- Вот сволочь, гад! Удрал! С бабками удрал твоими, Лара! Сколько, сколько у тебя там осталось? Пойдём, пойдём пересчитаем! Надо полицию вызвать! Нас ограбили! Тебя, тебя ограбили, Лара!
Лариса смотрела на сестру. Начала судорожно считать деньги. Сбилась. Начала снова. Опять сбилась.
- Да, пойдём, пойдём поднимемся, пересчитаем. День такой сегодня, не мой… не мой день. Блин! Блин! Мне послезавтра залог отдавать!
Лариса. Эпизод первый.
Лариса смотрела на сестру, стоявшую у новенькой электрической плиты дорогого иностранного бренда. Татьяна ловко орудовала длинной вилкой с двумя зубцами, помешивая спагетти в новенькой же кастрюле. Июльское солнце отражалось от стального бока, разбрасывая острые лучики, немного режущие глаза.
- Сейчас, Лара, сейчас будут волшебные спагетти… просто супер! Такой интернет-магазин чудесный, теперь только там с Геной берём всё. Ну, то есть масло оливковое, колбаску хорошую… дорого, конечно, зато Италия на все сто. Вот, есть, альданте или как там… готовность-то…
Таня выключила конфорку на стеклокерамической поверхности, уверенно взяла белоснежными прихватками ручки кастрюли, понесла к раковине. Всё у неё получалось ловко, сноровисто. Лариса смотрела на сестру и думала, что она вот всегда немного завидовала ей, Тане. И в школе, и потом, в студенческой юности. Даже с мужчиной, с Геной, ей повезло. Ухватила, как думала неприязненно Лариса, нормального мужика.
Гена был такой, работящий и непьющий, как говорила их бабушка. Немного туповатый, ну, это простительно для мужика, который деньги все в дом приносит. А Гена приносил все, до копеечки. Позволял себе по пятницам отдых – семьсот грамм «Талки» под огромную яичницу, которую ему готовила Татьяна из десятка яиц с ветчиной, щедро сдабривая укропом и петрушкой. Нагрузившись водкой, Гена ложился на огромный диван цвета фуксии, чтобы, как он говорил, «отнефликситься». Так он называл просмотр сериалов. Там же, на обивке из флока нежного цвета, он и погружался в заслуженный сон. Сестру такой расклад пятничного вечера вполне устраивал. А что, и диван, и плазма, и здоровенный шкаф-купе были приобретены на Генины деньги, потом заработанные трудной работой ипэшника, владельца трёх фургонов, на одном из которых он оказывал услуги населению и фирмам по перевозке грузов, а два других сдавал в аренду молдаванам, имея, как он сам говорил, «сущее копьё». Но арендаторам не отказывал.
Таня начала раскладывать спагетти по огромным белоснежным тарелкам. Перехватила взгляд сестры, улыбнулась, - Италия, тарелки-то… до пандемии успели взять, возили люди много посуды красивой. Гена им развозку делал по гиперам и магазинам… вот по оптовой цене и закупился… они так к интерьеру подходят, скажи, Лар?
- Ага, красивые…
- Да, ещё и чайные пары! И для кофе такие миленькие чашечки, да! Вот, возьми, посыпь пармезан сверху.
Всё у Татьяны было хорошо. И дачу Гена каждый год обновляет, что-то строит, переделывает. Дача… это была мечта Ларисы. Ей скоро уже сорок пять, и она хотела утром чувствовать запах свежескошенной травы. Так она думала. Правда, её коллега по кабинету на работе однажды спросила, а зачем косить траву утром и вообще, кто будет косить? И чем? И верно, кто и чем - Лариса об этом как-то не думала.
Были в жизни Ларисы мужчины. Как без них, без мужчин-то. Лариса, наматывая спагетти на вилку, вспомнила первого мужа, Дениса.
