Вратарь олимпийской сборной CCCР по футболу Владимир Пильгуй вспомнил трагедию, произошедшую на Олимпиаде-1972 в Мюнхене. Тогда, напомним, террористическая палестинская организация «Черный сентябрь» убила 11 членов израильской сборной – четырех тренеров, пятерых спортсменов и двоих судей.
– Все произошло неожиданно, – вспоминает Пильгуй. – Мы, советские спортсмены, сначала даже не очень поверили в случившееся. И убедились в трагедии только в тот момент, когда вышли на улицу. По периметру олимпийской деревни стояло оцепление, и ее нельзя было покинуть. На улице увидели большое количество бронетранспортеров и полицейских. К дому, в котором жили израильтяне, вообще не подойти, там было огромное оцепление и еще больше спецтехники.
Ощущения такие, словно мы попали в какой-то нереальный мир. Ведь в 1972 году не было такой массы терактов, как это случается сейчас. В какой-то момент подумалось, что мы оказались в кино. Жили израильтяне далеко от дома, где была расквартирована сборная СССР. Но мы хорошо видели, как 5 сентября над местом трагедии кружили вертолеты.
В тот же день мы играли со сборной Польши в Аугсбурге. И я не заметил, что у трибун было какое-то гнетущее настроение. Матч шел своим чередом, словно ничего не произошло.
Все осознали масштаб трагедии, когда по телевизору начали показывать кадры, на которых запечатлено перемещение террористов в аэропорт. Усилилось чувство трагедии, когда еще и там начали стрелять.
Если говорить о безопасности, то на территорию олимпийской деревни в Мюнхене действительно было легко попасть. Да, нам выдавали аккредитации, но их иногда забывали, но на территорию все равно пропускали. Поэтому правильно пишут, что не существовало строгого контроля.
Мы в команде, конечно, обсуждали эту ситуацию, но до конца не верилось в этот хаос. Настолько это непривычно…
6 сентября на Олимпийском стадионе прошла поминальная церемония. Делегации СССР там не было. Мы и не знали, что дали такое распоряжение (Позже известный журналист Юрий Рост писал, что на церемонии присутствовали спортсмены всех стран, кроме атлетов из Союза. По его словам, такое решение приняли в Москве – Прим. «СЭ»).
И позже я не заметил, что к нам из-за этого стали холодно относиться. Спортсмены из других сборных были все также добры к нам. Мы с ними встречались в столовых и ресторанах олимпийской деревни, и я не почувствовал какого-то негатива или косых взглядов.
7 сентября все начали осознавать масштаб этого ужаса. Поняли, что погибли и спортсмены, и другие люди. Праздничную атмосферу этим Играм было уже не вернуть. Все омрачил теракт.
Потом Олимпиада возобновилась. Но было заметно, как это происшествие давит на всех участников. Хотя никто не отменял задачи по завоеванию медалей и победы над сборной США (в итоге советская сборная завоевала 50 золотых медалей, тогда как американской команде достались только 33 награды высшей пробы. – Прим «СЭ»). Даже больше скажу, стояла задача выиграть золото во всех дисциплинах, где участвовали наши спортсмены.
Мои слова подтверждает и победа наших баскетболистов над США в олимпийском финале. Увы, но пока это единственный такой случай в истории. И уже тогда это расценивалось, как подвиг. И таких подвигов ждали от всех остальных.
Могла ли футбольная сборная выиграть золото? Конечно, могла! Но игра с Польшей в тот злосчастный день все изменила. Советская и польская сборная были равными соперниками, но нам не повезло, когда получили незаслуженный пенальти в свои ворота. До сих пор убежден, если бы выиграли ту встречу, то победили бы и в финале…