Сегодня на пляже увидели рыбаков, распутывающих сети. Когда моя прабабушка после революции 1917 года, плела сети в Крыму, они были другие, не пластиковые.
Отрывок из моего рассказа "Бабусенька":
"Прабабушка Груня и прадедушка развелись еще до революции. Тогда это было редким делом, но прабабушка настояла. Семейная история гласит, что однажды моя прабабушка вернулась из города, куда она ходила за покупками домой. Предполагаю, что то был не город, а городок, потому что из-за рода занятий прапрадеда бабушка жила с ним в гарнизонах. Так вот, прабабушка Груня вернулась домой, зашла за чем-то в спальню и увидела, что в их супружеской чистенькой, застеленной кружевным бельем, кровати лежит ее муж …с ее лучшей подругой. Была ли та подруга замужней или нет, не знаю-не ведаю (о том история умалчивает), но Груня не стала скандалить. Она пошла собирать чемоданы. Собрав чемоданы и пятерых детей, она поехала прямиком в Варшаву к своей родной сестре, тете Мане. На поездах, с пересадками. Тетя Маня, вернее, моя двоюродная прабабушка, была женщиной эмансипированной по тем временам: детей у нее не было и она работала начальником отдела Варшавской железной дороги. Ее муж, тоже военный служил в Варшаве, а жили они в центре города, на улице Маршалковской, в восьмикомнатной квартире. Бездетные супруги делили квартиру с еще одной сестрой, матерью тети Зайки. Самой тете Зайке было на тот момент то ли семь, то ли восемь лет, но память до самого конца у нее была превосходная и внезапный десант моей оскорблённой прабабки с выводком она запомнила.
К этому поступку моей прабабушки потомки Николаевых и Матвеенко относятся по-разному.
Стоило мне на каком-то семейном собрании защитить прабабку и одобрить ее поступок, как на меня накинулась тетя Кира Матвеенко, двоюродная сестра мамы:
- Алена, ее муж винился и в ногах валялся у Груни, лишь бы она его простила! А она из-за своего упрямого характера не простила и – фыыррр! – помчалась в Варшаву! Она разорила семью тети Мани, денег-то своих у нее не было, а детей – целых пятеро!
- Теть Кир, а вы представляете, что это такое: быть красивой молодой женщиной, верной мужу и любящей женой, доверять ему и вдруг - увидеть такое! А тут еще и лучшая подруга в койке оказалась! Это шок! Такая сцена может жизнь разбить!..
Сцена разбила в итоге жизнь семьи. Хоть бы не с подругой он там оказался, тогда можно было бы неверного супружника и простить…
Тетка Катя встала на сторону Киры.
Мама относилась к событию, предшествовавшую ее рождению философски-спокойно: « Что было – то сплыло». Тетя Зайка Груню никогда не осуждала.
История не знает сослагательного наклонения.
Последствия исторической прадедушкиной измены оказались печальными. Сначала все шло неплохо: придя в себя в Варшаве, прабабушка Груня вернулась в Петербург и начала хлопотать. Сначала она оформила развод, что было трудно, но возможно в случае супружеской измены, потом выхлопотала для себя и детей небольшую пенсию, а детей устроила в хорошие учебные заведения: девочек в Смольный институт Благородных девиц на казенный счет, а старшего, Николая определила в кадеты. Младший тогда был совсем еще мал.
Несчастья пришли вместе с Первой мировой войной и революцией. Бабушкин старший брат Николай погиб на той войне. Судьба их сестры Клавдии(Клавеньки) оказалась тоже драматичной. Выйдя замуж до революции, уехав с мужем-гинекологом Цихановским в Белоруссию и родив там ребёнка, она вскоре заболела чахоткой. Началась революция. Чтобы спасти дочь, Груня повезла ее в Крым, в хороший теплый климат. В какой-то момент они оказались отрезаны от остальной части России. Без денег и работы, разумеется. Моя железная прабабка не сдалась, а нанялась рабочей - плести рыбацкие сети, чтобы покупать себе и Клавдии еду. Молодая женщина начала выздоравливать, но в Белоруссии внезапно умер от дифтерита ее маленький сын – Гогочка. Этого Клавдия не пережила и начала снова чахнуть. Она умерла молодой…"
