Юрич малость приболел.
Накануне с утра они с сыном хором считали сколько раз чихнула жена. Чихающая женщина под давлением поддержки семьи смогла найти силы и завершить свою серию только после восьмого носоизвержения. Цифра 8 не спроста похожа на знак бесконечности, которую некоторые сравнивают с маминым терпением.
На следующий день насморк вселился в Юрича. Эффект воздействия на организм носителя был основательным и потрясающим. Каждый чих вызывал настолько глубокие ощущения в теле, что приходилось выгибаться, чтобы пережить муки спазма мышц верхней половины туловища.
После того, как боли унималась, в памяти возникали картинки, которые щедро подбрасывала совесть. Они объясняли, за что посылалась эта кара.
Вот давешний "весёлый" счёт чихов дорогой половинушки. Она стоит у гладильной доски и не падает только потому, что держится за утюг. Из смежных комнат летят "Будь здорова три", "четыре"...
Вот пародии на чихания домашней кошки из глубокой юности. У кошки, видимо, был приступ аллергии на людей. Она нелепо фыркая сотрясалась и искренне удивлялась тому, что с ней происходило. А молодой Юрич кривлялся. Правда, не ради того чтобы унизить дальнюю родственницу льва, для того чтобы развеселить сестру.
И много ещё чего-то подобного. Постепенно мысли переходили к карме. Самостоятельна ли она как инстумент Бога? Или нет?
На всякий случай Юрич вечером до прихода жены с работы устроил дома уборку и заменил вместе с сыном изрядно потрёпанную кошками когтеточку.
На следующий день чих ушёл, а голос присел. Стал таким густым, низким, томным, с хрипотцой. Непредсказуемым образом влиял на прекрасную половину конторы.
При его звучании молодые сотрудницы роняли на пол всё, что было в руках. Покрывались румянцем и упирали взгляд в пол. Коллеги, которые дамы постарше, вели себя более сдержано, взгляд не прятали, но изгиб их бровей непременно выдавал наличие незаданных вопросов.
Понадобилось каких-то две разбитые чашки, один затопленный цветок на окне и три разлетевшиеся стопки бумаг, чтобы Юрич заподозрил неладное. Он решил помалкивать, но с непривычки это получалось плохо.
Сотрудники мужского пола тоже отреагировали на появление в окружении голоса альфа-самца-искусителя. Предлагали срочно устраиваться в телефонную службу для взрослых или начитать что-нибудь куда-нибудь и продать кому-нибудь за дорого.
– Что начитать? – не понял Юрич.
– Да не важно что! Хоть инструкцию к электрочайнику. Главное – сохранить звучание твоего голоса. А уж как его применять в мирных целях, мы потом придумаем.
– Знаю я ваши мирные цели, – включал начальника обладатель необыкновенного голоса, – идите работайте на работе!
Но никто не обижался, потому как звучало всё очень необычно и даже почти двусмысленно.
Обет молчания прервался на обеде. Выбирая и оплачивая еду, Юрич тщательно следил за руками работниц столовой, чтобы исключить бессмысленный бой посуды.
До конца рабочего дня Юрич был молчалив и задумчив. Среди посетивших его мыслей была и такая: а что если Дон Жуан был всего лишь заложником своего полусевшего голоса?
Вечером он опробовал новый голос на жене. Та сказала, что голос действительно стал очень интересным. Но Юрич, не удовлетворившись столь маловыразительной формулировкой, обрушил на супругу все остатки очарования и получил в ответ вердикт "заджигурдел".
После такого Юрич понял, что надо было останавливаться на "очень интересном", отстал от жены и пошёл полоскать горло.
С некоторыми подарками судьбы даже и не знаешь как поступать.