Обращение к русской классике – это, как правило, и беспроигрышный ход для любого режиссера, и определенный вызов, поскольку предложить что-то новое в рамках миллион раз до этого поставленной пьесы обычно бывает непросто. «Лес» в варианте Егора Перегудова в Театре Маяковского трудно назвать революционным спектаклем, взрывной и топовой премьерой, но все-таки это вещь вполне добротная, во многом, классическая, так что ничьи чувства при ее просмотре не должны пострадать, равно как и никого сей спектакль не сможет радикально удивить.
Одним из главных достоинств спектакля является его необыкновенная живость, увлекательность, благодаря которой все 4 (четыре) часа его хронометража (не верьте анонсу, спектакль заканчивается около 23 часов, хотя, быть может, имеет место эффект предпремьерного показа) проносятся если не в мгновение, то проходят совершенно не скучно. Такой эффект достигается благодаря изрядной доле иронии, с которой поставлен «Лес», а также множеству мелких юмористических моментов и даже приколов, наполняющих спектакль. Нельзя не принять во внимание и удачную комедийность отдельных персонажей, скажем, актера Счастливцева, каждый выход которого сулит некоторую долю шуток и забавных моментов. Характер использованного в спектакле юмора, вопреки возможным ожиданиям, довольно безобиден, без попыток его актуализации и обращения к сегодняшнему дню. Помимо юмора, «Лес» удивляет своей довольно привлекательной эстетикой: это действительно красивый спектакль, возможно, не бесспорный, но в некоторый моменты восхитительный. Скажем, здесь активно используется игра со светом и тенью, звуки не столько дождя, сколько просто льющейся воды, очень эффектен эпизод с светильником будто из загробного мира – таких привлекательных моментов немало.
Вместе с тем, при всей своей внешней привлекательности, «Лес» далеко не безупречен, и далеко не все его решения работают на донесение центральной идеи, причем, в первую очередь, из-за того, что таковая просто не считывается. Скажем, главная фишка постановки – 100500 тонн воды на сцене, то есть некоторая река, или пруд, или озеро, по которому плавают бревна, на которых плавают герои, или просто ноги мочат в воде, или ходят по ней. Словом, в «Лесе» везде вода. Но зачем здесь вода? Первая мысль, которая приходит в голову на эту тему: вода означает жизнь, как это частенько бывает. Тогда понятно, почему Гурмыжская (Анна Ардова), да и все остальные герои спектакля, поначалу только мочит ноги в воде – она не живет, а играет в жизнь, чем объясняется и некоторая клоунада в ее (и остальных) поведении в первом акте. Приняв же душ вместе со своим будущим любовником, она словно с головой в жизнь погружается, и затем ходит по воде совершенно бесстрашно – живет. Также и актеры Счастливцев и Несчастливцев плывут на бревнах по воде словно по течению: куда занесет нелегкая – неважно, они не пытаются определять свою судьбу. Но при подобной трактовке воды как жизни слезшие с бревен актеры также должны начать жить, а финал пьесы имел бы позитивный характер, которому совсем не подходит пафосно-обличительная речь Несчастливцева, которая опровергает подобную догадку о смысле постановки. Кроме того, тонны воды смещают акценты с пресловутого леса, что также для спектакля с названием «Лес» странно, так как не слишком понятно, как он с этими реками связан.
Вообще, «Лес» выглядит как заготовка для потенциально крутого спектакля, которой еще требуется рука режиссера для его дальнейшей настройки и расстановки акцентов, без которых, зачастую, отдельные сцены хороши, но не складываются в общую картинку. В происходящем слишком много непонятного и противоречивого. Скажем, Несчастливцев – до последнего кажется, что он самозванец, поскольку Гурмыжская упоминает о постоянных подарках с его стороны, да и при первой встрече он дарит ей что-то недешевое, и это при вводных, что он актер без гроша за душой. Спектакль не удосуживается как-либо объяснить подобное противоречие. Парочка якобы влюбленных - Аксюша и Петр: их отношения вообще не слишком понятны, поскольку любви там не видно вовсе. Трагедия, разыгрываемая Аксюшей – какой-то фарс, относиться к которому иначе, чем относится пара актеров, нельзя. Поскольку Гурмыжская в версии Анны Ардовой – персонаж почти обаятельный и вовсе не тиранический, завывания Аксюши о своей несчастливой судьбе кажутся капризом и ерундой, как и ее жест с бросанием в воду – просто глупостью.
Линия самой Гурмыжской и молодого Алексея, гипотетически, осуждаемая как мезальянс и сплошной порок – в этом «Лесе» она не такова. Во-первых, Анна Ардова играет влюбленность, а вовсе не охоту за молодым телом и тягу к всегда покорному юноше. Во-вторых, Ярослав Леонов не изображает из себя альфонса, охочего до денег взрослой женщины, наоборот, он в своих порывах по отношению к ней вполне искренен, следовательно, эта любовная линия не может быть рассмотрена в отрицательном ключе. Возможно, негативно можно было бы отнестись к линии купца Восмибратова, так как его сущность – это зарабатывание денег, и, во многом, при его участии любовь – тоже сделка, ведь иначе желание приданого не трактуешь. Но сам персонаж не выглядит отрицательным – всего лишь твердо стоящим на ногах; разрушителем любви он не является, ведь и любви, по сути, нет. Линия денег как основы жизни в спектакле также не акцентирована, она не прослеживается. Аксюша, как уже упоминалось выше, выглядит капризной и не знающей, чего она по-настоящему хочет - не трагической фигурой. Словом, в спектакле нет тех, кого он бы однозначно осуждал, также нет и точно положительных героев и образцов для подражания.
