Реальная история.
Автор Валентина Рыбина.
- Папа, я наверное замуж выхожу. Хочу познакомить тебя с Виктором. Он очень хороший человек. Думаю, что тебе понравится. Мы приедем к тебе завтра, - позвонила Наташа отцу.
- Наверное? – рассмеялся в трубку отец, - очень рад за тебя, моя хорошая. Совет да любовь. Буду ждать вас. Приезжайте.
Петрович уже четыре года не виделся с дочерью. Как уехала, окончив школу, из родной деревни, так с тех пор и носу туда не показала. Лишь однажды он сам навестил дочку в Москве, побывал в её институте и в общежитии. Ездил в столицу по делам, на обследование в больницу. Как же он скучал, тосковал по своей Наталке, ведь никогошеньки, кроме неё, во всем белом свете у старика нет. Так уж случилось. В далеком 1941 году добровольцем ушел на фронт, оставив дома Настёну, молодую жену, которую сосватал в соседнем районе.
Женился Петрович поздно, уже сорокалетним. Считал, что всё не время, да всё недосуг. Лесничим до войны работал. Его и дома-то порой не сыщешь. Всё по лесам своим блуждал. А вот только женился, и месяца не прошло, как грянула война проклятая.
***
Народ праздновал победу. Москва да, пожалуй, и весь Советский Союз гудели в то время песнями, плясками, бурными застольями, слезами счастья об окончании этой страшной кровопролитной войны и со слезами горя утраты родных и близких. Но не все встречали победу дома. Воинам, демобилизовавшимся в Германии летом 1945 года, еще надо было добраться до своих родных мест. А это оказалось совсем не просто. Тяжелее всего пришлось солдатам из войск маршала Жукова. Поначалу транспорта для возвращения людей не было никакого. Людям приходилось добираться либо конными обозами, либо случайной техникой. А иные то пешком, то на перекладных пробирались к родным местам. Вот и сержант Никифоров Петр Петрович спешил с товарищами из взвода домой, в родное Подмосковье. Шли окраиной, лесом. Кое-где тогда, в июле 1945-го, еще постреливали.
- Тише, ребята, тише, вроде плачет кто-то, - прислушался рядовой Птушкин.
- Да, не-е-е, филин ухает, - ответил Петр.
- Да какой филин, дитё плачет, - отмахнулся Птушкин, - тише вы окаянные.
Действительно недалеко от обочины бойцы нашли молодую пару. Убиты. Застрелены. А рядом ребенок ползает, девочка годика полтора, не больше. Хватается за мать и зовет по-немецки.
- Ой, беда, ребятушки, чё делать-то будем?! - заохал Птушкин.
- Чё-чё, а ничё, - возмутился Петр, - негоже ребенка в лесу бросать. Живое существо как-никак. Дитё несмышленое чем виновато? С собой возьмем, а там видно будет. Поднял он девчушку на руки, утер с грязного личика слезы. А она прижалась к колючему лицу солдата и затихла, обняв за шею.
***
- Народ, глядите на дорогу, никак идет кто-то, не из наших ли мужиков какой возвращается,- бежала и голосила на всю деревню подслеповатая бабка Ефросинья.
Вся деревня вышла встречать солдата. Каждая ждала своего, надеялась. Ведь почти две трети мужиков не вернулось. Жены, матери похоронки получили.
- Это мой, бабоньки, мой Петруша, родненький, соколик мой ясный, - завыла Настя и бросилась мужу на грудь. Бабы вздохнули, иные всплакнули даже.
Народ зашептался: «А глядите, а кто это с ним? Кого это он за руку-то держит? Никак девчушка крохотная! Откуда?»
- Добро пожаловать домой, Петр Петрович, с возвращением, с победой тебя, родной ты наш товарищ, - обнял и крепко пожал руку солдату председатель колхоза Иннокентий Павлович.
Бабы зашептались: «Никак ребенка на войне прижил… Подженился видать на войне-то… Откель малая у тебя, Петро?..»
- Цыц, болтушки этакие! - прикрикнул на них председатель. Дайте человеку отдохнуть с дороги, а потом уж и допрашивайте.
Вечером была вся деревня у Петра с Настеной. Быстро стол собрали. Каждый принес, что мог. Хороший, богатый стол получился. Посидели, поревели, за победу выпили, за мужиков деревенских погибших. Разошлись уже под утро. Рассказал им Петр о том, как нашли они немецкую девочку у леса, как с собой забрали, как потом он и вовсе решил себе ее оставить. А иначе одна ей дорога была бы – в дом ребенка. Теперь осталось девочке документы справить, а то у него только справочка не Наталку имеется.
- Какая же она Наталка, коли немочка?- поинтересовалась вездесущая Ефросинья.
- Коли НАША будет, так и имя ей НАШЕ дать надобно, - отрезал Петрович, - по матушке моей имя дал, Натальей будет зваться. Наталья Петровна Никифорова. Вот так!