Как-то быстро тогда вышло всё. Стремительно. Познакомилась с Денисом в автобусе. Возвращалась с занятий, ехала привычным маршрутом. Какой-то ухарь подрезал автобус, водитель резко вильнул вправо, уходя от удара. Пассажиры горохом посыпались тоже вправо. Как костяшки домино, как сразу же промелькнуло у неё в голове.
Она, увлёкшись дедективом Донцовой, тоже полетела вбок и, пытаясь удержаться, выпустив книжку, схватилась за чьё-то плечо. Потом, вспоминая ощущения, думала, что плечо было мягкое и одновременно упругое. Нормальное такое мужское плечо со скрытой силой. Но это было потом. Ещё при полёте по салону Лариса подвернула лодыжку и услышала, точнее, почувствовала, как трещит и отходит от подошвы каблук на новых туялях. Не сказать, что туфли были очень дорогими, но она почувствовала обиду. Туфли были кремового цвета и так шли к её лёгкому осеннему плащу бежевого цвета. В общем, это была катастрофа.
В реальность её вернул приятный запах мужского одеколона и участливый голос, спрашивающий, всё ли с ней в порядке. Она увидела обладателя упругих плеч. Ничего такой. Славянин, с мужественным контуром скул, с таким волнительным прищуром серых глаз и лёгкой небритостью. Именно лёгкой, не запущенной, а нарочитой небритостью. В голове Ларисы женская вычислительная машина сразу считала образ. Понравился.
Дальше завертелось, как говорила их мама. Проводил до дома, поддерживая под руку. Идти со сломанным каблуком было не удобно, он и поддерживал. Порывался на руках нести, но Лариса пресекла такие попытки. Рановато.
Секс у них случился тоже быстро. Правило «пяти свиданий» она решила не соблюдать. Подумала, как пойдёт, так и будет. И было. После ужина в итальянском ресторанчике на Белинского он пригласил её к себе, на Гашека. Холостяцкое жильё оказалось вполне себе ничего, Лариса увидела, что Денис не грязнуля, следит за порядком.
Ещё она убедилась, что секс с ним тоже ничего. Иногда даже такой, она потом подбирала определения, бодрый. Например, на кухне, когда она готовила ужин, а Денис так настойчив был, что не могла она отказать. Внимательный он был, чуткий. Ларисе это понравилось.
Ну а потом всё пошло не совсем так, как она себе представляла. То есть совсем не так. Поначалу встречались «по графику», как выражался сам Денис. Три раза в неделю. Или два, это зависело от работы Дениса. Потом она переехала к нему. Стали жить – поживать. Потом свадьба эта, Лариса досадливо наморщилась. Зачем это всё нужно было, непонятно. Гости, утомительный ужин, кто-то напился, потом драка на улице между гостями со стороны Дениса и мужьями двух подруг Ларисы. Фу, как глупо получилось.
Съездили в свадебное путешествие. Круиз по Балтийскому морю. Дорого –
-богато, как говорится. В Стокгольме Денис купил ей красивое кольцо в дорогущем магазине «Тиффани». Кольцо при ней, а муженька давно нет. А потом начались будни и как-то быстро она поняла, что не её это человек, как говорят сейчас психологи и разные там наставники.
Разговаривать с Денисом было абсолютно не о чем. Иногда Лариса с удивлением думала, а о чём она говорила с ним в «конфетно –букетный период» и потом? О чём? Думала, перебирала в памяти… так, ни о чём. Говорили о том, что по телевизору сказали, проще говоря. И так ей тоскливо стало. Достаточно скоро стало.
- Ты во, сестрёнка, не передумала ещё? С дачей-то? – голос Татьяны вывел Ларису из потока воспоминаний.
- Нет, не передумала… Чего мне в городе торчать? Зиму проживу, а весной раз, как пятница, так я к себе на дачу, на свежий воздух, на природу… собаку вот заведу, чтобы не страшно было там. Не передумала. Надо брать!
- Ну, смотри, это дело такое, дача-то… мужских рук требует постоянно.
