбол превратится для меня в кошмар. Но это стало моей жизнью.
Я был одним из самых талантливых игроков на тот момент, одним из лучших молодых игроков Европы. Знал, на что способен, понимал, что у моих ног весь мир. Но я не был готов. Потому что НБА – это очень серьезно, а я на тот момент был еще ребенком. Старался со всеми ладить. Считал себя самым умным и талантливым, старался быть игроком, который не может провалиться. Нацеливался на успех. Даже если бы не сложилось в Штатах, у меня был талант и я рассчитывал на успех. Но нет! От таланта зависит лишь 20%. Если не работать, можно всю жизнь оставаться талантом. После 30 ты все еще будешь талантом. Я осознал это слишком поздно.
НБА стала для меня болезненным опытом, люди не понимают этого. Они думают, что мне нравилось в лиге. Но все было не так. Я знаю себя. Мне хочется быть лидером. Будь то баскетбол, рыбалка, охота или игра в карты с друзьями. Таков уж я. Но все думали, что я счастлив от одного только пребывания в НБА.
Я смеялся над теми, над кем не должен был смеяться. За «Детройт» играл легендарный Бен Уоллес. Как-то он смазал штрафной, а я смеялся над этим на скамейке. Мне сказали: «Не смейся, этот человек – олл-стар». Я ответил: «Он олл-стар, но не может попасть по кольцу». Через пару лет подобное уже случилось со мной. А Уоллес – работяга, каких я мало встречал в жизни. И я, молодой пацан, ничтожество, смеялся над ним. Идиот, который не мог представить, что у него может что-то пойти не так. Господь наказал меня за высокомерие.
Я видел людей, для которых самым главным были статистические показатели, количество очков и подборов. Их не волновал результат команды. Я не понимал, что происходит, что я вижу такое собственными глазами. Мне сказали, что могу остаться в «Миннесоте», только если извинюсь перед Кевином Лавом. Должен ли я извиняться перед этим сопляком? Ни за что. Я объяснил, что считаю его важным игроком команды, олл-старом, но не могу принять, что человек радуется, когда набирает 20 очков и 15 подборов в проигранном матче. Помню, как-то после поражения в Лос-Анджелесе он был расстроен, что набрал только 12 очков и 8 подборов. Простите, но никаких извинений от меня вы не услышите. Забирайте мой контракт, мне плевать, кто он. Вернусь в Сербию», – заявил Дарко.
Миличич также признался, что посетил как минимум одну тренировку «Детройта» в нетрезвом виде. Игорь Кокошков тогда был помощником тренера в команде.
«Он хватал меня и говорил: «Ты, придурок, от тебя ужасно пахнет». Мне было все равно. От меня пахло алкоголем, но мне было все равно. Я уходил из клуба в 7 утра и начинал тренироваться в 9. Я хотел доказать, что они ошибались, когда не выпускали меня на площадку.
Мне было 18 лет, я играл в составе чемпионской команды и приходил пьяным на тренировку. Мне хотелось добиться успеха. Но все это было тупиковым путем», – рассказал Миличич.
Рекордное 51 очко Лавина в безвольном поражении «Чикаго» – симптом, а не противоречие
