все части
Эпилог
В сознание он приходил с большим трудом, голова раскалывалась, долго не получалось сфокусировать взгляд. Но наконец Лёнька смог увидеть, что находится опять в том же подвале, в котором когда-то был уничтожен страшный маньяк, ему снова было четырнадцать лет, он лежал на полу и не мог пошевелить руками, связанными за спиной. Парень понял, что снова вернулся в своё прошлое из показанного ему кем-то ужасного будущего. И этого кошмара, который должен случиться через семь лет, нужно было избежать любым способом. Шанс для этого был ему предоставлен. Он видел всё вокруг четко и ясно, никакого тумана в подвале не было.
Он повернул голову вбок, рядом на спине лежал Пашка. Лёнька повернул шею в другую сторону — рядом лежал Славка, а чуть дальше на кровати сидели связанные между собой спина к спине Наташа и Тоня. Каким образом Тоня через года оказалась его девушкой, Лёнька не помнил, он вообще не помнил ничего из тех семи лет, что прошли между прошлым и будущим в его странном сне.
Над девушками стоял Николай, в одной руке у него был нож, в другой хирургический скальпель.
- Брось нож на пол, - раздался с лестницы голос дяди Васи.
Парень быстро перекатился набок и увидел милиционера, сидящего на верхней ступеньке лестницы с табельным пистолетом в руке.
- Дядя Вася, не стреляйте! Нельзя! - выкрикнул Лёнька и повернулся к маньяку.
- Николай, боритесь, - сказал он, глядя прямо в глаза человека, стоящего со скальпелем в руке, не зная, кому сейчас больше принадлежит это тело: Николаю, Гансу или демону. - Я знаю, это очень тяжело, проклятие сильно окопалось в вашем теле. Но я знаю, что вы меня слышите. Ганс, помоги своему сыну, я знаю, ты не хотел для своих потомков такой участи. Через семь лет проклятье убьёт нас всех. Демон останется один в маленьком ребёнке, и его уже никто и ничто не сможет остановить. Пока есть такой шанс, нужно прекратить весь этот кошмар.
Николай стоял и не двигался. По лицу мужчины пробегали судороги, он пытался что-то сказать, но выходило только мычание. В мужчине явно шла борьба. Скальпель и нож выпали из ослабевших пальцев хирурга, руки взметнулись к лицу, ногти вонзились в щёки.
Боковым зрением Лёнька заметил, как дядя Вася медленно спускается с лестницы, держа в одной руке наготове пистолет, а другой расстёгивая на себе брючный ремень.
Внезапно Николай перестал дёргаться и замер. Он медленно повернулся к лежащему на полу Славке, который только что пришёл в сознание после долгого сна. Взгляд маньяка остановился на парне.
- Славка, отвернись от него, не смотри в глаза, - крикнул Лёнька, поняв, что Николай с Гансом не смогли справиться с демоном. - Он хочет перекинуть проклятие в тебя, это не человек сейчас.
К счастью, Лёнькин друг не стал задавать лишних вопросов, а просто перевернулся на живот и уткнулся носом в пол.
- Повернись, смотри мне в глаза, - прорычал Николай, по лицу которого, изрезанного кровоточащими царапинами продолжали перекатываться волны судорог, - так будет лучше для всех.
Монстр сделал шаг в направлении своего сына, и в этот момент дядя Вася, отбросив в сторону пистолет, прыгнул со спины на Николая. Ловким движением он скрутил руки маньяка за спиной и моментально стянул запястья ремнём. И тут же монстр обмяк и затих.
- Он ушел, - тихо сказал Николай, - я его не чувствую. Думаю, что после всего этого меня расстрелять мало.
Лёнька покачал головой. Он не видел, чтобы какое-либо существо покидало тело сына Ганса. Демон был здесь, он затаился. Убивать Николая было нельзя, чтобы не выпускать проклятье на свободу.
- Василий Яковлевич, за поимку особо опасного преступника вам орден должны вручить, - усмехнулся пришедший в себя Славка, с трудом приподнимаясь и переворачиваясь набок.
- Дядя Вася, спасибо, что не стали стрелять, - Лёнька внимательно посмотрел на милиционера, - теперь бы ещё сделать так, чтобы его не расстреляли, а упекли куда-нибудь на Колыму, подальше и надолго.
А потом было следствие. Криминалисты нашли в углу комнаты огромное захоронение женских тел. Милиция предприняла все меры, чтобы история Соцгородского маньяка не просочилась в прессу. Со всех ребят взяли подписку, что они никому никогда ни слова не скажут о том, что они видели в подвале, и, вообще, о том, что они узнали об этом страшном загадочном деле. Засекретили дело настолько, что даже дядя Вася не смог узнать, что стало с Николаем.
Насколько Лёнька смог изменить своё будущее и будущее своих друзей? Рассказал ли он им то, что узнал сам о тайнах их рождения и возможной смерти? Что на самом деле стало с друзьями через семь лет в их новой жизни? Никто этого не может точно сказать, даже вечный страж Соцгорода кот Шустрик, ведь будущее непредсказуемо, впрочем, как и прошлое.
КОНЕЦ