- А я такая, на живца буду брать, - Лариса рассмеялась, - как дача появится, так и мужик сразу образуется. Я сон видела, вот!
- А машина, машина? У тебя же нет машины? Как без колёс-то?
- Ничего. Я скоро и машину куплю. Права есть, семь лет как сдала, пора и тачку брать. Всё будет, дай только время. Начну с дачи.
Татьяна скептически посмотрела на сестру. Вздохнула.
- Я же за тебя переживаю, Лар. Ну, как же так, купишь дачу – и не машины, не мужика. А те же инструменты? Ну, топор, грабли, лопаты, всякие там тачки, вилы, блин! Как это всё возить-то будешь?
- А что, ты с Геной не поможешь на первых порах? А? - Лариса хитро посмотрела на сестру.
- Ну, ты даёшь! Я как и предчувствовала, вот ведь, так и думала! Ты и нас втягиваешь в эту авантюру! Ну пойми, городские ведь мы с тобой! Гена как услышал про твою идею, так и понял всё! Он на нашей-то фазенде не всё успевает сделать, – Татьяна резко поставила тарелку в мойку, - расскажи про варианты хоть? Где и что, в каком виде? Тебе ведь рухлядь подсунут, дурочке!
Лариса вздохнула.
- Не подсунут. Я много чего смотрела, читала каналы в «Дзене», как выбирать, на что обратить внимание при покупке дома. Участок там… в сыром месте или нет. Как далеко до городских автобусов, до электричек. Ты меня за лохушку-то не принимай.
- И что, всё-всё проверила, да? Нашла вариант? По телефону мне сказала, что так тебе понравилось, так понравилось… давай, сестрёнка, колись… И, кстати, «Дзен» такая прикольная платформа у «Яндекса», мы там подписаны на всякие каналы. Гена на рыбалку, футбол. Я больше по дому, ну, там стиль ещё… а недавно увидели новый канал… как его…а, вот! «Слова и сумерки», там прикольные рассказы. Прям зачитываемся. Прикинь, недавно книжку этого автора, который «Слова и сумерки», увидела в «Буквоеде». Небольшая, рассказы. Купила сразу. Тебе дам почитать, ты любишь такие темы. Да, так что с вариантом-то у тебя?
- Да, понравилось, Тань. Это недалеко от Рахъи, или от Рахъя, надо узнать, как склоняется… короче, за Всеволожском…
- Ну так, ничего локация.
- Чего?
- Ну, локация, слово такое, ты что, не слышала? Это как расположение, место… Ладно, как там?
- Нормально. Нет, отлично, вот! Я там два раза была. Первый раз с хозяйкой ездила, такая милая женщина, а второй раз сама поехала, одна. Ну, типа, осмотреться на месте, походить по окрестностям, то – сё… И мне понравилось. Решила – беру!
Лариса торжествующе посмотрела на Таню.
Та, закончив протирать столешницу, наклонив голову, смотрела на сестру. Вздохнула.
- Как была ты отчаянной и упёртой, так и осталась, Лара… Продавец-то хоть нормальный? Напорешься на жулика и всё… такие деньжищи потеряешь! Знаешь, как кидают при покупке недвижимости!
- Тётка продаёт… женщина… ну, примерно нашего возраста. Ничего такая, приличная.
Говорит, что с мужем решили квартиру купить большую. Продали бабушкину квартиру, она три года назад умерла, вот теперь дачу продают… и будут квартиру брать в новом ЖК в Сестрорецке. Она мне показывала дом и участок. Муж работал в это время, не видела его. Живёт она, кстати, где-то в районе в твоём, на Просвещения вроде…
- Понятно. И ты, в общем, решила брать… Ну, дело твоё, нравится, бери. Вот, как ты и просила, здесь триста тысяч…, - Таня подвинула к сестре по столешнице стопку пятитысячных банкнот, перетянутых резинкой.
- Спасибо, Танюш, за год верну всё… ты меня очень выручила, - Лариса опустила пачку банкнот в чёрный полиэтиленовый пакет, стоящий около ножки стула, у стены.
