Роман Турчанки и Султана

Один день из их отпуска

Он звал её «Моя прекрасная Турчанка", иногда просто - "Моя туристка",

она в ответ называла его «Мой Султан», или попросту - "Мой капитан".

Капитан очень любил море, поэтому они вместе с Турчанкой часто путешествовали, и капитан не хотел расставаться с морским бризом даже во сне. Поэтому спал на балконе с видом на море, а,чтобы укрыться от назойливых комаров, которые частенько сопровождали их в путешествиях, он сооружал над своим ложем некое подобие шалаша из сетки.

В мобильнике есть функция «вырезать». Воспользуюсь данной функцией, чтобы показать один день этих двух «замечательных» людей, замечательных от понятия, что все вокруг их почему-то замечают и запоминают.

Итак. День на отдыхе начинался следующим образом. Как только вставало солнце, Султану уже не спалось, он выбирался из своего шалаша, построенного на отельном балконе, и топал босыми пятками в сторону ванной. Процесс, который там происходил, был неизвестен Турчанке, т.к. все звуки, смачно доносившиеся из ванной, утопали под толстым слоем затычек, вставленных в уши. Затем хлопала входная дверь, и Турчанка вновь погружалась в сладкие объятия Морфея. Но эти объятия длились недолго - минут 40. Снова хлопала готовая сорваться с петель входная дверь, как будто была объявлена тревога, и врывающийся в номер Султан сотрясал пространство фразой «Вставай мой друг, нас ждут великие дела!», набившей оскомину у Турчанки, потом, на всех парах, буквально с разбега, Султан плюхался к ней в кровать, но был такой холодный, что, хотя они были на южном море, складывалось впечатление, что он плавал в Северном Ледовитом океане среди айсбергов. Все это происходило мгновенно, невзирая на вопли Турчанки «Капитан, отстань,твой корабль на причале, а я - в отпуске». Но это Турчанке не помогало, ей приходилось с визгами отбиваться от ледяных конечностей Султана, но Султан не разжимал своих объятий до тех пор, пока тепло Турчанки не перекочевывало к нему. Окоченевшей от таких маневров Турчанке приходилось вставать и шлепать в ванную, чтобы хоть немного согреться, после чего они с Султаном следовали на завтрак. Потерявший много калорий, Султан набрасывался на еду, как в последний раз, он не пропускал ни одного чана с едой, которая уже не умещалась на его тарелке. Скорость поглощения блюд была близка к рекордным значениям, после чего по усам, футболке и скатерти легко можно было угадать почти все, что съел Султан-капитан.

Следующим пунктом был пляж. Прежде чем зайти в море, Султан вооружался по полной: бандана, плавательные очки и иногда ласты на ноги и на руки, наверное, чтобы отпугивать морских обитателей. И Султану это удавалось. Он заходил в море, и как только его плавки скрывала вода, весь надолго исчезал в морской пучине и появлялся в самых неожиданных местах, хватая под водой за ноги обалдевшую Турчанку. После купания, уставшая после принятия пищи и зашкалившего адреналина, туристка-Турчанка надеялась понежиться на солнышке на уютном лежаке, но напрасно. В самый неподходящий момент появлялся Султан с призывно поднятой ракеткой от бадминтона и произносил фразу, не очень приятную для уха Турчанки: «А поиграть?» И после 3-минутного ворчания, что нет ей покоя ни днем, ни ночью, она с неохотой отрывала свой зад от уже ставшего родным лежака и с удовольствием играла в бадминтон с Султаном. После этого довольный и утомившийся Султан раньше Турчанки плюхался на лежак и мгновенно забывался громким протяжным храпом, при котором Турчанка не могла не только спать, но и читать.

Здесь можно сделать небольшую паузу, т. к. обед, ужин и свободное от еды время проходили без особенностей.

Вечером, перед сном, подсматривая за Турчанкой, как она поочередно мажет свои руки и ноги разными кремами, Султан подсаживался рядом, скромно протягивая руки в надежде получить свою порцию крема, чтобы тоже побаловать свои ноги, которые не помнили такого внимания уже лет 40. После этого Султан разбирал свою кровать до самого основания и переносил ее детали на балкон, где строил из них подобие крепости с прочной обороной от комаров. И не успевала Турчанка выключить свет, как с балкона доносились грозные звуки богатырского капитанского сна. И Турчанка знала, что это включилась оборона крепости от злых духов. Мир вокруг в это время замирал в тишине, от страха не издавая ни малейшего звука, и даже не все комары, летавшие вокруг, решались подлететь ближе, чем их доставала вибрация.

День заканчивался, впереди был новый, с поражающей своей «новизной» фразой: «Вставай мой друг, нас ждут великие дела»…..