Есть такой иноагент Марат Гельман, модный в тучные годы галерист и арт-продюсер, который делал всевозможные выставки. Например, условно говоря, «Куча мусора» - и за такую инсталляцию получал миллионы евро. «Там» он релоцировался. «Оттуда» он сказал, что «большинство русских писателей, представителей эстрады и значительная часть российских художников сегодня живут в Европе». С его (Гельмана) точки зрения: «Москва потеряла статус столицы русского искусства». Мы духовно обнищали.
Сергей Михеев: Слышали мы эту ерунду. А сам Гельман - русский писатель?
Он галерист.
Сергей Михеев: Понятно, истинно русский писатель! Не понимаю, зачем говорить о том, что мы бережем свой язык, и насыщать его словами, которые большинство людей плохо понимают? Особенно когда это делают представители власти. Это противоречит установкам, которые современная власть сама провозглашает: «Давайте беречь традиции, русский язык». Мы даже записали поправку в Конституцию. Зачем эти слова? «Релоканты» - кто они такие? Это инопланетяне, рептилоиды? Спросите сейчас какого-нибудь человека, и он вам сходу не скажет. Зачем так обращаться с собственным языком и с собственным народом? С кем вы разговариваете, когда постоянно вставляете эти слова? Или между собой как представители власти общаетесь и друг друга понимаете? К кому вы обращаетесь? Зачем тогда говорить о необходимости сохранять русский язык? Никакой нужды заменять русские слова непонятными, нерусскими, нет. Это или в вашей среде так принято, или оторвались от русского языка, который государство обязуется защищать.
По поводу Гельмана и всех остальных так называемых русских галеристов-художников могу сказать, что те, кого он считает художниками, писателями и цветом нации - это пена людей, мнящих себя творческими личностями, в реальности ничего интересного не производящими. В контексте западных подходов к культуре, возможно, отформованная куча мусора и может являться инсталляцией и может быть выдана за произведение искусства. Но это там, а не здесь. А здесь «творческая тусовка» пыталась нам навязать новые подходы к восприятию искусства, что искусство – это не какой-то там Шишкин или Репин, а Гельман со своей отформованной кучей мусора в галерее. «Вот это искусство!» - говорили они нам.
Эти люди несут разрушение в себе и распространяют вокруг себя, потому что ничего достойного изобразить не могут. Поэтому те, кого они считают «элитой представителей искусства», в реальности из себя ничего не представляют. Даже с точки зрения западных тенденций я не слышал ни о каких знаменитых российских художниках или писателях, которые получили бы там признание. Хочется сказать Гельману: «Назовите мне их».
Солженицын.
Сергей Михеев: Какой Солженицын! Я уверен, что Гельман ненавидит Солженицына. Человека, написавшего книгу «200 лет вместе», Гельман не может любить. Он говорит о тех, кто вместе с ним выехал туда - «вся элита». Кто конкретно? Кто прогремел в Америке, в Европе из тех, кто сейчас уехал из России? Их и там никто не знает, и здесь никто, кроме Гельмана и посетителей его выставок, не знал. Поэтому это попытка: во-первых, привлечь к себе внимание; во-вторых, выдать, кажимость за действительность. Это всё ложь, деградация, разложение и попытка всё это выдавать за что-то высокое, а ничего высокого в этом нет. Кстати говоря, они против высокого.