Я не устаю поражаться взаимоисключающим параграфам в так называемой "мужской логике", касающейся отношению к женщинам. Не только я, но и другие авторы многократно писали об этом. Требования мужчин к женщинам "блещут" такими странностями, как "хочу, чтоб юная, красивая, работающая, обеспечивается себя девственница отдалась мне на первом свидании за чашку кофе, но я ниногойвпрокоятыйзагс, а после этого я буду называть её ш..хой, потому что она не берегла себя для мужа". И кажется совершенно невозможно представить себе мозг, который способен вместить в себя такое. Подобное раздвоение сознания наблюдается не только во взаимоотношениях полов в наше время. К сожалению. Возможно, тут проблема в недостатках образования. Но сейчас не об этом.
Находясь "немножко в теме" дзеновской атмосферы гендерных противоречий, я одновременно увлеклась историей крепостного права. И неожиданно для себя стала находить параллели, как будто объясняющие такие странные противоречия.
Можно много говорить о том, что крепостное право - это отвратительное явление. Владеть людьми на праве собственности и абсолютной безнаказанности - это не просто аморально, но это может привести и приводило к совершенно ужасным событиям. Крепостные гаремы (нет, мужчины, застегните ширинки, 200 лет назад, вы не были бы владельцем такого гарема, а, скорее всего, были бы мужем или отцом, чью жену или дочь забрали туда и насилуют, как только хотят, а как надоест, в лучшем случае дочь выдадут замуж за мужика, который забьёт её насмерть за "обиду"), порки, 6-7-дневная барщина (да, было и такое, Павел I даже специально издал рекомендации о трёхдневной барщине), забивание крепостных насмерть и т.д. Можно было бы назвать всё это бесчеловечными преступлениями, если бы мы не слышали про принцип историзма.
Отвратительная суть крепостного права заключается в том, что помещики в массе своей не считали своих крестьян вообще людьми. Поэтому ни о какой человечности или бесчеловечности речь не шла. Это же не люди. Я пару дней назад писала о покупке дивана и о таком свободном обращении с ним, как только возможно. Вот и с крепостными обращались так же, как и с предметами. При этом, все эти помещики были не то, чтобы очень уж образованными, но вполне грамотными людьми. И при всех описанных явлениях вполне порядочными.
Казалось бы - а как может считать себя порядочным человек только что изнасиловавший девушку и приказавший пороть до полусмерти её отца, вступившегося за дочь? Как человек, совершивший все эти действия, едет в тот же вечер в гости, целует ручки дамам и вообще считается в глазах "общества" приличным? А это очень просто: он не считал человеками ни девушку ни её отца. С равными себе людьми он так не поступил бы - это недопустимо для порядочных людей. Кроме того, такой барин наверняка удивлялся, если крепостные бунтовали, и вообще выражали недовольство. А они бунтовали, и убийства помещиков крепостными были не единичным явлением.
И помещики "как бы" не замечали таких противоречий и основные их претензии к крепостным тоже пестрели взаимоисключающими параграфами: "хочу отбирать результаты труда крестьян, насиловать их жён и дочерей, пороть, творить, всё, что придумает моя фантазия, при этом удивляться, что крепостные почему-то ленивы (при 6-дневной барщине!), безнравственны, неблагодарны, "смерть воспринимают, как избавление" (это цитата) и вообще как-то меня не любят".
А ведь крестьянин "паприроди" был предназначен для тяжёлой работы, порки, голода, любых форм насилия. И должен "паприроди" всему этому даже радоваться. А крепостные периодически демонстрировали то, что они отбились от своего "паприродного предназначения". Это были какие-то неправильные крестьяне, которым почему-то не нравилось их "паприродное" положение. Очевидно, их подговорили масоны или другие вольтерьянцы. Недаром, переведшего своих крестьян с барщины на лёгкий оброк Евгения Онегина соседи обозвали фармазоном (франкмасоном).
И вот крепостное право отменили, прошли десятилетия, на протяжении 70 лет гражданам рассказывали о равенстве всех людей, а идея вот такого разделения на "людей" и "не вполне людей" всё ещё осталась.
