Жарким летом, утром рано
По-над тихою рекой
Встретил как-то Змей Поганый
Добра молодца Ивана
Дурака, само собой.
Да, Дурак — а что такого?
То фамилия всего.
Деда — мужика простого
Барин раз назвал тем словом
И пошел их род с него…
Дураки ходили строем
По той сказочной Руси.
С каждых четырех героев
Дураками были трое.
Кого хочешь расспроси!
Змей фамилию, понятно,
Тоже с гордостью носил.
Род был древним, род был знатным
Пращур — с геном доминантным
Трехголовый крокодил.
Но довольно предысторий,
Отступлений и тэ пэ.
Двое повстречались к ссоре
(Одному из них на горе)
На прибрежной той тропе.
Или случай свел их вместе,
Иль, глядишь, сама Судьба,
Только Ваня с малолетства
Слеплен был с такого теста,
Что врагам его труба!
А тут Змей, причем Поганый!
Три башки, в зубах — огонь…
В общем — злыдень окаянный!
Фыркнул грозно под Иваном
Боевой ретивый конь.
Ваня с богатырским ором
Кладенец из ножен вон.
Змей тот меч окинул взором,
И негромко, но с укором
Говорит Ивану он:
— Что ж такой ты, Ваня, резкий?
Ты коня попридержи.
Прежде чем махать железкой
Обоснуй свой выпад дерзкий,
Суть претензий изложи!
Наш Дурак от гнева бледный
Крикнул: «Ах ты, супостат!
А не ты ли сжег намедни
Подчистую полдеревни
Вместе с жителями, гад?
Всех коров пожрал в округе
Тоже может быть не ты?
Так что люди с голодухи
Мрут тепереча как мухи.
В общем, Змей, тебе кранты!».
Покачал Змей головою
(Той, что в центре — коренной):
— От тебя, Иван, не скрою,
Жрал, сжигал и все такое.
Только есть одно здесь «но»…
По закону я все делал.
Вот те подпись, вот печать.
Буквы черные на белом,
Ими писано, что смело
Могу жрать, могу сжигать!
— Берега не путай, слышишь!
Ваня гневно завопил
И добавил чуть потише:
— Ты же сам законы пишешь,
Сам себе все разрешил.
— Сам — не сам, вопрос десятый,
А закон — он есть закон.
В нем ведь все из жизни взято,
Все что по закону — свято!
Хоть суров порою он.
По закону все беру же!
Вот и ты, брат, не греши.
Раз такое дело, друже,
На холодное оружье
Разрешенье покажи.
Документы на лошадку
Тоже стоит предъявить.
Чтобы было все в порядке,
Шито-крыто, чисто-гладко.
По закону нужно жить!
А еще указ есть новый
(Погоди, дай дописать)
Так, печать… Вот, все готово!
Тут все просто, одним словом:
Здесь тебе нельзя гулять!
Вперил в Ваню взгляд змеиный
Нагло смотрит, свысока.
А Иван сутулит спину,
С кладенцом сама бессильно
Опустилася рука…
Даже конь его суровый
Верный друг, гроза полей
Смотрит в землю, в миг готовый
Подобру да поздорову
Дать уж деру поскорей.
У сюжета к этой строчке
Сам собой огонь затух.
Можно было б ставить точку,
Но из-за ближайшей кочки
Вышел… жареный петух.
Да! Вот так вот взял и вышел!
Ну и что что жарен он?
Мы ведь все же сказку пишем,
Вас же Змей вон не колышет
Сочиняющий закон?
Подлетел петух к Ивану,
Клюнул сзади… над седлом.
И исчез вдруг взгляд стеклянный,
Оловянный, деревянный,
Загорелся взор огнем.
Тут как раз перед развязкой
Мы рассказ свой оборвем.
Есть какая-то опаска…
Все же мы живем не в сказке,
А в реальности живем.
Сочини финал завидный,
Сам, читатель дорогой.
Нам же чуточку обидно,
Что не Ваня все ж, как видно,
Жареный петух — герой!