- Ты что сидишь? Не работаешь. Кто тебе велел просто сидеть? Повелитель на следующий год приедет, а тут ничего не готово! – Гюль ага строго следил за рабочими и часто именно эти слова слышались то здесь, то там. Мимар Синан оставил своего ученика, а сам отправился с войском в поход. Ученик Халим был молод и не злоблив. Делать замечания рабочим он не мог, стеснялся, а евнух исполнял эту работу с желанием и радостью. Они даже подружились. Гюль ага много расспрашивал, как и что должно делаться, как проверить рабочих, а правильно ли они делают. Сначала Синан, а теперь и Халим с удовольствием давали консультации. Со временем евнух мог уже и сам давать задания работникам. Сам он с раннего утра и до позднего вечера проводил на стройке. Поварам и слугам отдавал распоряжения с вечера, но не забывал и их проверить.
Всех рабочих разместили в охотничьем домике, предварительно убрав дорогие вещи. Гюль и его верные давние помощницы, Федан и Фахрие помогали ему чем могли. Для их начальника всегда была приготовлена горячая еда и любимый шербет. И не важно, что он всегда в разное время приходил покушать, как только позволяла работа. Они же следили за чистотой и порядком в доме. Им нравилось, когда евнух возвращался, он всегда так интересно и смешно рассказывал про рабочих! А улыбка не покидала его лица. Легко работать с таким начальником!
Дворец потихоньку строился, к весне уже почти был готов. Гюль ага занялся расширением сада. Когда все было готово, он обратился с письмом к Хюррем Султан, как они и договаривались по вопросу мебели и другого, но оказалось, что она не может пока помочь, она должна вот - вот родить, а Повелитель еще не пришел из похода, но денег прислала. Ситуацию спасла Фахрие. Оказывается, ее отец служил во дворце их короля на родине, она там провела много лет и знала, что любят богатые.
Решили, что закажут все по ее вкусу, а если Госпоже не понравится, то заменят. Запросили у Хюррем Султан только пожелания цвета тканей и посуды. Пока художники, которые заменили строителей, расписывали стены, готовилась и заказанная мебель. Покои за покоями принимали свой вид. Гюль ага с восхищением рассказывал всем о том, как красиво будет в этом дворце, куда там Топкапы до него!
Неожиданно приехал Повелитель. Он заехал сюда по пути в Стамбул и был крайне удивлен и обрадован, что дворец практически готов. Вот будет радость у Хасеки! Ей так здесь понравилось! Теперь можно вывезти сюда всю семью!
Гюль ага гордо показывал Султану и Ибрагиму паше, хранителю покоев Повелителя, готовые помещения и был рад, что им нравится.
- Гюль ага, ты со всем справился! Надеюсь и остальные постройки будут так же великолепны! – Султан протянул евнуху увесистый мешочек золота,- Вот моя Хюррем обрадуется! Летом непременно приедем всей семьей!
- Повелитель, благодарю Вас, что так высоко оценили мои скромные заслуги! Я буду рад встретить вашу семью, я готов за вас жизнь отдать, но вряд ли Хюррем Султан с малышкой смогут приехать этим летом, ведь Михримах Султан очень мала.
- Евнух! Ты знаешь больше меня? Какая малышка? – грозно ответил Султан.
- О, Повелитель! Мне только сегодня пришло письмо со Стамбула. Я думал, что Вы уже знаете эту счастливую новость. У Вас родилась дочка – красавица! Видно гонец просто не смог с Вами встретиться! Валиде Султан назвала ее Михримах. Она, выйдя на балкон в день рождения Вашей дочери, увидела и луну и солнце одновременно, и, в связи с тем, что Вы были в походе, то она и дала такое имя Вашей дочери.
- Тогда держи еще, - и Султан кинул евнуху еще мешочек, - за радостную весть! Ты – первый, кто ее сообщил. Я не буду тогда задерживаться и сегодня же отправлюсь дальше. А ты продолжай и дальше заниматься строительством. Я наслышан про твою дотошность и старания. После ужина и отправимся! Ибрагим! Как ты думаешь?
Ибрагим паша только кивнул головой. Гюль ага заметил на его лице какую – то тень, но не придал этому значения. Ужин уже готовили повара, а обедом Султан остался доволен. Гюль поспешил на кухню проверить все ли готово.
После сытного ужина Повелитель со своей свитой поехали дальше, хоть Ибрагим паша и старался отговорить от выезда к ночи. Можно было поспать, но Султан спешил к своей любимой и его ничто не могло остановить.