Экранизация серии игр про аниматроников-убийц стала лидером предхеллоуинского проката, несмотря на убогий сценарий и гомеопатические дозы хоррора. О еще одном феномене треш-хита (вроде «Звука свободы»), родившегося в недрах правой реднек-культуры и раскрученного легендарной студией Blumhouse, рассказывает Станислав Зельвенский.
Станислав Зельвенский
Критик Кинопоиска
Когда Майк (Джош Хатчерсон) был маленьким, прямо во время семейного пикника неизвестный злодей похитил его младшего брата. С тех пор Майк безуспешно пытается вспомнить какую-нибудь важную деталь из того дня, которая помогла бы найти преступника. Кроме того, после смерти родителей он в одиночку заботится о сестре (Пайпер Рубио), которая целыми днями рисует воображаемых друзей. Вылетев на нервной почве с очередной работы, Майк устраивается ночным сторожем в давно закрытую, популярную в 1980-х пиццерию Freddy Fazbear’s Pizza, где иногда оживает группа аниматронных зверей.
Зачем нужен охранник давно закрытому ресторану? Абсолютно неубедительный ответ на этот и другие вопросы дают «Пять ночей» — экранизация серии видеоигр про аниматроников-убийц. Фильм много лет находился в производстве, в режиссеры сватали Криса Коламбуса, но его в итоге заменила малоизвестная Эмма Тамми («Обитель страха»). Что в случае с популярной «интеллектуальной собственностью», впрочем, совершенно неважно. «Ночи» стали очередным финансовым триумфом студии Blumhouse: несмотря на одновременную премьеру на стриминге и разгромные рецензии, в первый уик-энд хоррор заработал 130 миллионов, превзойдя самые смелые прогнозы и многократно окупив свой бюджет. Что гарантирует как минимум пару продолжений.
Прочитайте также:
Five Nights at Freddy’s: как скромная хоррор-игра стала мемом и образовала целую вселенную
Понятно, что единственный raison d’etre этого фильма — бесчинства курочки, лисички и других механических обитателей проклятой пиццерии. Но они занимают в общей сложности минут десять, а оставшиеся час сорок нужно чем-то заполнить. И вместо мяса там жидкий бульон из фан-сервиса, обрывочных сюжетных линий и безобразно написанных диалогов. Соавтор сценария — создатель всей франшизы «Ночей» Скотт Коутон, трампист, пролайфер и разраб, до «Фредди» сочинявший христианские видеоигры.
Вместо того чтобы свернуть в кровавую комедию, как вроде бы располагает материал, или, наоборот, нагнетать полноценный хоррор, авторы почему-то остановились на вялой паранормальной драме про похищения детей. В начале, середине и конце — две с половиной кровавые сцены, заслуженно оцененные в PG-13. Зато раз в десять минут мы отправляемся в один и тот же нудный сон главного героя про поездку на шашлыки, где он сперва бессильно наблюдает за киднеппингом брата, а впоследствии начинает торговаться с возможными свидетелями. Хатчерсон пал первой жертвой дурного сценария, поскольку ему совершенно не подходит эта пассивная, страдательная роль. Последствия от действий Майка в фильме стремятся к нулю. И вся энергия актера вынужденно уходит в поддержание кругов под глазами, легкой небритости и перманентно приоткрытого рта.
Компанию ему составляют подозрительно дружелюбная блондинка-полицейский (совсем блеклая тут Элизабет Лэйл), просто подозрительный карьерный консультант (Мэттью Лиллард) и юная сестра (о детях-актерах или хорошо, или ничего), которая сперва заявлена как странная девочка из хоррора, но на поверку оказывается обычной бодрой девочкой из детских приключений. Откуда-то оттуда же злая тетушка в исполнении Мэри Стюарт Мастерсон. Она любит леопардовые принты, курит (показывать такое нельзя, так что нам рассказывают) и мечтает стать опекуншей девочки (ради чеков из собеса, насколько можно понять). И поэтому нанимает хулиганов разгромить пиццерию и таким образом опорочить Майка. Дьявольский план, достойный «Утиных историй».
Дело, по-видимому, происходит в начале нулевых, но в первую очередь фильм монетизирует, как и почти вся продукция Джейсона Блума, культурную ностальгию по 1980-м, так что можно рассчитывать на пару соответствующих песен (The Romantics, Игги Поп) и любовно воссозданные интерьеры семейного ресторана с роботами (феномен американский, поэтому придется верить на слово).
При этом и про дух 1980-х, и про похищенных детей, и про незадачливых ночных охранников есть миллион хорроров лучше, а свой козырь — аниматроников — «Ночи» расходуют вхолостую. Ясно, что в Blumhouse рассчитывали на фильм-мем вроде «М3ГАН», но даже кровожадный капкейк вряд ли способен вытащить эту нестрашную поделку за пределы хеллоуинского хайпа.