На холодильнике запиликал смартфон.
- Так, Володька звонит, - сестра смотрела на экран, - да, Вовка, ты где? Чего? Как это не купил? Я тебе же денег дала, а ты что? Чего? Нет, ты что, сына, вообще обнаглел что ли… мы о чём договаривались-то, а?
Лариса посмотрела на ходики, висящие на стене. Они выглядели немного инородно на современной кухне. Такие, как из детства, в немного битом корпусе, с отколотыми уголками деревянных брусочков, с окислившейся от времени цепочки с гирьками…она вспомнила, как Таня рассказывала ей, что это ходики из дома бабушки Гены в Кемеровской области, типа, всё, что у него осталось из детства. Гена, как поняла Лариса, был немного сентиментальным.
Надо было идти. Через день она должна внести задаток этой, как её… Маргарите. Вроде отчество такое редкое. А, вот, Маргарита Витольдовна,точно.
Лариса вздохнула, встала из-за стола, отряхнула с рубашки мелкие крошки.
- Всё, поеду я…
- Давай, сестрёнка. Держи нас в курсе дел.
Заиграла мелодия на смартфоне. На экране высветилось «Вика. Работа».
- Ну что там ещё, выходной ведь, - Лариса прижала смартфон к уху, надевая кроссовки.
Так и есть, сменщица опять с ребёнком к врачу должна ехать. Надо выйти за неё смену, потом поменяться. Всё, как всегда.
Спускаясь вниз в лифте, Лариса думала про Вику. Что-то часто ребёнок начал болеть. Как-то даже странно. После таких «отпрашиваний» Вика приходила утром на работу немного, скажем так, помятая. Так говорили Ларисе коллеги по производству. Помятая и счастливая. Точно мужика нашла, такое предположение высказала Анжела с холодного цеха. Просто, исходя из женского суеверия, не хочет делиться. Так сказать, не хочет сглазить привалившего счастья. Ладно, это её дело. Ну, почти её, Викино. Всё-таки в коллективе работает, не стоит так всех нервировать. Хотя почему нервировать? Что, завидуют все? Ну, конечно, типичная бабская зависть, есть такое… Лариса смотрела на себя в зеркало лифта. Немного уставшее лицо блондинки старше сорока. Хотя недавно ей мясник на работе сказал, что не даст больше тридцати пяти… и посмотрел так выразительно. Да, мясник какой-то внимательный стал последний месяц, вежливый. Так, глядишь, и цветы однажды подарит. А нужно ей это? Лицо у него какое-то простецкое, мешочки под глазами. Видно, что побухивал, ну, выпивал. Может, сейчас, конечно, и не пьёт. Но видно, видно же. Как говорила одна Ларисина знакомая, все мужчины пороки проявляются после сорока лет. Бурная пьяная молодость, этот, как его… кобелизм. В общем, про Серёжу-мясника надо будет ещё подумать. Лариса вышла из лифта.
Может, хватит с неё Дениса… хотя Эдик, мясник, не похож на Дениса… погрубее будет, помужественнее, что ли. Или лучше присмотреться к каким-нибудь военным, отставникам.. Только не к милиционерам бывшим. Те, говорят, часто психами оказываются. Ладно, поживём-увидим, думала Лариса, идя по двору к проходу между многоэтажками. Надо бы такси вызвать, не очень удобно с пакетом, где несколько миллионов, ездить на автобусах и трамваях.
Пакет…Пакет! Она оставила его у сестры. Вот ведь, растеряха.
Подняться обратно? Плохая примета, говорят, быстро возвращаться. И пятый этаж, в принципе, не так высоко.
Достала из сумки смартфон, набрала сестру.
- Тань… я у тебя пакет оставила. Ну, тот самый. Подниматься не буду. Сбрось с лоджии. Что? Ну , да, давай, положи в качестве груза этого…»Слова и сумерки», ага. Жду. Я здесь, под твоими окнами.
