Конечно, Ольга хотела! Она ужасно боялась рассказывать о своей жизни, и была счастлива, получив после рассказа не отвержение, а понимание и принятие. Правда, если бы она рассказала то же самое родителям, они приняли бы её ничуть не менее ласково, чем отец Михаил. Но Ольге узнать этого было не суждено.
Общество «Братья и Сестры» было банальной сектой местечкового формата. Возглавлял его отец Михаил, в миру Михаил Яковлев. Около десяти лет назад он закончил психологический факультет местного медицинского университета, но в работе психолога быстро разочаровался. Местный психоневрологический диспансер отпугнул его маленькой зарплатой, частные клиники не понравились необходимостью стелиться перед клиентами и выслушивать однотипные жалобы пресытившихся жизнью домохозяек, отродясь не имевших никаких психологических проблем. Мишка пораскинул мозгами и решил, что сумеет найти своим знаниям более интересное и прибыльное применение. Тогда, с приходом перестройки, в стране начался бум на все около мистическое. Появлялись разнообразные секты и религиозные общины, по телевизору выступали народные целители, политики и бизнесмены не скрывали, что советуются в своих делах с экстрасенсами и астрологами. Поразмыслив, Михаил Яковлев решил, что формат религиозной общины подходит ему больше всего. Тянуло, конечно, стать личным предсказателем какого-нибудь солидного бизнесмена. Но ведь там тебя будут воспринимать как обслугу, а раз ошибешься, и моментально пустят в расход, рассуждал Мишка. А ему хотелось уважения, преклонения, восхищения, подчинения, и, конечно, стабильного дохода. И все это вполне могла обеспечить небольшая паства.
Спустя несколько лет Яковлев убедился, что его идея приносит свои плоды. В обществе «Братья и Сестры» насчитывалось несколько сотен участников, и стабильно приходили новые. Михаил спекулировал на ощущении греховности. Каждому вновь пришедшему человеку он внушал, что у него имеется серьезный грех, мешающий ему жить. Это оказалось довольно просто – всякий человек знает за собой какое-то неправедное деяние, или помнит событие, ставшее поворотным в его жизни. При умелой подаче информации это деяние или событие приобретало статус греха и основной помехи во всех начинаниях. Проще всего было работать с женщинами – почти каждая из них или делала аборт, или когда-то была неверна своему мужчине (либо всерьёз помышляла об этом). С мужчинами было сложнее, но Михаил, благодаря глубокому знанию психологии и неплохой практике, и их находил, чем зацепить. Помогало и то, что обращались к «Братьям и сестрам» люди изначально надломленные, не слишком уверенные в себе. Их было довольно легко убедить как в собственной греховности, так и в том, что в обществе им помогут очиститься от скверны.
«Искупление греха словом» было практически ритуальным действием, продуманным Мишкой до мелочей. А «искупление греха делом» предполагало пожертвование грешником части своего имущества в пользу общества, то есть, в пользу Михаила Яковлева. К каждому этапу прихожан серьезно готовили и обрабатывали так, что расставание с имуществом проходило практически добровольно и без сомнений. После этого человек считался очистившимся от греха, и мог начинать новую жизнь без поддержки общества. Если же он не готов был расставаться с «Братьями и Сестрами», ему предлагалось посещать собрания и общаться с другими послушниками в привычном режиме, при условии, что он будет ежемесячно жертвовать в общество десятую часть от своего дохода. Многие соглашались на это. Мишка по началу даже удивлялся, как много людей безропотно принимают его условия. Но потом сообразил: он старательно внушал всем прихожанам, что «Братья и Сестры» — это место, где их примут любыми, хорошими ли, плохими ли, совсем ли дурными, и помогут справиться с любыми проблемами. Он давал людям ощущение всесторонней поддержки, и именно за него прихожане соглашались платить.
Были, впрочем, и такие люди, с которых взять было особо нечего. Для таких Мишка в качестве «искупления делом» придумывал специальные задания. Например, если он видел в человеке дар располагать к себе людей, он назначал ему в качестве епитимьи привлечь к «Братьям и Сестрам» десятерых новичков в течение месяца. Женщин он ставил обслуживать массовые собрания – готовить для прихожан чай и кофе, печь булочки и печенье. Мужчинам обычно велел прибирать помещение после больших мероприятий, или как-то еще работать на благо общества. Не всегда его цели были корыстными. Например, несколько прихожан в качестве «искупления делом» помогали одной бедной бабушке из общества с ремонтом квартиры, другая группа все лето возделывала и обихаживала дачный участок одной из общиниц, внезапно серьезно заболевшей, а заодно и ухаживала за самой общиницей. Это удачно вписывалось в концепцию «Братья и Сестры помогут вам справиться с любой проблемой».
Бывали в качестве «искупления делом» и совершенно особые задания. Например, с помощью своих «грешников» Мишка Яковлев купил по дешевке неплохое здание для «Братьев и Сестер». Изначально там располагалось кафе-столовая, довольно неплохое и популярное. Владелец не собирался его продавать, напротив, он весьма активно раскручивал свой бизнес. Но Мишке попала вожжа под хвост. И в течение трех месяцев несколько «Братьев и Сестер» активно портили репутацию заведению. Они подбрасывали на кухню и в склады кафе крыс и подпускали тараканов. Они строчили жалобы во все возможные инстанции, от СЭС до пожарного надзора, и кафе замучили проверками. Они показательно блевали в зале столовой, едва съев пару ложек супа или гарнира. Они устраивали бардак в санузлах для посетителей, незаметно ставили подножки официантам, воровали куртки с вешалок… В дополнение к этому было организовано несколько разгромных статей о кафе в местной прессе, а специально обученные прихожане отирались во окрестных дворах и в длинных очередях, и разносили там гадкие слухи о заведении. Поток посетителей в кафе иссяк, и владелец был вынужден свернуть бизнес. Отец Михаил выкупил у него здание за сущие копейки, а «Братья и Сестры», участвовавшие в операции, получили долгожданное искупление грехов…
Интересно ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.