***
Недолго Петр с Настеной прожили вместе. Вбила она себе в голову, что нагулял он Наталку. Не поверила в его историю с найденышем. Не полюбила девочку. И давай мужика пилить, донимать, да выспрашивать: «А чего это твоя краля ребенка-то бросила? Погуляла в свое удовольствие да и была такова?! Кукушка, а не мать.» Надоели эти разговоры Петру, разбежались они с Настеной в разные стороны. Уехала жена в свой район к родителям. Остался Петрович один с девчушкой на руках. Хороший он был мужик, добрый, рукастый. Баб после войны много одиноких осталось. Иные сами к нему сватались, а он, как отрезало, ни на одну из них не взглянул даже. Занялся воспитанием дочки. И вот она выросла. Умница, красавица необыкновенная. Начал замечать отец, что стесняется его дочка. У всех ребятишек родители молодые были (в основном матери, отцов-то в деревне мало осталось), а у нее папка старый, не как у прочих. Когда приезжал Петр к ней в Москву, набежали подружки: «Наташа, к тебе дедушка приехал!» Видел Петр, что смутилась дочка, подруг своих даже не одернула, не ответила, что мол не дедушка это вовсе, а отец. « Ну, да ладно», - не стал горевать Петрович, а ведь и правда – дедушка. Годков-то уже ой-ой-ой сколько.»
***
Постеснялась тогда Наташа и парня своего с отцом познакомить. Что отец? Да простой старик в потрепанной одежонке. Кто он против московского франта?! А именно таким был её Станислав. Важный, заносчивый. Встретились они случайно нос к носу в коридоре института (Наташа с Петровичем и Стас), так она поспешила увести отца в сторону, лишь быстро кивнув своему ухажеру. Роман у них тогда был. Девчата-подружки в общежитии Петру рассказали. Наталья все ждала, пока молодой человек ее замуж позовет или хотя бы на первых порах с родителями познакомит. Но молодой человек не торопился, играл с девушкой. А она этого не замечала, несмотря на предупреждения подруг. Наташа была серьезная, порядочная, недоступная, поэтому быстро наскучила парню. Девушка долго переживала разрыв и зареклась более не связываться с мужчинами.
Но вот однажды она попала в беду. По дороге в институт была сбита шальным мотоциклистом. Оказалась в больнице. Отца беспокоить и расстраивать не стала, не позвонила. У него самого здоровьишко не ахти. Два месяца провалялась на больничной койке. Там и познакомилась с Виктором. Он - хирург, оперировал ее сломанную ногу. Виктору девушка понравилась сразу. А узнав, что она – не москвичка, он даже обрадовался. «Жутко важные » (как ему тогда казалось) были эти московские модницы. Ведь он и сам был из глубокой провинции. Детдомовец. Военная сирота. В Москву приехал учиться. А потом и работать здесь остался. Место предложили. Наташа почти сразу тоже поняла, что именно Виктор её человек. Они много разговаривали о войне, о жизни, о родителях. В беседах она и сама не замечала, как уважительно отзывалась об отце, с каким воодушевлением рассказывала Виктору о его боевых подвигах. Она, конечно, знала, что ее отец настоящий герой (заслужил медали и даже два ордена славы за боевые заслуги), но раньше как-то не придавала этому значения. Не особо им и гордилась. Всё переживала, что матери у нее нет. Как-то неожиданно для себя девушка вдруг поняла, что отец - это и есть самое главное и дорогое, что она имеет в жизни. Виктор же сокрушался по поводу того, что он своих родителей даже не помнит. Рассказывали, что оба они военными были, что героически погибли в январе 1945 года. Ему очень хотелось познакомиться с Петром Петровичем, пожать руку герою-фронтовику и лично попросить руки его дочери. Кроме того, сделав предложение Наташе, Виктор настоятельно просил ее поговорить с отцом о переезде к ним в Москву: «Сама говорила, что здоровье у отца не ахти, поэтому безоговорочно к нам и всё! Я ему тут болеть не позволю. Кто внуков-то нянчить будет?!»
***
Во дворе скрипнула калитка.
- Здравствуй, папа...
А помните, уважаемые читатели стихи?
Это было в мае, на рассвете.
Нарастал у стен рейхстага бой.
Девочку немецкую заметил
Наш солдат на пыльной мостовой.
У столба, дрожа, она стояла,
В голубых глазах застыл испуг.
И куски свистящего металла
Смерть и муки сеяли вокруг.
Тут он вспомнил, как прощаясь летом
Он свою дочурку целовал.
Может быть отец девчонки этой
Дочь его родную расстрелял.
Но тогда, в Берлине, под обстрелом
Полз боец, и телом заслоня,
Девочку в коротком платье белом
Осторожно вынес из огня.
И, погладив ласковой ладонью,
Он её на землю опустил.
Говорят, что утром маршал Конев
Сталину об этом доложил.
Скольким детям возвратили детство,
Подарили радость и весну
Рядовые Армии Советской
Люди, победившие войну!
И в Берлине, в праздничную дату,
Был воздвигнут, чтоб стоять века,
Памятник Советскому солдату
С девочкой спасенной на руках.
Он стоит, как символ нашей славы,
Как маяк, светящийся во мгле.
Это он, солдат моей державы,
Охраняет мир на всей земле.