Стояла под окнами большого панельного дома. Деревья, клёны и берёзы, верхушками доставали до четвёртого этажа. Видимо, лет сорок назад сажали жильцы. Дом, как помнила Лариса из рассказа Тани, постройки восьмидесятых годов, самый расцвет застоя. И счастливое беззаботное детство сестёр.
Показалась голова сестры из раскрытого окна лоджии.
- Держи!
Вниз полетел пакет. В его падении Лариса почувствовала какую-то неправильность. Что-то, как принято было говорить в комментариях в соцсетях, пошло не так.
И точно. Пакет приземлился на переплетённые ветки берёзы и, несколько секунд словно раздумывая, опрокинулся набок и, к ужасу Ларисы, полетел вниз, на газон, широко раскрытым, щедро рассыпая в полёте разноцветные банкноты.
- Держи, держи деньги, Лара! – истошно закричала сестра сверху, - я сейчас! Сейчас! Собирай!
Лариса бросилась сквозь кусты на газон под домом. Оглянулась по сторонам. Сейчас, посреди рабочего дня, двор был малолюден. На детской площадке вдали две мамаши с колясками, совсем далеко выезжает синий фургон с надписью «ОЗОН» со двора. Так, действовать надо быстро.
Она стала метаться по газону, собирая деньги. Пятитысячные, купюры по две тысячи, тысячные. Так, вот здесь, и здесь.
- Женщина, давайте помогу. Что вы так нервничаете. Сейчас всё будет нормально. Вот ведь, в первый раз деньги собираю на траве, хах!
Лариса посмотрела. Голос принадлежал крепышу лет сорока в синей рубашке – поло и в льяных брюках. «Вроде приличный. Помочь хочет, молодец какой», - подумала она.
- Да, буду очень, очень признательна! Пожалуйста, такая вот история, вот, не рассчитали немного…
- Ха, что не рассчитали-то? Банк ограбили? Ничего, бывает.
«Весёлый, это хорошо. Так, вот, вот и вот, надо быстро. Хорошо, что ветра нет», - Лариса быстро ходила по газону, собирая банкноты.
- Вот, вот и я, сестрёнка! – Таня подошла сбоку, - на, держи, - протянула собранные деньги.
- Да, девушки, солидно у вас тут. Наследство получили? – мужчина говорил весело и уверенно.
- Да не… выиграли в «Русское лото»… вот, решили на благотворительность отдать. А тут такое, - Таня, как поняла Лариса, старалась также говорить весело и уверенно.
- В лотереи играете, это хорошо. Это вы рисковые девушки, значит. А, вон там еще несколько, - мужчина пошёл от них к углу дома.
- Это кто, Лара?
- Не знаю, прохожий. Просто помогает, - Лариса не смотрела на сестру.
- На, вот книжка, почитаешь, - сестра подобрала небольшую книгу.
- Да потом, потом… иначе у меня сейчас сумерки в душе настанут, - Лариса пыталась посчитать собранные купюры, не получалось.
- Стой! Стой, гад! Стой, козлина! – Таня истошно закричала и бросилась от Ларисы.
Мужчина в синей безрукавке и льяных штанах быстро бежал от них в сторону детского садика. Мгновение - и он нырнул в проход между забором и стеной панельной многоэтажки.
Таня добежала до угла металлического забора детсада. Остановилась. Лариса бросилась к ней, сжимая под мышкой злополучный пакет с банкнотами.
- Вот сволочь, гад! Удрал! С бабками удрал твоими, Лара! Сколько, сколько у тебя там осталось? Пойдём, пойдём пересчитаем! Надо полицию вызвать! Нас ограбили! Тебя, тебя ограбили, Лара!
Лариса смотрела на сестру. Начала судорожно считать деньги. Сбилась. Начала снова. Опять сбилась.
- Да, пойдём, пойдём поднимемся, пересчитаем. День такой сегодня, не мой… не мой день. Блин! Блин! Мне послезавтра залог отдавать!