- Это выбросить, это тоже выбросить. Господи, откуда здесь столько мусора? - Светлана Григорьевна устало потерла лоб. Машинально взглянула на ладонь - она была мокрой и грязной.
- Да, мам, - закричала она. - Ну в самом деле, ну можно же хоть немного убираться, ты же все таки женщина. Ну вот что это такое, а?
Светлана Григорьевна даже покраснела от обиды. Было очень тускло, пыльно, еще и шея чесалась от жары или обиды. Еще неделю назад она здесь убиралась, параллельно слушая лекцию о свободе пространства и о связи духовного развития и чистоты.
И что? Снова здрасьте! Дежавю, елки палки. Даже прошлонедельный пакет с колготками снова лежал на месте, только стал более грязный и вонючий. И вон те коробки, точно выбрасывала, она помнит. И вон то, непонятное вещество, в непонятной упаковке - тоже. Смотреть что это - она побоялась.
- Это какой-то Сизифов труд, - мрачно выгребая пакеты, коробки и непонятно что, думала Светлана Григорьевна. Хотелось материться, но она была учительницей истории, и употребляла совсем другие выражения.
Мать вдалеке что-то бурчала под нос, шумела водой и что-то двигала на кухне.
- Наверно, прячет заначки, - развеселилась Светлана Григорьевна.
Стало немного легче. Мусорный мешок тяжелее. Она вынесла его в помойку и тщательно вытрясла. Чтоб домой снова не попало.
- Здравствуйте, Светлана Григорьевна, - в два голоса поздоровались девочки, - А ваша мама вчера наш мусор отсюда забрала.
Девочки пошли дальше, что-то обсуждая. Точно не ее, это Светлана Григорьевна знала.
Гора мусора росла. Светлана Григорьевна носила мешки, и напоминала себе шахтера. Наконец в комнату стало возможно открыть дверь. Дальше она заходить не стала, темнело.
- Так, мам, - сказала она в кухню. - Не вздумай приносить все обратно. Я все выбросила, далеко. И соседский мусор тоже не носи. Мне уже мои ученики на тебя жалуются.
В кухне вздохнули. Светлана Григорьевна стала одеваться.
- Мам, я серьезно, - крикнула она снова. - Не вздумай. Хорошо? Я на днях снова приду.
- Вот заладила, хорошо, хорошо, - неожиданно ответила ей мать. - У соседей брать не буду, зачем мне чужое? Я свое назад принесу и все.
Светлана Григорьевна от злости хлопнула дверью и пару секунд не могла попасть в замок, дверь закрыть.
Ходила она к матери постоянно, и постоянно что-то выбрасывала. Вначале эти расхламления сопровождались громкими криками и скандалами, потом мать просто молчала и носила все назад. Честно говоря, сложного в этом не было ничего - потому что мусорка стояла в материном палисаднике. Так продолжалось не один год, соседи уже даже перестали делать вид, что им все равно: носят туда сюда барахло, да и пусть.
С чувством выполненного долга Светлана Григорьевна зашла к себе домой, поужинать надо и спать, завтра понедельник.
Долго искала сковороду, потом картошку - завалило пачками от пельменей и шоколадок, долго и неторопливо ужинала и смотрела телевизор, щелкая семечки.
- Надо бы хоть мусор у себя выбросить, все никак не успеваю. - Засыпая, подумала она.