Жизнь заставила меня на некоторое время обжиться в коммунальной квартире. Муж, свекровь и я занимали три комнаты, а оставшуюся комнату сдала молодой девушке Наташе, которая приехала в Петербург из Мариуполя. Наташа оказалась интересным и общительным собеседником, у нас сразу завязалась дружба. Прошло полтора месяца, и одним утром, войдя на кухню, я обнаружила Наташу в горьких слезах, ее лицо исказилось от печали. "Что случилось?" - спросила я, озабоченная. Она просто продолжала плакать и повторять: "Он нашел меня, он нашел меня..." Я пригласила ее в свою комнату, где она немного успокоилась и начала рассказывать.
Первое проявление этого явления случилось семь лет назад, сразу после смерти ее дальней родственницы. "Прихожу спать ночью и ощущаю, что кто-то сидит на краю моей кровати. Открываю глаза - никого, но тяжесть все равно остается. Так происходит каждую ночь. Иногда я просыпаюсь от толчков. Вижу полупрозрачный силуэт мужчины с скрещенными руками на фоне окна." От ужаса она закри
Жизнь заставила меня на некоторое время обжиться в коммунальной квартире. Муж, свекровь и я занимали три комнаты, а оставшуюся комнату сдала молодой девушке Наташе, которая приехала в Петербург из Мариуполя. Наташа оказалась интересным и общительным собеседником, у нас сразу завязалась дружба.
Прошло полтора месяца, и одним утром, войдя на кухню, я обнаружила Наташу в горьких слезах, ее лицо исказилось от печали. "Что случилось?" - спросила я, озабоченная. Она просто продолжала плакать и повторять: "Он нашел меня, он нашел меня..." Я пригласила ее в свою комнату, где она немного успокоилась и начала рассказывать.
Первое проявление этого явления случилось семь лет назад, сразу после смерти ее дальней родственницы. "Прихожу спать ночью и ощущаю, что кто-то сидит на краю моей кровати. Открываю глаза - никого, но тяжесть все равно остается. Так происходит каждую ночь. Иногда я просыпаюсь от толчков. Вижу полупрозрачный силуэт мужчины с скрещенными руками на фоне окна." От ужаса она закричала, и призрак исчез. Это продолжалось около года, не каждую ночь, но довольно часто. Затем она переехала жить с молодым человеком, однако спустя месяц преследование продолжилось, а на этот раз еще и физическое. "Он садился на мою грудь и давил руками на шею..." Наконец-то Наташа рассказала своей матери обо всем этом. Мать расплакалась и рассказала ей, что на их семью давно наложено семейное проклятие, которое передается по наследству: каждый раз, когда "носитель" проклятия умирает, оно немедленно находит новую жертву из их семьи. Мать всегда боялась этого, и вот он нашел Наташу в Петербурге...
Она стала хранить нож под подушкой. Призрак не приближался к ее кровати, но всегда находился в комнате, занимая одну и ту же позу на фоне окна...
Мы переехали, а позже и она сменила место жительства... Через несколько лет мы связались снова, и она рассказала мне, что преследование все еще продолжается, но теперь она уже приняла его как неизбежность...