Против релокантов, допускающих оскорбительные высказывания в адрес России, хотят заводить административные дела. Статьи КоАП надо распространить в том числе на тех, кто покинул страну, посчитали в Госсовете Татарстана и подготовили законопроект.
Как объяснили журналистам авторы поправок, комментаторы из-за границы «наносят вред обществу и государству» своими высказываниями, в том числе в соцсетях. Срок давности привлечения к административной ответственности депутаты предлагают поднять до двух лет, а дела рассматривать «по месту выявления».
Законопроект от Госсовета Татарстана еще должны одобрить на пленарном заседании 19 октября. Потом его направят в Госдуму.
Заводят дела и выписывают штрафы тем, кто уехал из России, уже давно. Однако новые поправки можно воспринимать как декларацию намерений или как своеобразную реакцию законотворцев на нелестные высказывания, считает юрист Владимир Гладышев:
Владимир Гладышев британский юрист, управляющий партнер адвокатского бюро «Гладышев и партнеры» «Здесь наиболее интересный момент — распространение административной юрисдикции за пределы РФ, так называемая универсальная юрисдикция. Административный кодекс — это фактически Уголовный кодекс, но за мелкие преступления, плюс нет такой вещи, как судимость, наказание не очень сильное. Поэтому с учетом расширения юрисдикции и не очень сильного наказания запросто пройдет. Решение суда будет априори заочным, возможно, здесь будет вариант так же, как в Уголовном кодексе, там возможно заочное рассмотрение уголовного дела без участия человека, который в настоящее время находится неизвестно где или за границей и отказывается приехать. Если человек приезжает, то происходит повторное заседание уже с участием этого человека, такая опция тоже будет предусмотрена по аналогии с уголовным законодательством. Что касается штрафов, возможно наложение взыскания на имущество, которое у условного релоканта находится в Москве. Это может быть квартира, автомобиль, потому что многие люди не порвали связи с Россией. С другой стороны, если штраф будет более-менее большой, то возможно взыскание через механизмы правовой помощи или через механизм признания и приведения в исполнение российских решений на территории зарубежного государства. В рамках нынешней политической ситуации, когда российские решения, как правило, особенно такого рода, не признаются за рубежом, это будет проблематично, но в перспективе это может удаться. Если есть административное, а не уголовное взыскание, это вряд ли закроет путь в Россию, потому что приехал, заплатил штраф или даже дистанционно, и у тебя нет ни судимости, никаких иных препятствий для нормальной деятельности в России. В данном случае речь идет о том, что Дума хочет проявить какую-то реакцию. Плюс немаловажный момент — это общественные стигмы, обозначаются люди, которые уже что-то сказали, к ним не применяется уголовное взыскание, но против них есть административное дело, и они уже обозначены, помечены, как люди неблагонадежные».
С теми, кто занял антироссийскую политику и встал на сторону киевского режима, нам не по пути, остальных Родина всегда ждет, заявил журналистам Дмитрий Песков. Так он прокомментировал вчерашние высказывания спикера Госдумы Вячеслава Володина. Тот пригрозил Магаданом некоторым релокантам, которые вернулись или хотят вернуться в Россию. Потом, правда, председатель Госдумы передумал. Новое заявление Володина прозвучало на закрытой части заседания:
«Если сейчас вот они начинают возвращаться обратно, но при этом делали заявления против страны и еще финансировали вооруженные силы Украины, то, конечно, мы должны с вами взять и подобрать то место, куда их лучше сразу отправлять. Но это не Магадан, потому что Магадан — территория развития. Это, скорее всего, как предложил Николай Михайлович Харитонов, должны быть рудники, и территорию надо посмотреть там, где у нас непогода более постоянная, чтобы там не было лета».
Так Володин отреагировал на выступление в Госдуме вице-спикера Петра Толстого. Тот вспомнил, что в Россию вернулся один «фигурант списка Forbes, который от нужды уехал из Лондона в Израиль, потому что в Лондоне не хватало денег на домработницу, а когда там началось, вернулся в Россию. Вот он 350 млн долларов отдал на ВСУ. И ничего».