В произвольной части своей валдайской речи Путин сделал так много громких заявлений, что основная мысль его короткой программы, которую он вначале откатал на спринтерской скорости и которая была оценена зрителями как «белый шум», создающий фон для его высказываний по актуальной повестке, осталась почти не замеченной.
А зря.
30 лет назад, цивилизационный подход означал борьбу на два фронта: как против костных славянофилов, видевших в истории послепетровской России лишь отклонение от цивилизационного идеала, так и против «плоских» западников, пытавшихся механически применить в России все известные им алгоритмы европейской демократии без поправок на цивилизационный коэффициент.
Идея в самом общем виде состояла в том, что Россия действительно является развивающейся (это важно) обособленной культурной общностью, хотя и родственной, но не тождественной западной цивилизации, которая именно по причине своей обособленности должна развить из собственных основ модель конституционного, демократического государства, тоже родственную, но не тождественную западной модели.
Сделать она это была должна, по тогдашнему нашему мнению, принимая во внимание объективные, свойственные ей как цивилизации особенности и ограничения.
Однако из того, что Россия является государством-цивилизацией, вовсе не следует, что она должна быть цивилизацией-уродом.
Из всех сказанных Путиным совершенно правильных, высокопарных слов о самодостаточности и самоценности русской цивилизации, о культурной многополярности, об органической природе культурного единства России и многих других, никак не следует, что русская цивилизация должна быть цивилизацией криминалитета, рейдерства, повальной коррупции, дешевого мессианства, что она должна подавлять инакомыслие, вести агрессивные войны и восстанавливать град Китеж русского империализма с помощью террора.
Все эти новые песни о старом напоминают английскую притчу о монахе-переписчике книг, основанную на игре слов celebrate (праздновать) и celibate (обет безбрачия). Молодой монах обратил внимание старого священника на то, что братия все время переписывает священные книги с ранее написанных копий, в результате чего случайная ошибка может непроизвольно тиражироваться в неограниченном количестве текстов. Замечание показалось святому отцу разумным, и он полез в подвал сверяться с оригиналом. Нашли его там только через несколько суток. Он бился головой об пол, держа в руках выцветший пергамент из кожи, и причитал – celebrate, celebrate, не celibate!
Вот так и в свидетельстве о рождении русской цивилизации было написано «христианская», не «крестьянская»!
Не в том дело, что Путин продвигает идею русской цивилизации (это можно было бы лишь приветствовать), а в том, что он продвигает идею русской крестьянской цивилизации, грубой, полуязыческой, основанной на философии голого насилия, обращенной не в будущее, а в самое смутное, отдаленное прошлое русского мира.