Главной новостью минувшей недели, безусловно, стало движение наших войск на Авдеевском направлении. Пока весь мир обсуждает кошмар в секторе Газа и окрестностях, дончане и жители близлежащих городов мониторят СМИ и телеграм-каналы, надеясь узнать, что наши еще немножечко продвинулись
Ночь в мертвом городе пугающе темная. В ночном лесу дорогому читателю, к примеру, бывать приходилось? Так вот, даже не рядом. Квелый свет дешевого фонарика здесь буквально ослепляет.
Где-нибудь за час до полуночи мы с коллегой прибыли в Соледар. Забравшись в подвал, раззнакомились с местными, поделили спальные места, уложили снаряжение и направились в штаб.
— Мужики, вы голодные? Давайте на кухню. Там ужин еще теплый. Подкрепитесь.
— Да нам бы информационный голод утолить…
- Чем помочь?
— Паролем от Wi-Fi!
— Он еле-еле работает, но попробуйте.
Напившись кофе, падаем на койки и долго-долго пытаемся обновить телеграм. Восемь часов без свежих новостей — это уж слишком!
«Ничего себе! Наши штурмуют Авдеевку!» — кричит вдруг коллега. «Да ладно? Прямо штурмуют-штурмуют?» — подскакивает боец с позывным «Шантаж». «Чего расшумелись?» — сонно ворчит кто-то из дальнего угла. «Авдос штурмуют!» — говорим хором. «Пошла жара», — удовлетворенно произносит голос. Чувствуется: простил. Новость, мол, пробуждения стоила.
Следующие сутки – как на иголках. Потому что люди там Авдеевку берут, а мы в Соледаре отсиживаемся! Информации минимум, а связи с источниками так и вовсе нет.
Тут нужно объяснить, что Авдеевка до войны была эдаким пригородом Донецка. Там строили дачи уважаемые люди, туда летом ездили граждане, чтобы за недорого и в непосредственной близости от дома родного погрузить изнывающие от жары тела в лазурные воды Авдеевского карьера.
Но случилась война, и Авдеевка сделалась нашим проклятьем, год за годом превращаясь в один большой укрепрайон. Там держит оборону крупная группировка украинских боевиков, оттуда их артиллерия терроризирует Донецк и близлежащие города. И беды, пережитые нами уже после начала СВО, летели, как правило, именно оттуда.
В первые месяцы спецоперации дончане надеялись, что союзным тогда еще войскам удастся вырвать этот ржавый гвоздь из тела Донбасса и облегчить боль, но сложилось иначе.
«Мы все умрем под Авдеевкой», — шутят местные бойцы, объясняя, что однажды мы таки доберемся до польской границы, но боеприпасы на Киевский и прилегающие к нему районы продолжат валиться.
«Почему же Артемовск? Почему не Авдеевка?» — сокрушались все без исключения дончане, когда Россия праздновала освобождение Бахмута. Луганск, мол, на глазах оживает, а мы застряли в этом чистилище, выход из которого лежит где-то за Авдеевской промкой.
Столб дыма над вражьим логовом разглядели задолго до того, как заехали в город. Фон тут — будто улей за стенкой гудит. Все гремит, свистит и взрывается, но более или менее спокойно. Нечто подобное ощущал прошлой весною, когда «Азовсталь» дожимали в Мариуполе.
Главное — люди взбодрились! Все обсуждают, переживают и делятся слухами. Официальной-то информации практически нет, а волнения — через край. Не как в начале СВО, когда на горизонте забрезжила перспектива возвращения к мирной жизни, но около того. «Не очаровывайся и не придется разочаровываться», — урок, который дончане, по-моему, еще лет триста будут усваивать с молоком матери.
Все понимают, что не будет ни легко, ни быстро. Все понимают, что в какой-то момент и в Донецке может стать жарче, чем прошлой зимой, поскольку крыса, загнанная в угол, кусает без разбора. Но даже робкая надежда — это уже что-то. Надежда — это больше, чем у нас было месяц назад.
Ракеты и беспилотники — мелочи жизни для того, кто имел дело с реактивной и ствольной артиллерией. Не будет хаотичных обстрелов — будет вода. А еще электричество и нормальные дороги появятся даже в тех местах, где их уж и не чаяли видеть. Это и магазины на окраинах, которые работают с 9:00 до 21:00, а не до первого серьезного обстрела. Это нормальная жизнь.
Может, потому, кстати, информации с этого направления — кот наплакал. Задача не просто серьезная, но сверхсерьезная. Ни к чему раньше времени людей обнадеживать. Будут результаты – будет разговор, а до тех пор работаем молча. Как известно, быстрее дождешься того, чего и не ждал.
Тем не менее города слышат и города ждут. Ждут избавления, ждут встречи с родными и близкими, которых не видели много лет, ждут мирной, а не угрожающей тишины. Дождутся ли? Будем посмотреть.