И в рамках заданной темы касается отношению к женщинам. Им тоже прописывается некое "паприродное предназначение", которое ожидаемо заключается в том, что они должны больше работать, обслуживать мужчин (собственно, людей) в бытовом и эмоциональном смысле. И мало того, женщина должна этого хотеть. Больше работать и обслуживать должно быть целью её жизни. А если она удивляется и задаёт вопросы, типа "а зачем мне это?" или "с какой это стати я буду это делать?", то это неправильная женщина, отвергшая своё паприродное предназначение из-за франкмасонов, не только сбивших с "пути" Евгения Онегина, но придумавших феминизм.
При этом любые попытки объяснить, как-то направить мысли мужчин в русло: "Ну, ты сам-то поставь себя на место женщин, стал бы так жить? Стал бы рожать? Поставь себя на место своей жены, ты сам-то стал бы жить с таким человеком, как ты?", разбиваются о стену абсолютного непонимания: "Это же другое! Она же женщина! Ей паприроди должно всё это нравиться!". Тут в комментариях недавно был задан вопрос, вроде:
А кто из мужчин отдался бы за чашу кофе человеку, который оказался не слишком приятным? Почему вы требуете от женщин то, что не готовы дать сами?
Я уже писала о знакомом, которому предложила пожить жизнью его жены: утром собрать и отвести ребёнка в садик, потом на работу, с работы в садик, в магазин за продуктами, приготовить ужин и завтрак на завтра, постирать, приготовить на завтра одежду ребёнку, мужу и себе, убрать немного на кухне, искупать ребёнка, уложить его, лечь спать, а с утра всё то же самое. На что знакомый мне ответил:
"Разве это жизнь?"
То есть, для мужчины это не жизнь. А для женщины - норм?
Ну, как можно сравнивать? Женщина же "паприроди" должна. Что только не припоминают: и некие инстинкты, и какие-то гормоны.
На одном канале автор даже писал о "разном строении мозга мужчин и женщин"! Вот антропологи-то чего-то не знают! Они иной раз и по черепу не могут определить, мужской он или женский, а уж без черепа, по одному только мозгу это вообще сделать невозможно. Люди, всю жизнь измеряющие черепа и мозги, не могут отличить мужской мозг от женского, даже держа его в руках. А вот дзеновские авторы и комментаторы могут. Мало того, заявляется, что женщины, оказывается, должны действовать и действуют по причине "гармонов" (некоторым трудно выучить написание слова "гормоны"), и именно действием "гармонов" объясняется "паприродное" предназначение женщин для мытья унитазов и варки борща. А так же их, женщин, "паприродное" желание испить в предприятии общепита чашку кофе, а потом отдаться сидящему поблизости мужчине.
При этом в своих собственных глазах мужчины остаются честными и порядочными людьми! Даже, если они изменяют своим жёнам. Они друг другу и другим женщинам рассказывают об этом совершенно не стесняясь, не терзаясь муками совести, даже гордясь "подвигами". Мне сейчас скажут: "а женщины тоже изменяют". Наверное. Я честно попыталась вспомнить хоть один случай, чтобы подруга, коллега, знакомая или знакомая знакомой изменяла бы мужу и рассказывала об этом другим женщинам открыто и гордясь - не смогла. Нет у меня таких знакомых и знакомых знакомых. Если женщины и изменяют, то уж точно не гордятся этим. И уж совершенно точно не считают себя при этом "порядочными нормальными людьми".
Так вот, возвращаясь к взаимоисключающим параграфам в требованиях к женщинам: если внезапно перестать считать женщину человеком, наделённым свободой воли, эмоциями, собственными желаниями, видением перспектив, обладающим критическим мышлением и т.д., то все эти странные противоречия улетучиваются. Ведь, если женщина существует только для удовлетворения мужских "хотелок", это её предназначение, обусловленное строением мозга и "гармонами", то всеми этими взаимоисключающими качествами она должна обладать "паприроди". Вот и весь "секрет".