Есть в этой премьере несколько весьма удачных моментов: во-первых, это виртуозный развод на деньги купцом Гурмыжской, а затем, в свою очередь, его – актером. В этом эпизоде, кажется, Перегудов поиздевался над всеми используемыми провинциальными актерами штампами, создав в пламенном споре Несчастливцева и Восмибратова просто эталонный образ такого деятеля. Вообще, хороший московский артист, играющий плохого провинциального – это очень занятно. Однако, за данной блестящей формой несколько пострадало содержание. По идее, Несчастливцев выводит Восмибратова на красивый жест с возвратом денег, но поставлено так, что подобное решение купца кажется странным и необоснованным, как и дальнейшие обнимашки. Примерно такое же впечатление вызывает и финальный поступок теперь уже самого Несчастливцева – почему он действует подобным образом, что заставило его принять такое как бы благое решение?.. Спектакль к этому не подводит, и этого не объясняет. Также нужно отметить еще один прием, а именно пробитие «четвертой» стены Гурмыжской в начале спектакля, когда она вводит зрителя в курс дела. Само по себе это интересно, но как-то не закрыто, поскольку в конце героиня больше со зрителями не общается, будто забыв о них.
Финал спектакля оставил в некотором недоумении. Типичная для классики пафосная морализаторская речь Несчастливцева про то, что все здесь – лес, люди-крокодилы и прочее, выглядит абсолютной чушью не потому, что плоха сама по себе – она из первоисточника, а потому, что спектакль совершенно к этому не ведет, и об этом не свидетельствует. За что он осуждает героев? Что Гурмыжская сошлась с молодым человеком? Но здесь это искренние чувства – что здесь такого? Что довела Аксюшу до попытки утопиться? Так прыжок в воду выглядит просто глупостью и капризом не понимающей себя саму девушки. Несчастливцев представляет себя самого «героем на белом коне», но по ходу спектакля он едва ли лучше всех остальных. Словом, то, что он говорит, просто недостоверно, и этот патетический выход не работает, как и трагический финал. Думаю, правильно было сместить акценты: Несчастливцев – всего лишь не слишком хороший провинциальный актер, можно было показать его таким – склонным к пустым жестам, пустым словам, пустым выводам – то есть глупым, а не источником истины. Тогда его финальный выход надо было как-то наглядно опровергнуть, и в этом был бы какой-то смысл.
Актерский состав в «Лесе» очень крепкий, но хочется особенно выделить нескольких его представителей, и, в первую очередь, Анну Ардову – она просто блистает. Актриса играет очень мягко, обаятельно и как-то тепло, искренне, из-за чего ее Гурмыжская – просто женщина, что живет свою жизнь, которой свойственно заблуждаться, но она не тиран и не самодур. Этой героине, скорее, симпатизируешь, чем осуждаешь ее. Понравился и Ярослав Леонов как Алексей – он обаятелен и даже мил, а его гимнастические выходы – это нечто, а ведь это не спортсмен. Очень хорош Сергей Удовик – Счастливцев, самый забавный персонаж «Леса». Виталий Ленский – купец – произвел на меня сильное впечатление. Наконец, Вячеслав Ковалев как Несчастливцев – точно подметил и воплотил провинциальные штампы.
Как бы я ни ругала «Лес» выше, отмечу, что он чем-то зацепил, что уже сутки мы многократно его обсуждаем и спорим. Пока еще это очень сырой спектакль (во всех смыслах слова), которому требуется доработка. Стоит расставить акценты, но для этого надо понять, зачем «Лес» вообще поставлен, и что хотел им сказать режиссер. Я надеюсь, что рано или поздно это будет сделано. Думаю, полезно также было бы раскрепостить актеров, дать им дурачиться на сцене, хулиганить – этому лесу такой стиль очень подошел бы, и гораздо больше, чем подчеркнутая театральность первой его части.
В совсем-совсем заключение дам пару советов: если места близко к сцене, лучше одеваться потеплее, так как из-за воды прохладно. Также есть риск, что попадут брызги от воды (риск первого ряда и ряда перед ним) – в первую очередь, в сцене утопления Аксюши. Небольшой риск, что попадет кусочек помидора в сцене закидывания Несчастливцева. Впрочем, я думаю, в будущем эту проблему решат.
«Лес», Александр Островский в постановке Егора Перегудова, сценография и костюмы – Владимир Арефьев. Продолжительность 3,5 – 4 часа с антрактом, премьера 28 октября 2023 года.
Состав: Анна Ардова (Раиса Павловна Гурмыжская); Кира Насонова (Аксюша); Виталий Ленский (Восмибратов, купец); Илья Никулин (Петр); Ярослав Леонов (Буланов); Вячеслав Ковалев (Геннадий Несчастливцев); Сергей Удовик (Аркадий Счастливцев); Дарья Повереннова (Улита); Сергей Рубеко (Карп); Олег Сапиро (Теренька).