Найти в Дзене
Полит74

Какие песни любил засекреченный ученый по прозвищу «Уральский дракон»

Основатель и руководитель знаменитого ракетного центра в Миассе Виктор Петрович Макеев был поклонником Леонида Утесова и сам нередко исполнял со сцены песни из его репертуара. Об этом на программе «Так культурно!» медиахолдинга «Гранада Пресс» рассказал его коллега - почетный гражданин Миасса, первый секретарь Миасского горкома КПСС, ветеран ГРЦ им. В.П. Макеева Александр Борисов. - Когда заканчивались праздничные мероприятия, он подходил к микрофону и нередко пел. А мы становились полукругом и подпевали. «Шаланды полные кефали», «Я не поэт, я не брюнет», - утесовские песни, - рассказал Александр Борисов. Виктора Макеева на заре его карьеры называли «маленьким Королевым», поскольку он был учеником знаменитого ученого. В разгар холодной войны американцы дали Макееву другое прозвище: «Уральский дракон». Ракеты, которые были спроектированы засекреченным конструктором, по всем параметрам стабильно превосходили любые аналоги. О том, какой вклад Виктор Макеев внес в развитие науки и военной

Основатель и руководитель знаменитого ракетного центра в Миассе Виктор Петрович Макеев был поклонником Леонида Утесова и сам нередко исполнял со сцены песни из его репертуара.

Об этом на программе «Так культурно!» медиахолдинга «Гранада Пресс» рассказал его коллега - почетный гражданин Миасса, первый секретарь Миасского горкома КПСС, ветеран ГРЦ им. В.П. Макеева Александр Борисов.

Виктор Макеев с коллегами, фото из архивов ГРЦ имени Макеева
Виктор Макеев с коллегами, фото из архивов ГРЦ имени Макеева

- Когда заканчивались праздничные мероприятия, он подходил к микрофону и нередко пел. А мы становились полукругом и подпевали. «Шаланды полные кефали», «Я не поэт, я не брюнет», - утесовские песни, - рассказал Александр Борисов.

Виктора Макеева на заре его карьеры называли «маленьким Королевым», поскольку он был учеником знаменитого ученого. В разгар холодной войны американцы дали Макееву другое прозвище: «Уральский дракон». Ракеты, которые были спроектированы засекреченным конструктором, по всем параметрам стабильно превосходили любые аналоги.

О том, какой вклад Виктор Макеев внес в развитие науки и военной промышленности, говорилось немало. Однако очень важным аспектом стал его вклад в культурное и социальное развитие Миасса.

Как напомнил историк Николай Антипин, Миасс во время Великой Отечественной войны бурно рос. В город была эвакуирована одна из частей завода ЗИС, которая впоследствии дала жизнь «УралАЗу».

Историк Николай Антипин, фото Дмитрия Куткина
Историк Николай Антипин, фото Дмитрия Куткина

- Завод был запущен к концу войны. В городе появились новые специалисты, инженерные кадры, появился новый район. Нельзя думать, что это было захолустье – город расположен на Транссибе, рядом с Златоустом, где находятся крупные металлургические предприятия. Миасс находился в прекрасном курортном месте, но имел развитую промышленность. За годы войны не было возможности развивать его социальную сферу, но после войны началось преодоление этого отставания. Макеев тут оказался ко времени, - отметил историк.

Александр Борисов вспоминает о том, что когда в 1960 году начал работать на предприятии, до него было сложно добраться.

- Троллейбуса не было, регулярного автобуса не было. Овсяные, картофельные поля и больше ничего. До ближайшего жилья 10 километров. На обычной машине не доедешь, автобусы останавливались на расстоянии в полтора километра от первого административного здания. Преодолевать их приходилось пешком и в сапогах. В поселке Тургояк ничего, кроме школы, не было, - рассказывает Борисов.

Александр Борисов, бывший сотрудник ГРЦ, коллега Виктора Макеева. Фото Дмитрия Куткина
Александр Борисов, бывший сотрудник ГРЦ, коллега Виктора Макеева. Фото Дмитрия Куткина

Однако новую культурную прослойку в Миассе создали люди, которые приехали после выпуска из вузов. Среди них ленинградский военмех, московское училище имени Баумана, Киевский, Томский, Днепропетровский университеты, Казанский авиационный институт.

– Люди ехали, как в песне, за романтикой. И обрели ее: сногсшибательная природа, руководитель – молодой, энергичный, амбициозный, носитель культуры, - вспоминает бывший работник ракетного центра.

Сначала в городе было построено четырехэтажное кирпичное здание заводоуправления, где был кабинет и подразделения конструкторского бюро. Там же был актовый зал на 400 мест. Там отмечали Новый год, проводили концерты. Первым социальным объектом стала школа и ее актовый зал. Там проводились киносеансы и устраивались вечера.

Затем появился знаменитый ДК «Прометей». Кстати, название для него выбирали всем городом, а в открытом конкурсе победила жена Виктора Петровича – Галина Вадимовна.

Дворец культуры "Прометей" в Миассе.
Дворец культуры "Прометей" в Миассе.

- Дворец культуры «Прометей» – в чистом виде заслуга Виктора Петровича. В сложное время в стране было запрещено строить объекты культурного и спортивного назначения. Но пользуясь моментом, при встрече с Хрущевым он этого разрешения добился. Великие люди своеобразны во всем. Ведь он мог не брать на себя ответственность. На название дворца объявил конкурс, и победила жена Макеева – Галина Вадимовна. Именно она придумала самое лучшее название. А затем в Миассе построили лучшую гостиницу в Челябинской области. Как ее назвать? Опять объявили конкурс, выбрали «Нептун», а конкурс выиграл начальник отдела прочности Валерий Лизин, - говорит Борисов.

Миасский Дворец культуры стал достопримечательностью не только Миасса, но и культурным центром всей Челябинской области.

- Творческие люди, это техническая и научная интеллигенция. У всех ученых были знакомые артисты, музыканты, художники. Они без этого общения не могли. Дворец культуры «Прометей» сразу стал легендой. Все стремились туда попасть. В 70-м году мы ездили туда с театром «Манекен», там бывали артисты филармонии. Все артисты кино, которые приезжали в Челябинскую область, были в «Прометее», все мощные коллективы, кинопремьеры — все было в «Прометее», потому что это потрясающий и очень удобный дворец!

Вокруг «Прометея» собралось культурное сообщество. При нем работал колоссальный клуб самодеятельной песни, потрясающий фотоклуб и киноклуб, которым руководил Леонид Оболенский. Он рассказывал нам, как работал с Эйзенштейном. Нам всегда хотелось попасть в «Прометей» и показать там премьеру. Это было ответственно, потому что мы общались с умной и интеллигентной аудиторией. Мы чувствовали ее заряд и очень им дорожили», — рассказал Александр Мордасов, профессор, заведующий кафедрой в Челябинском институте культуры, известный театральный режиссер.