Веревки часов тихо тикали на стене медицинского кабинета, когда в дверь постучался новый пациент. Мои глаза быстро оценили его: мужчина около пятидесяти, скрывающий неудобство под маской спокойствия.
- Вы по записи? - мой вопрос был обусловлен тем, что в это время у меня уже был запланирован приём другого пациента.
- Я по острой боли... - его голос был таким же твёрдым, как и взгляд.
Мой интерес возрос, когда он упомянул геморрой. Мой внутренний монолог гласил: "Понятно, сейчас всё выясним". С некоторым напряжением в атмосфере, пациент, не без известного недовольства, устроился на кушетке, выполняя все инструкции. Осмотр, однако, ничего не выявил – нет никакого геморроя, всё было в порядке.
После сообщения о благоприятных результатах осмотра, мужчина немедленно переключился на другие симптомы – давление, температура... Беспокойство, облачившее его лицо, стало ещё более остро выраженным, когда я сказал ему обратиться к терапевту.
- Ты какой врач? Сложно больничный открыть? - его вопрос был настойчивым, а глаза искали понимание. - У меня проблемы на работе...
Тем не менее, я ему ответил отказом. Реакция не заставила себя ждать: он начал угрожать жалобой в департамент. Не желая допустить эскалации, я предложил обратиться к заведующему, который, после того как выслушал нас обоих, в итоге поддержал меня, тем, что поводов к открытию больничного нет.
Пациент ушёл, не скрыв своего раздражения и угроз написать жалобу, оставляя меня с мыслями о сложностях медицинской этики и о том, как непросто порой найти баланс между профессиональной ответственностью и человеческим сочувствием. Мои руки по-прежнему чувствовали холод стальных инструментов, когда я готовился к следующему приёму, умственно вертя происшедшее в голове.
Есть что рассказать? напиши в комментариях). Поддержи лайками.
Использование данного материала разрешено с указанием автора / источника.