Любовь к живописи началась для Александра Осмеркина (1892 – 1953) с репродукции в журнале «Нива». Это была «Муза» Врубеля. С этого момента мальчик «заболел» искусством. Вместе с живописью на всю жизнь его спутницей стала поэзия. Друзья и близкие Осмеркина вспоминали, что он прекрасно знал стихи Боратынского, Тютчева, Фета и особенно своего любимого Пушкина. И среди его знакомых были Есенин, Мандельштам, Ахматова, портрет которой он написал уже в 40-х годах.
Осмеркин участвовал в выставках скандально известного в 1910-х годах объединения «Бубновый валет», но, в отличие от молодых Кончаловского, Машкова, Лентулова, не стремился никого эпатировать, оставаясь «тихим модернистом».
Впрочем, это не спасло его от поздней послевоенной «проработки». В 1947 году Осмеркина обвинили в формализме и пропаганде западных веяний, вынудив отказаться от преподавания. Это стало для художника серьезным ударом. Но, несмотря на горечь, его живопись в последние годы отличалась ярким многоцветием палитры и свободой колористических решений.
Когда мастер умер, Александр Дейнека написал замечательные слова: «Рассеянный мягкий лирик, любитель поэзии, человек абсолютного живописного слуха, артист без всякого „делячества“, беззаветно влюблённый в искусство, для которого оно было чем-то намного большим, чем любые практические мысли или вопросы тщеславия. Он прошёл через нас Дон Кихотом в искусстве».
И остался для многих символом честного служения искусству.
